Чтение онлайн

Оскалив клыки, ассасин зарычал на него. Убийца больше не пытался воспользоваться кинжалом, а вытащил из-за пояса пару метательных звездочек.

— Думай-помни о Чан Сквике, прежде чем умрешь-подохнешь!

Серый провидец ответил убийце ухмылкой. У ассасина так и не получилось бросить смертоносный сюрикен. Мертвые когти ухватили его за ноги. Более-менее уцелевшие части поверженных врагов Танкуоля неуклонно наползали на него. И вот кольцо изувеченных зомби сомкнулось вокруг ассасина. Убийца в плаще взвизгнул от ужаса, когда обрубок зомби начал подтягиваться вверх по его телу. Кишки свисали с того места, где Танкуоль разрезал мертвяка пополам. Второй зомби последовал

за первым, обхватив плечо ассасина червивой рукой.

Извиваясь и визжа, убийца пытался вырваться из безжалостной хватки нападавших, но тут обнаружил, что его ноги скользят по песку. Ужасный вопль вырвался из уст ассасина, когда он и зомби, схватившие его, полетели вниз головой через край песчаной отмели и плюхнулись в болото. Тут же на шум примчалось несколько крокодилов.

Танкуоль пожелал рептилиям сытного ужина.

— Да какого ж Кхаина!

Крик капитана Шехтера перебудил весь маленький лагерь на берегу. Люди, спотыкаясь, вываливались из парусиновых палаток, сжимая в кулаках кортики и дубинки. Адальвольф стер сон с глаз и втиснулся в кольчугу. В кольчуге на голое тело было неприятно, но наемник знавал много чего и похуже.

Шехтер стоял в нескольких шагах от большого дымящегося кострища в центре лагеря. На этот раз на физиономии капитана отсутствовал привычный алкогольный румянец. Его пепельное лицо было искажено ужасом, дрожащей рукой он указывал на нечто, торчащее из груды пепла.

У Адальвольфа кровь застыла в жилах, когда он взглянул на то, что так напугало капитана. Он слышал, как матросов тошнило у него за спиной.

— Что за дела, Хандрич вас разори! — прорычал властный голос ван Зоммерхауса. Возясь с застежками пальто, патрон выскочил из-под навеса. Хильтруда скромно следовала за разъяренным купцом, завернувшись в грубое корабельное одеяло. — Что все это значит, Шехтер? Как ты дерзнул помешать моим утренним возлияниям?

Но, увидев ужасную картину, привлекшую внимание всего лагеря, патрон с трудом удержался от вскрика и прижал руку в перчатке ко рту. Хильтруда ахнула и без чувств рухнула на песок.

Из пепла торчал неотесанный деревянный шест примерно в рост человека. К верхушке шеста был привязан пучок ярких попугайских перьев. Они покачивались на прохладном утреннем ветру, как листья пальмы. Среди перьев располагались три предмета очень необычного вида, напомнившие Адальвольфу спящих летучих мышей, которых они видели в джунглях. Эти штуковины размером с кулак свисали с шеста, как гнилые плоды, но у этих плодов были жуткие сморщенные лица!

Марджус Пфафф первым набрался смелости и приблизился к кошмарному столбу. Он прищурился, вглядываясь в маленькие искаженные головы. К столбу они были привязаны за волосы, стянутые назад в длинный узел так, чтобы страшные лица оставались видны. Каждая из физиономий потемнела до цвета дубленой кожи, губы и глаза были зашиты. И все же, несмотря на крохотные размеры, в этих лицах было что-то знакомое до дрожи.

Марджус толкнул один из жутких предметов кончиком кортика. От этого движения сморщенная голова чуть развернулась, выставив на обозрение длинное заостренное ухо, прилепившееся сбоку к усохшему черепу. Это было ухо не человека, но эльфа.

