Темный мастер
Шрифт:
— Вчера? Правда? — взвел брови Огнезор, прекрасно разыгрывая смесь замешательства и изумления. — Выходит, проклятое здешнее вино не только испортило мне настроение с утра, но и порядочно изрешетило память! Благоразумная женщина, — добавил он уже совсем по-другому: приглушенно, с мягкой, почти соблазнительной вкрадчивостью, — вряд ли станет докучать мужчине в таком расположении духа. Может, продолжим наше милое знакомство в другое время?
— Но ты даже имени своего мне не сказал! — возмутилась гостья, запоздало сообразив, что ее оттесняют к
— Ну, твоего имени я тоже не знаю, дорогая, — легкомысленно заметил юноша, затем решительно распахнул дверь и, небрежно коснувшись губами ее губ, выставил градоначальникову племянницу в коридор.
— Сегодня у меня много важных дел, так что, может, увидимся завтра, — обворожительно улыбнулся он ей в след, конечно не имея ни малейшего намерения оставаться в Краме до завтра.
У него еще оставалась пара часов на сон…
Стук в дверь разбудил его около девяти утра — гостиничный слуга принес теплой воды для умывания и долгожданную записку:
«Если ты, господин, тот самый человек, которому нужны мои услуги, приходи в полдень в таверну „Побитый пес“. Один.
Несмотря на полумрак таверны, Огнезор увидел Реми сразу: толстяк в зеленом, еще более нелепом, чем лиловое, облачении сидел в углу у задней двери. Однако виду мастер не подал и принялся осторожно кружить по маленькому грязному залу, изо всех сил изображая растерянность, брезгливость, а то и испуг. Минут пять Реми наблюдал за маневрами юноши, явно потешаясь, затем привлек его внимание:
— Эй, господин, не меня ли ты ищешь?
Огнезор уселся на предоставленный ему стул, весьма натурально разыгрывая облегчение:
— Ты господин Реми? Ну и местечко же здесь! Я уж думал, те головорезы у окна не дадут мне уйти!
— Да, местечко не очень подходящее для такого изысканного молодого человека, — понимающе закивал Реми. — Но что поделаешь! В моем деле нужна осторожность. К тому же кормят здесь лучше, чем в «Королевском заезде».
— Но там мне было бы куда спокойнее! — возразил юноша, все еще настороженно поглядывая на компанию возле окна и подозрительного типа за соседним столиком.
Реми мысленно хмыкнул весьма презрительно. Вслух же сказал:
— Ты ли тот, господин, о ком говорит весь город и вздыхают все барышни?
Вид юноша при этих словах приобрел крайне самодовольный, и Реми уже почти решил, что перед ним человечек очень подходящий: родовитый самовлюбленный мальчишка с большими деньгами, изнеженный роскошью и вниманием дам. Слишком привлекательный, чтобы быть на что-то годным, слишком спесивый, чтобы замечать хоть что-то, кроме собственной особы. Словом, идеальный клиент!
— Ты ли тот господин, — продолжал спрашивать Реми, уже потирая руки в предвкушении выгодного дельца, — которому нужны услуги охотника?
Молодой человек закивал, горячо и с облегчением:
— А я все думаю, как спросить тебя об этом, господин Реми,
— Я именно тот! — благодушно произнес Реми и приготовился выслушать какую-нибудь дурацкую историю о похищенном письме возлюбленной или надоевшем придворном конкуренте.
История, рассказанная юношей, и правда была дурацкая — богатый дядюшка, заставляющий единственного наследника жениться, спрятанное завещание, которое может добыть лишь ловкая особа женского пола, поскольку «старый хрыч подозрителен, как все десять дьяволов, но, к счастью, бегает за каждой юбкой», и так далее, и тому подобное. Таких историй Реми слышал тысячи, и с этой историей все было в полном порядке.
Вот только что-то не так было с самим юношей… Старик все больше и больше чувствовал это. Чуял, потому что никаких разумных доводов в пользу этого своего ощущения Реми не находил: и выглядел, и говорил его собеседник точно так же, как и любой столичный оболтус. Только очень уж не нравился толстяку пронзительный, будто ищущий что-то взгляд юноши. Холодный. Умный. Слишком проницательный. Реми даже поймал себя на том, что изо всех сил пытается отвести глаза, не смотреть собеседнику в лицо, и это открытие заставило толстяка нервничать, что совсем уж было плохо.
— Так что мне нужна очень ловкая охотница, и я слышал, ты можешь с этим помочь, господин, — закончил свою историю Огнезор, будто случайным жестом протягивая пальцы к полной ладони собеседника.
— Извини, господин, но тебя обманули, — сухо ответил Реми, резко отдернув руку. — Я никогда не работал с женщинами, от них одни проблемы.
— Я слышал другое, — теперь что-то неуловимо изменилось уже и в тоне, и во внешности юноши: появилась некая твердость, так что старик забеспокоился еще больше. — Может быть, сумма, которую я готов предложить, изменит твое мнение?
— Я буду честен с тобой, господин, — произнес Реми, внутренне содрогаясь, но все же вставая из-за стола решительно и с достоинством. — За годы работы я привык полагаться на свое чутье: оно не раз помогало мне избегать опасных людей. А ты, уж не знаю почему, кажешься мне человеком очень опасным. Я не намерен иметь с тобой никаких дел.
— Может, тебе стоит подумать получше? — очень тихо проронил Огнезор, каждым словом подчеркивая угрозу в голосе, с каждым звуком проталкивая наружу невидимую густую пелену.
Где не помогали уговоры — язык могла развязать паника, а паническим воздействием мастер, хоть и терпеть его не мог, владел в совершенстве.
Старик напрягся. Впрочем, не он один — унылая компания через стол забегала вокруг глазами, недавний посетитель попятился к выходу, хозяйка уронила поднос с посудой, и та разлетелась на черепки. Проклятая штука действовала на всех!
— Все, что хотел, я сказал! — почти крикнул Реми. Последние остатки напускного достоинства покинули его, а в голосе прорезались истерические нотки. — Никто из Сообщества не скажет тебе бол…