Чтение онлайн

Стеклов зашел в офис. Он - крупный финансист и любовь к деньгам сделала его тем, кем он является. А являлся он один из богатейших людей города. В походке было что-то такое, что сразу же привлекло внимание секретаря, но она лишь услужливо поприветствовала и ожидала указаний.

– Марина, - Роман обратился к секретарю с присущим ему безразличием. Он даже не посмотрел на нее, проходя мимо ее стола, - позвони моему брату и назначь встречу сегодня на 15.30. Надеюсь, на этот раз он не опоздает.
– Говорил он необычайно громко и с присущей ему самоуверенностью. Марина даже подумала, что он чем-то взволнован, но точно сказать не могла.

Секретарь кивнула и, оторвав руки от клавиатуры, поспешно потянулась к телефону. Марина работала совсем недавно, примерно полгода, но уже смогла войти в ритм работы и отлично справлялась со всеми обязанностями. До этого ее место занимала Мадам Наташа - так она любила себя называть. Но она

бесследно исчезла, не оставив ни послания, ни какого либо намека на желание уволиться. Роман посчитал, что ее похитили люди из Бедных районов. Они так часто делали, требуя выкуп впоследствии. Время шло, но никаких известий от ее похитителей не было, и вскоре эта история забылась, а на ее место была принята Марина.

Тяжелая красная дверь беззвучно распахнулась, обнажив причудливый интерьер кабинета Стеклова. Роман направился к аквариуму с рыбками в углу комнаты. Генные модификации наградили обычных золотых рыбок ядовито-желтым окрасом. Эта расцветка настолько нравилась хозяину, что иногда он не мог оторвать от своих питомцев взгляда по многу часов кряду. Рыбки медленно плавали в водах аквариума, тщетно всматриваясь в декоративные подводные замки и пластмассовые водоросли. Они обошлись Роману в кругленькую сумму, поэтому он старался оберегать их и даже заказал специальный аквариум из особопрочного минерала. Стеклов не поскупился, потому как знал, что они были тайком вывезены с международной ихтиологической выставки. Он гордился этой покупкой и не стеснялся показывать их партнерам по бизнесу, стараясь сделать акцент на своих возможностях в большом мире. И в действительности он мог многое, поэтому к нему часто обращались за помощью. В свои тридцать три он многого добился и никогда не забывал об этом.

Увидев приближающегося хозяина, у рыбок сработал рефлекс, и они подплыли к поверхности, ожидая кормежки. Хоть они и могли питаться только раз в несколько недель, Роман старался кормить их намного чаще. Ему был приятен сам процесс, поэтому при каждом появлении в кабинете он находил время для пополнения их маленьких, но вместительных животов. Он высыпал достаточное количество корма и начал наблюдать, как покорные создания, восхваляя в умах хозяина, ловят частички еды. Роман оглядел просторы кабинета. Все тот же мягкий кожаный диван с его изящными формами и элегантными складками, которые порядком поднадоели. Акустическая система, вмонтированная в стены, едва заметная для пытливого взгляда. Лампа, стол, стул и прочее барахло... Стеклов ненавидел свой кабинет, потому что знал каждую мелочь, каждую царапинку на столе и каждое пятнышко на диване. Порой, он даже начинал ненавидеть жизнь, потому что знал, что для него изо дня в день ничего не меняется. Этот день был именно таким - обычным и серым, не считая небольшого казуса, грозившего ему тюремным сроком. Именно тогда он вновь пришел в ярость, увидев все то, что так сильно ненавидел. Он вспыхнул, охваченный гневом, как бензин от искры спички... как бык, увидевший тореадора. В руках оказался пакет с кормом для рыб. Роман с силой сжал его, немного подкопил неуемный гнев и швырнул в стену. Мелкие, словно пылинки, частички корма разлетелись по педантично вычищенному разноцветному ковру. "Снег идет... Твою мать!" - подумал Роман. Этот год, также как и все предыдущие был настолько жарким, что ни о каком настоящем снеге даже думать не приходилось.

– Нужно что-то менять, - заявил он сам себе, едва слышимо.
– Мне противно все вокруг!
– добавил он, спустя мгновение.

Странно слышать подобные слова от человека с его возможностями, но он их произнес и с уверенностью решил, что ему пора в отпуск. Впоследствии, это, казалось бы, невинное решение поменяло всю его жизнь и жизни всех жителей этого города.

Два года назад он попал в автомобильную аварию, чуть не прекратившую его жизнь, и Роман поменялся. Его буквально за уши вытащили с того света. Его сердце остановилось на семь минут - необычайная цифра для прошлых лет. В коме он пролежал больше месяца. Роман не раз приходил поблагодарить спасших ему жизнь хирургов. Несмотря на то, что весь мир стал роботизированным - любую операцию мог провести робот, - Стеклов в своей страховке указал, что если с ним что-то произойдет, то от услуг искусственного интеллекта он отказывается. Машинам он не доверял, считая, что они еще не стали настолько разумны, чтобы делать операции и совершать ошибки, граничащие с человеческой жизнью. Единственным минусом современной медицины было то, что используя определенный препарат, восстанавливающий работу мозга при долгой остановке сердца, память до прихода в сознание терялась полностью и восстанавливалась лишь с помощью родных и близких людей. В память постепенно закладывались воспоминания былых лет, часто минуя неприметные детали прошлой жизни. Многие - если не все знакомые Романа - побывали на том свете и у всех были провалы в памяти. Стеклов часто встречался с

подобными людьми, и ему было приятно ощущать поддержку людей, побывавших в подобных ситуациях. Они могли всегда выслушать и поделиться мыслями. Как никогда он понимал человека, которого недавно сбил. Роман чувствовал вину, но также боялся ответственности и "тюремного сна". Несколько его друзей побывали там больше пяти лет, а когда возвращались, они казались такими потерянными и никому не нужными, что Роман стал бояться "Сна", как смерти. По большому счету, это и была смерть.