— Этриль! — Адальвольфа передернуло. Теперь, когда прошла растерянность первого момента, он сумел разглядеть в этой иссохшей оболочке черты странника-азура.

— Остальные, стало быть, те дозорные, что ты выставил прошлой ночью, — сказал Марджус, сплюнув на песок и осенив себя знаком

Мананна.

Быстрая перекличка матросов на берегу подтвердила подозрения помощника капитана.

— Кто же мог это сделать? — спросил ван Зоммерхаус, когда ему наконец удалось взять себя в руки и придать лицу сколь возможно высокомерное выражение.

Капитан Шехтер почесал щетину на подбородке.

— Я слышал байки о полукровках-людоедах, живущих в джунглях, и об амазонках, сдирающих с мужчины кожу после того, как затащат в постель.

Адальвольф покачал головой.

— Неважно, кто это сделал, — сказал он Шехтеру. — А вот что важно — это оставленное ими послание. Им было недостаточно просто убить Этриля и часовых. Они сделали все возможное, чтобы рассказать нам, что они сделали. Они прокрались в самый центр лагеря и поместили этот… этот… ужас прямо здесь, где мы все спали рядом!

— Они говорят, что могут вернуться и сделать то же самое в любое время, — прошипел Шехтер испуганным шепотом.

Каждый из стоявших на пляже посмотрел в сторону джунглей, гадая, что же могло наблюдать за ними оттуда.

— Мы там, где кое-кто не хочет нас видеть, — сказал Адальвольф. — Он снова указал на омерзительный тотемный столб. — Тем самым они говорят нам, что мы должны двигаться дальше.

Уцелевшие члены «Кобры Кхемри» целый час спорили, что теперь делать. Было ясно, что они не могут оставаться рядом с обломками судна. Люди не знали, насколько многочислен их невидимый враг. То, что противники не уничтожили весь лагерь прошлой ночью, по утверждению Дитхельма, не означало, что они не в состоянии сделать это. Священник считал, что лучше всего будет построить плот из обломков и отплыть в открытое море, надеясь на милость Мананна, который унесет их прочь от этого нечестивого берега.

Адальвольф и Шехтер придерживались более разумной линии. Со слов Этриля они знали, что где-то на южной оконечности Люстрии есть поселение эльфов. Насколько далеко на юг — никто не представлял, но хотя бы было куда стремиться. А вот примут ли эльфы их теперь, когда они потеряли Этриля, — этот вопрос внушал тревогу и не имел ответа.

Третий вариант предложил ван Зоммерхаус. Они нашли тропу в джунглях. Очевидно, она вела куда-то и к чему-то крупному. Правда, теперь байки моряков о затерянных в джунглях золотых городах несколько тускнели на фоне практических соображений, что любой город должен иметь под рукой ресурсы для жизнеобеспечения. Даже если они не найдут ничего, кроме заброшенных развалин, там будет пресная вода и одичавшие сельскохозяйственные растения. Они могли бы укрепиться в руинах, сидеть там и спокойно планировать следующий шаг, не опасаясь охотников за головами и угрозы голода. Ну, а если они чуть-чуть предадутся охоте за сокровищами — что ж, вряд ли стоит считать это чем-то предосудительным.

Экипаж мог бы не согласиться с доводами патрона, но тут вмешался Марджус Пфафф. Помощник капитана взял на себя смелость повалить тотемный столб и захоронить привязанные к нему бренные останки. При этом он был довольно скрытен и, вопреки обыкновению, отказывался от всех предложений помочь в его скорбных трудах. Теперь он с неохотой показал всем, почему он занялся этим делом. Перья и усушенные головы были привязаны к шесту мотками золотой проволоки!

Золото! Даже несмотря на страх, моряки ощутили его притягательность. Нити из золота весьма тонкой работы явно за пределами умений диких охотников за головами. Такие сокровища дикари могли только обменять или украсть из города, лежащего за джунглями. Город, к которому определенно ведет найденная ими тропа!