Чтение онлайн

На этом шоу Данила решил продемонстрировать всю многогранность своего искусства: предметы появлялись и исчезали по одному мановению его рук, они превращались, трансформировались из одного в другой, изменяли свое местонахождение на сцене…

Так, помеченная купюра исчезла из кармана у одного зрителя и оказалась у другого, сидевшего в противоположном конце зала.

Чтобы исключить обвинения в использовании «подсадных уток», ассистентки бросали в зал большие надувные шары, повернувшись спиной к зрителям.

Потом появился большой белый экран, и

все смогли насладиться зрелищем микромагии, передаваемой на него посредством камеры, снимающей столик, на котором Данила продемонстрировал ловкость своих рук: классические фокусы с картами, нахождение четырех тузов, превращение их в деньги, манипуляции с монетами – все это помогло разнообразить шоу и подтвердить неоднократно высказываемое Мастером выражение, суть которого заключалась в том, что настоящий иллюзионист обязан в первую очередь владеть искусством престидижитации. «Престо» на итальянском означает «быстрый», а «дижито» – «палец».

И вот настало время заключительного номера. На сцену выкатили огромное полотно в раме, а маг, одетый в белоснежную рубаху с закатанными рукавами и черные брюки, вынес в руках мольберт и кисти. Зазвучала песня, и даже далекие от музыки люди узнали голос вечно молодой Мэрилин Монро. Художник делал быстрые взмахи кистью, макая ее в краску, и вскоре на полотне из множества не связанных между собой штрихов стал появляться портрет самой знаменитой блондинки. Точность рисунка потрясала.

Когда картина была закончена, иллюзионист поднял с пола кусок блестящей материи, подбросил ее в воздух, и зрители увидели появившуюся женскую фигурку в знакомом каждому светлом легком платье, которое так легко взлетает от порыва ветерка.

В руках художника возникли бутылка вина и два хрустальных бокала, зависших в воздухе, пока в них лилось ярко-красное вино. Бокалы со звоном соприкоснулись, после чего последовал короткий чувственный танец.

Вдалеке послышались приближающиеся раскаты грома. Маг взял в руки дождевой плащ с капюшоном и надел его на звезду киноэкрана, недосягаемую мечту нескольких поколений мужчин.

Оглушающий грохот грома, вспышка молнии – и подброшенный сильной рукой плащ взмывает в воздух. Но он уже пуст. Вызванная из прошлого прекрасная Мэрилин растаяла, как утренний туман под солнцем.

Все. Занавес.

Только сейчас Данила почувствовал, что его рубашку можно выкручивать – так он вспотел. В зале зажегся свет, и фокусник услышал то, о чем мечтает каждый артист: шумные и несмолкающие овации.

Уставший и довольный, он вышел на поклон и в полной мере насладился аплодисментами. Какая-то девочка подарила букет, затем еще одна, и еще… Данила поклонился, собрал в охапку букеты и скрылся за занавесом.

И тут же на него налетели ребята, хлопая, обнимая и целуя. Подошла раскрасневшаяся Наталка и, поцеловав, довольно сказала:

– Это успех, поздравляю.

Андрей, все еще одетый в костюм колдуна, радостно подпрыгивал:

– Как мы их надули! Я ведь вначале не верил, что можно совершить подмену

на глазах тысячи зрителей, да еще когда они ждут подвох.

– Что ж мы, зря репетировали столько времени?

Счастливый Данила улыбался. Он заметил скромно стоящего в стороне Петра Зиновьевича и подошел к нему.

– Спасибо вам, Мастер.

Петр приобнял его и похлопал по спине.

– Ты стал настоящим иллюзионистом, Даня, это было великолепно!

– Так, ребята, – скомандовала Наталка, – быстро разбираем реквизит, девочки собирают одежду.

За кулисами творился настоящий бардак. Во время выступления использованные костюмы сбрасывались где попало, и теперь весь пол был усыпан разноцветными штанами, рубашками и платьями.

– Данила, нам надо ехать в ресторан, – напомнила Наталка. – Тебе еще интервью давать.

– Петр Зиновьевич?

– Я останусь, – отмахнулся Мастер, – все главное сегодня я уже увидел. Лучше за реквизитом прослежу, а то, не дай бог, пропадет что-то.

Через полчаса Данила с Наталкой зашли в банкетный зал ресторана, заказанный по случаю премьеры одним из спонсоров.

Там уже находились журналисты, несколько человек с радио и с десяток представителей местной власти, сидевших по халявным билетам в первых рядах на представлении. Как понял Данила, все успели приложиться к бокалам.

– Поздравляю, это было круто!

Он обернулся и увидел журналистку Юлю, одетую в обтягивающее красное платье, которое подчеркивало все достоинства ее великолепной фигуры: длинные ноги, хорошо развитые бедра, тонкая талия, небольшая привлекательная грудь, распущенные по плечам светлые волосы… Выглядела она очень сексуально. В руках Юля держала бокал с шампанским. Данила познакомил ее с Наталкой, взял пустой бокал и наполнил его пузырящимся вином.

– Ты выглядишь просто потрясающе!

– Спасибо.

– Как шоу? Понравилось?

– Еще бы! И я на правах твоей старой знакомой претендую на эксклюзивное интервью.

– Ничего не имею против, – бокалы со звоном столкнулись в воздухе.

– Ты моего одноклассника не видела?

– Лешку? Где-то здесь был… Сейчас я его найду.

Отошедшую журналистку сменил дородный мужчина лет пятидесяти, в сером костюме при галстуке, и с широким лицом с отвисшими щеками.

– Поздравляю, – пророкотал он, но руки не подал. – Это было неплохо.

– Да, мне тоже так показалось, – в тон ему ответил Данила, которого покоробило это снисходительное замечание незнакомого ему человека.

К ним приблизился еще один субъект в костюме, моложе первого, но также с отмеченным печатью властности лицом. Прилизанные волосы и пухлые губы создавали отталкивающее впечатление. Компанию ему составляла вульгарно накрашенная особа средних лет в длинном синем платье.

– Николай Петрович, – обратился он к мордатому, – было довольно неплохо, не правда ли? Помню, мы с Вероникой в Австрии были, – небрежно сказал он, – там при гостинице тоже фокусник имелся. Он по вечерам нас развлекал…