Тайна
Шрифт:
Должно влезть, у меня вроде больше шмотья.
— Хорошо. —сдалась она и опять замолчала.
Когда мы приехали ко мне домой, я начал показывать квартиру. Показал Нюте ее спальню и гостиную, затем проводил на кухню.
— Кофе будешь? Тут такая кофемашина сложная, я тебе сейчас сам сделаю, а завтра с утра научу ей пользоваться, когда вернусь. — на самом деле там было просто все, но мне нужно было быстро свалить.
Не терпелось добраться до Крис. А то она дома одна с ума сходит от ревности.
— А ты что уходишь? — спросила Нюта, уже отпивая из чашки кофе.
—Да. Я тебя покидаю на ночь. Ты
— Если честно, я толком так и не поела. — Нюта не стала врать, чем меня несказанно порадовала.
—Тут полно еды. Можешь набрать всего, что хочешь, и завалиться на диване в гостиной, посмотреть телек. —открыл перед ней холодильник в подтверждении своих слов.
—Мм. Ты меня прям балуешь. — улыбаясь, заявила Нюта.
—Нюта! Это ты меня балуешь. Все! Я побежал! — захлопнул дверцу холодильника и пошел быстрым шагом с кухни. —И это, инстаграм заведи. — попросил её, сам не знаю зачем.
Но вроде договаривались вчера, постить дебильные фотки.
Крис встретила меня в махровом халате и хорошем настроении. А я уже было приготовился к выносу мозга. С цветочками приехал и тортиком.
— Чем так пахнет вкусно? Ты что, опять пыталась готовить? — спросил ее, прижимая к себе.
— Нет. В ресторане навынос взяла. Как все прошло? — улыбаясь, спросила Крис.
— Прекрасно прошло. Никто ничего не понял. — чуть не ляпнул про мамин спектакль, забыв, о том, что Крис не в курсе, что мама в курсе.
— Аня уже у тебя? — с ноткой ревности спросила Крис, высвобождаясь из моих объятий и топая на кухню.
— Да. — скинул пальто и обувь, пошел за ней.
— Когда ты нас познакомишь? — с подозрением поинтересовалась она.
— Крис, ты опять? Познакомлю, на днях, может быть даже завтра. Посмотрим. Корми меня, у родителей не поели толком. — сел за стол, Крис начала за мной ухаживать.
— А сама есть не станешь?
— Нет. Не хочу. Голова что-то болит. Кушай и может, что-то посмотрим? Сериал например? — Крис села напротив меня, и подперев рукой голову, уставилась в упор.
— Что ты высмотреть пытаешься? Следы измены? — с сарказмом спросил ее, а Крис, психанув вскочила со стула, и убежала в спальню.
Не пошел за ней. Достала ей-богу. Как же это неприятно, когда тебя подозревают невесть в чем. Смысла доказывать ей свою верность не нашел на данный момент, и принялся за ужин. Хорошо хоть в ресторане догадалась еду купить.
Но настроение все равно было подпорчено. Долго ковырялся в тарелке, запил простой водой и пошел в спальню, оставив все на столе. Не было сил уже ни моральных, ни физических убираться. А Крис спала. Сжалась в комочек на краю кровати, по-детски, подложив ладошки под щеку. Ресницы слиплись — плакала. Дурочка ревнивая. Сам разделся, погасил свет, лег рядышком и прижал ее к себе.
Засыпал с мыслью, что необходимо срочно ее с Нютой знакомить, пока моя маленькая Крис не превратилась в Отелло.
Кристина
От напора Олега, и влияния алкоголя, похоти, измученная терзаниями и тревогами душа, хотела откровенного разврата, дабы перекрыть все, что творилось на душе.
И только дома, стоя под струями воды, я поняла, что натворила. Не понимая, что не стереть с себя уже этой подлой измены, сколько мочалкой не три. Измена сидела во мне. Эта мерзкая
Из ванны я вышла абсолютно хладнокровной сукой. Заказала еду, зная, что Саша обязательно приедет раз пообещал. В последнее время, он всегда выполнял свои обещания. Только вот хладнокровия моего хватило ровно до Сашиного появления на пороге. Торт и цветы. Для меня. Той, что его предала, поведясь на свои домыслы и фантазии о его неверности мне.
Саша прижал меня к себе, не скрывая радости от встречи. Соскучился. Я же старалась вести себя непринужденно, улыбаться не забывала. Хотя в это момент накрыло стойкое отвращение к самой себе. Не хотела, чтоб Саша ко мне прикасался, словно я мусор, и касаясь ко мне, он испачкается и станет такой же зловонной кучей.
Это уже все и было началом моего конца. В эту ночь я не могла уснуть. Голова была забита разными мыслями. Я думала о Саше и Олеге, обо всей этой ситуации. Отвращение к себе, страх и чувство пустоты, и ощущение никчёмности собственной жизни. Всё перемешалось у меня в голове. И Саша, который прижался ко мне, лишь добавлял огня, в котором я сгорала сейчас. Сама себя подпалила и горела. Дура!
Не смогла уснуть, выбралась из Сашиных объятий, когда он крепко уснул. Тварь уже непросто сидела во мне и выла, это я сидела внутри твари и боялась лишний вдох сделать, так как болью он отдавался в груди.
Вышла на балкон спустя пять минут, с кружкой горячего и сладкого кофе с молоком. Черт с ним, все равно ничего не изменить уже и не уснуть сегодня. Я задумалась о том, когда я стала такой. Ведь это произошло не сегодня и не вчера, и даже не месяц назад. На улице шел снег, и грязный асфальт накрыло былым покрывалом. Этот падающий снег унес меня на восемь лет назад.
Кирилл ушел в армию, я ждала его. Писала письма. По сумасшедшему длинные. Каждый день писала, отправляя лишь одно. Только то, что писала в пятницу. Собирая в кучу по чуть-чуть из каждого письма. Чтоб не подумал, что сошла с ума от разлуки. А я сошла с ума. Год срочной службы любимого казался мне слишком долгим и мучительным. Даже потом, когда он не вернулся в Москву сразу после службы, эти триста шестьдесят пять дней, так и остались для меня целой вечностью из тоски и ожидания.
—Невеста…там у него… — робко, опуская взгляд, прячась от стыда за сына, сообщила его мать, при случайной встрече у метро, на мой вопрос о том, кожа же он вернется.
Видно, тогда и оторвалось что-то в моей душе. Что-то важное. То, что делает из человека-человека. То, что уже никогда не пришить и даже не приклеить.
Кирилл вернулся через две недели, вымолил прощение.
Но то, что оторвалось в душе, восемь лет назад, так и брякало где-то внутри и не давало покоя.
А сейчас, после собственной измены…забрякало сильней. Мечется теперь это что-то внутри еще сильней, отчаянно пытаясь вернуться на место и прикипеть обратно. Но нет для этого, ни паяльника, ни припоя.