Роман нажал кнопку автоматической вентиляции воздуха. Сел в высокое и уютное кресло, часто дарившее ему комфорт, откинулся назад и с большой долей наслаждения расслабился. Блаженный и чистый воздух наполнил грудь Стеклова. Клетки его тела, как под напором солнечных лучей расцвели от столь мягкой и уже непривычной свежести. Кондиционер работал в полную мощность. Лето выдалось аномально жарким, и переносить высокие температуры без привычных средств он не мог. Большое количество воды, прохладные помещения и безупречно чистая одежда каждые четыре часа. Но миллионеру забрела в голову идея, которая пришлась ему по вкусу. Он решил, что стоит выбраться из города, отдалившись от шума, от постоянных "веселых стартов" и бесконечной рутины повседневности. Он был легок на подъем, и желание встретиться с братом не могло не радовать, потому что Роман хотел позвать его с собой.

Включив благотворные напевы южных птиц на акустической системе, Стеклов сладострастно прикрыл глаза. Он наградил стены улыбкой и мысленно перенесся в просторный парк, где деревья были по-прежнему зелены и общедоступны, а птицы гордо восседая на тонких ветвях кипариса, пели друг другу любовные баллады. Если и было место на Земле похожее на рай, то, по мнению Романа, оно должно было выглядеть именно так. Ленивые волны пенились от удара о серые скалы, короткая поросль травы покрывала тонкую полоску между морем и буйной растительностью острова. Горизонт слепо упирался в небо и перерождался в небесные своды, давая иллюзию однородности. Вдали, за густым утренним туманом, нагло расстелившимся над гладью моря, выглядывал острый край далекого горного хребта. Одинокая чайка в поисках очередной жертвы порхала над волнами, иногда выкрикивая забавные нотки, только ей понятной речи. Соленый ветер нес запахи экзотических трав, а южное солнце любовно ласкало и целовало изнеженную кожу.

Прекрасное видение плавно переросло в глубокий сон с прогулкой по райскому острову, наполненному всем, чем обладает утопия.

Сон на работе - это плохо, но не тогда, когда ты работодатель. Проснувшись, Роман окинул взглядом комнату и заметил, что настенные часы показывают 12.33. Он проспал не меньше трех часов, позабыв обо всех волнениях и заботах. Но теперь, когда ясность ума вновь вернулась к нему, он предался раздумиям об утреннем происшествии. Несмотря на большую озабоченность, Роман отряхнулся от плохих мыслей и произнес:

– Думаю, за три часа он успеет покончить со всеми делами и прибыть на встречу вовремя.
– Миллионер задумался о том, что давно не видел младшего брата, с которым они были, как черное и белое. Илья даже не был богат и работал посыльным в почтовой службе. Их объединяло лишь то, что у них был общий отец. Не так много, но и не так мало, чтобы не общаться вовсе, поэтому Роман иногда звонил Илье, и они встречались, общались о жизни, о работе...

Илья Ветров взял фамилию матери. Он не хотел, чтобы его коллеги знали, что он родственник всеми известного Романа Стеклова. Странно, но и сам Стеклов был чужд разговоров о брате. Он старался не упоминать о нем на светских вечеринках, где каждый ценит друг друга лишь из-за необходимых связей и не более того. Роман скрывал о нем информацию, как сделал бы это опытный шпион на допросе. Илья отказывался принимать какие-либо деньги от сводного брата. У него не было неприязни к нему, он просто хотел жить своей жизнью и считал, что сам может прокормить себя без чьей-либо помощи. Илья был не просто другим по своей натуре, иногда казалось, что даже немного чужой. Но, несмотря на это, братская любовь порой искрила между ними, просыпаясь, толи в порыве одиночества, толи от волн всемогущей ностальгии, они любили друг друга. Их встречи обычно проходили холодно, без лишних эмоций, а последние свидания вообще заканчивались спорами и порчей нервов друг другу.

Роман был человеком действия, и ему уже не сиделось на месте. Желудок грозным звуком напомнил о том, что иногда его стоит наполнять. Стеклов решил наведаться на второй этаж, чтобы слегка подкрепиться. Он открыл дверь и вновь пред ним предстал широкий стол секретаря. Она что-то быстро печатала, но сразу же отвлеклась и большими, серыми глазами посмотрела на Романа, ожидая указаний.

– Дозвонилась?

Стеклов наморщил лоб и ждал немедленного ответа. Ему не было чуждо срываться на подчиненных. Марина почувствовала надвигающийся скандал и с невинной улыбкой на лице начала объясняться.