Тающий призрак
Шрифт:
Хорошо, шериф, решительно сказал Нельсон, стараясь, чтобы его голос донесся до генерала. Если вы хотите более подробных объяснений, я думаю, вам лучше будет поговорить с генералом.
Блейк был настолько ошеломлен последними событиями в его родном городе, что без особого трепета подошел к грозно выглядящему Перри.
Что это происходит здесь у вас перед запуском новой станции? резко спросил он.
Боюсь, это не подлежит разглашению программа засекречена, спокойно ответил Перри.
А это тоже засекречено? в бешенстве спросил Блейк, показывая на два трупа в машине. Он не давал себе труда сдерживать ярость.
Генерал
Можно сказать, да, он замялся.
Поскольку я отвечаю за безопасность всех жителей этого города, и этих двух граждан тоже, будьте любезны объяснить, какое отношение имеют ваши секреты к случившимся убийствам?
Блейк был на добрых пятнадцать сантиметров выше Перри и, несмотря на худобу, угрожающе возвышался над генералом.
Перри оказался меж двух огней. Пока из Хейла не прибыло подкрепление, он не мог установить в городе военное положение и нуждался в поддержке шерифа. Он уничтожающе взглянул на Нельсона и отвел шерифа в сторону. Нельсон расслышал несколько фраз о том, что необходимо общими усилиями контролировать ситуацию, пока слухи не начали расползаться.
Тэд не мог оторвать взгляд от машины, пока до него долетали обрывки их разговора. В своем невежестве Перри надеялся, что его амбициозность обезопасит все оборудование и инструменты, а главное, избавит новую экспедицию от судьбы, которая постигла «Прометей-1». Не признавая медицинских тестов, военные чиновники отказывались признать страшную опасность, которая дожидалась астронавтов в мертвой пустыне. Столько внимания безжизненной планете и ни капли планете живой. Это было чудовищно.
Сигнал коротковолнового передатчика прервал горькие раздумья доктора. Это звонил Дик Лорин. Он просил Нельсона приехать как можно скорее есть на что посмотреть.
Тэд предупредил генерала и попросил одного из полицейских отвезти его в центр. К тому же он беспокоился о Джуди и хотел быть поближе к ней. После всего, что случилось, не стоило оставлять ее одну.
Транквилизаторы были щадящими, и вскоре Джуди проснулась в пустом доме. Она еще не совсем очнулась после таблеток и в полудреме спустилась вниз.
Она уселась в кресло и невидящим взглядом уставилась в окно. Занавески были отдернуты, а жалюзи чуть приоткрыты, и тоненькие полоски света падали в сад. Джуди рассеянно глядела на эти полоски, но она не видела сада. Она думала о Стиве.
Почему-то он казался ей центром трагедии. Она вспомнила о матери. Джуди поняла, что с ней случилось что-то ужасное, но не могла сосредоточиться на этом. Стив совершенно заполнил ее мысли. О нем она тоже толком ничего не знала, кроме того, что он серьезно болен и это поставило под угрозу будущее космической программы,
Джуди хотела бы навестить Стива, лежащего в одиночестве в изоляторе, где за его жизнь борются врачи. Для них всех он был чем-то вроде подопытного кролика, даже для ее мужа: Тэд не мог вести себя иначе, это была его работа. Но она знала, что Стив нуждается в том, что не могут ему дать лучшие врачи-мужчины. Она пыталась помочь ему еще до их экспедиции, когда погибла его жена: угощала домашней едой, чинила одежду, выслушивала его, когда напряжение на работе выплескивалось через край, в общем, делала несложные вещи, которые умеют делать женщины. А теперь он находится во власти кретинов вроде генерала Перри,
Бедный Стив стоял в саду напротив окна, пристально глядя на нее.
На Марсе было почти как на Земле. Стив смотрел на маленькую звездочку с ее бледным спутником. Там остался его дом. Он почувствовал себя отрезанным от всего мира. Огромная пропасть между астронавтами и Землей будто бы говорила об их отречении от человечества. Стив хранил в тайне свои впечатления, и это отдаляло его от товарищей. Вдали от командиров полета он стал нарушать правила и поощрял это в других. Все больше стремясь к одиночеству, он замыкался в своем личном мире. Им овладевала мания величия. Никто не предупреждал его об этом, никто к этому не готовил. Стив словно перешагнул вечность и пространство. Он чувствовал эйфорию, казался себе венцом творения, без пяти минут Создателем.
В однообразном ландшафте пустыни не на чем было задержать взгляд. Но в темно-синем мерцающем небе блестели, как чудесные жемчужины, мириады звезд. Вот что занимало все его внимание.
Мечты и помыслы Стива были обращены в космические дали. Ему представлялось, что он стоит на побережье и видит остров, которого должен достичь. А когда достигнет, покажется следующий остров и так вперед, до самых далеких глубин галактики.
Он уже не помнил о Земле из-за опьяняющей жажды покорения новых планет. Ему казалось, что он и его товарищи, достигшие Марса, это новый вид человека. Он чувствовал в себе пробуждение новых, доселе незнакомых ему свойств души.
Так вот и случилась страшная беда. Однажды утром астронавты покинули свой модуль, чтобы заниматься исследованиями. Стив заразил их своим безразличием к запланированному графику работы. Если бы не прервалась тоненькая ниточка радиосвязи, соединявшая их с Землей, все могло быть иначе. Но они остались наедине со своими мыслями и впечатлениями и поддались какой-то апатии. Инструментами и снаряжением они почти перестали пользоваться.
Стив поднялся на один из горных массивов, возвышавшихся среди пустыни. Подъем составлял менее километра, но он почувствовал себя ближе к полюбившимся далям и погрузился в их созерцание. Он не знал, сколько часов он просидел таким образом. Это не имело значения. В какой-то момент он увидел, как метеор пробил тонкую атмосферу и скрылся за горизонтом, оставив огненный шлейф. Стив проводил его взглядом с видом хозяина здешней природы и вскоре увидел на горизонте какое-то движение. Сначала он подумал, что зрение обманывает его. Пока он всматривался, у него даже заслезились глаза. Но движение росло и ширилось, пустыня стала покрываться огромным ковром.
Это была песчаная буря, надвигавшаяся с сумасшедшей скоростью.
Стив заметался в отчаянии, вспомнив, с каким страхом они пережидали шторм в первый день приземления, когда чьи-то когти зло царапались к ним. Гигантскими шагами он помчался вниз, пользуясь уменьшенной силой притяжения. Он цеплялся за острые каменные выступы, разрывая защитный костюм. Модуля он не видел, а шторм в жуткой тишине стремительно приближался к нему. От напряжения шлем изнутри запотел, и Стив потерял ориентацию. Он бросил отчаянный взгляд на небо, и его мир, его вселенная покрылась сплошным красным облаком. Жадные красные щупальца проникали под его костюм, но он уже ничего не чувствовал.