Тень в зеркале
Шрифт:
— Меня отослал Тензор.
Услышав это имя, Карана вздрогнула.
— Тензор!.. Он здесь?
— А что? — удивленно спросил Раэль. — Нет, его нету. Несколько месяцев назад он отправился на восток и вернется только через год.
Карана облегченно вздохнула.
— Когда ты уехал, мне было очень плохо, — сказала она. — А я-то думала, что мы… Что мы можем…
— Я тоже так думал, — сказал Раэль, глядя на девушку большими печальными глазами. — Когда я вернулся, был готов сделать тебе предложение, и если бы ты согласилась, то я порвал
— Я думала, что нравлюсь Малиене, — прошептала Карана, глядя Раэлю прямо в глаза.
— Моя мать действительно хорошо к тебе относится, но Тензор категорически против.
— А что он имеет против меня?
— Все дело в крови, текущей у тебя в жилах, и в том, какими бывают последствия смешанного брака.
— Но такие браки случались и раньше!..
— Знаю. Я сам говорил об этом Тензору, но он непреклонен. Он считает, что у тебя тяжелая наследственность, но ни за что не хочет объяснить, в чем, собственно, она проявляется.
Карана заметно приуныла.
— Может, он и прав. В моем роду всегда были безумцы. Вот уже пятьсот лет считается, что все Ферны или гении, или сумасшедшие.
— Ты же знаешь, аркимы сочувственно относятся к безумию, потому что оно сопутствует гениальности. Видимо, он скрывает что-то другое.
— Да, но ты мог бы его не послушаться.
— Мог бы. Семь лет тому назад, — ответил Раэль. — Карана, дело в том, что я… — Он замолчал, потом заговорил вновь: — Мне очень жаль, но теперь это невозможно.
Карана в полном молчании пила чай, глядя на давившегося едой Раэля. Наконец он отставил недоеденный завтрак в сторону с таким выражение лица, словно тот был полит желчью.
— Что ж, все верно: что ушло, того не вернуть, — сказала Карана печально. — С тех пор я тоже изменилась… Наверное, что ни делается, все к лучшему.
— Наверное, — согласился Раэль, всем своим видом показывая, что тема закрыта. — Да, ты, вероятно, многое повидала. Откуда ты пришла теперь?
— Из Туллина.
— А почему ты выбрала эту ужасную тропу? Или это секрет?
— Я… я не хочу обманывать тебя, Раэль. Я попала в очень нехорошую историю. Мне пришлось воспользоваться своими способностями, чтобы помочь кое-кому пробраться в Фиц Горго и похитить у Иггура одну вещь. Мою спутницу схватили, и теперь я без нее заканчиваю начатое дело. Последние два месяца меня все время преследовали.
Карана никогда еще не видела на лице у Раэля такого удивления.
— Воистину ты уже не та девочка, какую я когда-то знал! А что вы похитили?
— Я поклялась не говорить об этом.
— Не говори, раз поклялась! Что нам за дело до возни людей на Сантенаре! Но расскажи мне о своих приключениях хотя бы то, что можешь!
За рассказом Караны утро пролетело незаметно. Несколько раз девушка чуть не проболталась, с трудом борясь с почти непреодолимым желанием избавиться от тяготившего ее бремени, достать Зеркало и отдать его Раэлю,
— Ого! Я же бросила беднягу Лиана в полном одиночестве в незнакомом городе! Воспитанные девушки так не поступают! — воскликнула она и вскочила с подушки.
— Карана! — окликнул ее Раэль. — Береги себя! Мир снова оказался на перепутье и скоро станет очень неуютным местом для двоекровников! Никому ни слова о своих способностях!
— Ладно! — пообещала Карана, поцеловала его в щеку и выбежала из комнаты.
Вернувшись к себе, она обнаружила, что Лиан не скучает. К ней в гости зашло несколько шазмакцев, которые, не застав ее, остались, чтобы пообщаться с новым Другом аркимов. Каране надо было обдумать услышанное, и она снова вышла из своих покоев и отправилась куда глаза глядят по коридорам Шазмака, погрузившись в мечты и воспоминания, приветствуя попадавшихся на пути старых знакомых, а иногда даже провожая их к себе, чтобы познакомить с Лианом, о котором она всем подробно рассказывала, хотя многим и так уже было о нем известно.
Все аркимы обращались с Лианом чрезвычайно учтиво, некоторые проявляли интерес к его талантам. Ему было очень приятно узнать, что аркимы тоже хранят свои Предания и даже осведомлены о существовании Чантхедского Праздника, хотя он втайне и расстроился из-за того, что никто из них не слышал ни о нем самом, ни о его выступлениях.
Когда ближе к вечеру Карана с Лианом пили у себя чай, к ним вошел улыбающийся Раэль.
— У меня есть хорошая новость, — сказал он. — Тензор будет здесь через несколько дней, от силы через неделю.
Карана уронила на стол чашку с чаем, который разлился прямо на книгу Великих Сказаний. Лиан схватил ее со стола и стал лихорадочно обтирать обложку о свою рубашку. Карана поспешно вытерла со стола, сумела взять себя в руки и уже совершенно спокойно спросила:
— Тензор? Ты же говорил, что он где-то за Туркадским Морем!
— Он там был, но, судя по всему, что-то заставило его вернуться. Только что из Туркада прибыло сообщение, написанное им два дня назад. Сейчас он уже возле Баннадора. Он очень обрадуется, застав тебя здесь!
— Надеюсь, — сдавленным голосом сказала Карана вслед уходившему Раэлю.
Когда арким удалился, Карана некоторое время сидела не двигаясь, словно окаменев. Потом ушла к себе в комнату и закрыла дверь. Там она забралась на широкий подоконник и просидела так не один час, прижавшись плечом к толстому стеклу, сначала наблюдая за меркнувшими красками заката, а потом, когда на улице совсем стемнело, — за отражением своего лица в оконном стекле.
«Скоро здесь будет Тензор! Что же мне делать?!» Каране ничего не приходило в голову. Она упустила возможность избавиться от Зеркала и попала с ним в новую западню! Более того, из-за нее в ловушке оказался и Лиан.