Технобойня
Шрифт:
– Да, конечно. Я назначила встречу и заказала столик в вашем любимом ресторане. Илья Николаевич согласился, но добавил, что сегодня он освобождается намного раньше и будет ждать вашего звонка.
– Марина отвечала быстро и точно, соблюдая деловую интонацию и, отсекая лишние детали разговора. Взгляд ее был полон ответственности. Стеклов не нашел к чему придраться. Ее порекомендовал один из старых друзей отца. Выбором роман остался доволен.
– Почему раньше не сказала об этом?
– Стеклов наморщил лоб от удивления, что сможет пообедать все же не один.
– Неужели я должен выуживать из тебя все клещами? Когда это было?
– Роман не понимал, что с ним происходит, но внутри
– Ваш датчик активности показывал, что вы находитесь в фазе сна, и я не посмела вас будить.
– Глаза Марины слегка покраснели.
– Ах да, датчик, - вспомнил Роман. Он не мог никак привыкнуть к этой штуке под кожей. Она заменяла паспорт, медицинскую страховку, права и многое другое, но делала из человека подобие лабораторной мыши, которую можно всегда отследить и проверить: жива ли она и чем занята. "Все это отголоски глобализации", - подумал он. Многие боятся, что люди из бедных кварталов похитят их и потребуют выкуп. Власти города постоянно заверяли горожан, что этот чип - лучший способ отыскать человека в любой точке мира за доли секунды. Никто из гражданских не знал, где находится датчик. Операция вживления проводилась под полным наркозом и никакие пометки в медицинскую книжку не вносились. Это делалось для того, чтобы похитители сначала поломали голову над местонахождением чипа, а потом уже... а потом их уже, обычно, ловили.
Марина смотрела на задумавшегося Романа и ожидала каких-либо указаний, но Стеклов направился к лифту, не обронив ни слова. Он нажал кнопку вызова лифта и достал из внутреннего кармана телефон, голосом набрал номер и стал ожидать ответа. Роман зашел в кабину лифта и подъемник начал плавный спуск. Несколько гудков и в трубке послышался знакомый, с веселой ноткой голос.
– Здравствуй, брат.- Улыбкой Стеклов обозначил, что рад слышать невидимого собеседника. Внезапная волна неуверенности охватила все тело, он словно говорил с самим Господом Богом. Конечно же, это была всего лишь проснувшаяся братская любовь и не более того.
– Привет. С каких пор ты стал просить секретаря звонить мне и договариваться о встрече? Разве я ее брат, а не твой?
– Илья был недоволен сложившейся ситуацией и чувствовал неуважение со стороны Романа.
– Прости, просто, когда последний раз я звонил тебе, то смог услышать тебя, лишь, после пятого звонка. Поэтому не стоит упрекать меня в том, что я так сделал.
– Роман решил развеять неприятные нотки разговора и, не меняя радостной интонации, продолжил: - Как я понял, ты свободен для встречи. Я не ошибаюсь?
– Да, я сейчас доставляю последнюю посылку и после этого могу полностью день посвятить тебе.
– Хорошо, где встретимся?
– Приезжай в почтовый отдел, где я работаю через час. Думаю, к этому времени я уже освобожусь.
– До скорого...
– Роман нажал на красную кнопку и разговор прекратился.
Лифт успел спуститься на первый этаж, двери открылись, и пред взором Стеклова предстал огромный холл, наполненный людьми. Они о чем-то увлеченно переговаривались, иногда всплескивали руками и качали головами. Завидев Романа, каждый из присутствовавших любезно помахал рукой, а кто-то, даже, предложил ладонь для рукопожатия. Стеклову начали рассказывать о котировках корпораций на утро, взлеты и падения акций, а он лишь уныло кивал, не утруждая себя вслушиваться в пустой и неинтересный ему треп. Кто-то завел разговор о рынках недвижимости на так называемых "чистых зонах". "Чистыми зонами" назывались те места в мире, где воздух был по-прежнему свеж, а морские волны пахли
– Рома, не хочешь ли приобрести несколько соток для постройки дома в одной из "Чистых зон"?
– вырвался вопрос у человека похожего на Пуаро.
Остальные слушатели кивками поддержали его и причудливым взглядом вперились в Романа. Их глаза были наполнены завистью и малодушием. Молодой миллионер не растерялся.
– Я не настолько богат, чтобы платить столь огромные суммы, - поспешил ответить Стеклов.
– Не принижайся. Все знают, что у тебя есть деньги.
– Это ничего не меняет. Я покупаю то, что считаю нужным.
– Могу ли я узнать, что последнее ты купил?
– ворвался в разговор мужчина пожилых лет в сером костюме в полоску.
Стеклов не знал, что ответить, потому что не припомнил ни одной полезной покупки в последнее время.
– Я купил часы, - солгал Роман
– Часы? Не понимаю тебя.
– Они отсчитывают, сколько осталось до того момента, как моя последняя терра потеряет в весе и превратится в бумажку. Могу подарить. Так вы раньше меня узнаете, когда это произойдет.
Пуаро нахмурил брови.
– Судя по всему, этот час близок, потому что твой автомобиль явно попробовал чью-то плоть на вкус, - исподлобья заметил он.
– Не тебе делать это замечание!
– съязвил Стеклов.
– Как там было во сне? Сколько ты проспал? Семь лет? Думаю, ты выспался на всю жизнь! Не забудь напомнить мне, чтобы я не стал дарить тебе постельного белья.
– Все знают, что меня посадили зазря!
– воскликнул Пуаро.
– Конечно, кто бы сомневался! Ведь нужно иногда сфабриковывать дело, для того чтобы посадить богатенького мужика потехи ради. Сколько ты предложил тому полисмену? Тысяч сто? Не меньше я думаю. Наверно ты забыл, что наша полиция взяток не берет.
Пуаро нервно затряс руками и решил не продолжать разговор. Он скрыл налитые кровью глаза и буквально выбежал из здания.
Роман отпрянул от толпы. Ненавидящие взгляды ощупывали спину и, если бы подвернулась возможность, то в ту же секунду нож вонзился бы в нее. Стеклов начал всматриваться сквозь прозрачное окно бизнес-центра. Он видел все тот же тяжелый смог, душивший, а впоследствии и убивавший большинство горожан. Постоянное движение машин и несмолкающие пения секты "Братьев Гилеля". О них мало кто знал достоверной информации, но ходили слухи, что они не преследуют никаких целей, а лишь поют песни и разглагольствуют о наказаниях Господних.
Стеклов почувствовал минутное остолбенение от нежелания выходить на улицу. Он попрощался с бизнесменами и тяжело шагая, зашел в будку, что стояла в углу холла, и приложил к лицу кислородную маску. Чистый воздух блаженно наполнил легкие и слегка закружил голову. Роман прикрыл глаза от наслаждения. Приятное ощущение невесомости приподняло его тело и оставило парить. На черном фоне закрытых век заиграл хоровод золотистых звездочек. Они пульсировали, то увеличиваясь, то вновь становясь маленькими. Стеклов почувствовал на себе чей-то ревностный и немного раздраженный взгляд. Он открыл глаза и огляделся. У будки стоял невысокий мужчина, ожидавший своей очереди. Что-то в его виде не понравилось Стеклову. Роман доброжелательно кивнул ему, надел респиратор из наноткани и вышел на улицу.