Чтение онлайн

— Ты что же — не пошла на работу?

— Именно туда и направляюсь. Но вот решила по пути в лабораторию заскочить к тебе.

— Как дела на работе? Не спасла еще мир? — не слишком удачно пошутил Майк, ухмыльнулся, оглядел пол рядом с диваном в надежде узреть свою бутылку и не смог скрыть разочарования, обнаружив, что в ней совершенно не осталось виски. Облизав губы, поднял глаза и устремил взгляд на Рейли. — Не могла бы одолжить мне двадцатку?

Рейли проигнорировала вопрос отца. Это была старая игра. Он просил у нее деньги, она отказывала, зная, что папаша тут же купит на них очередную бутылку. Она представления не

имела, как он ухитрялся так надираться на пенсию, но в любом случае помогать ему не собиралась.

— Я подумываю съездить в этот уик-энд на побережье, где сохранилась старая городская застройка, — сказала она. — Думаю, поездка будет интересной. Не хочешь ко мне присоединиться?

Отец некоторое время с удивлением на нее смотрел.

— Зачем? Какого дьявола мне туда тащиться?

— А затем, что в этом городе есть места поинтереснее, чем дешевые кабаки. Или ты в этом сомневаешься?

Майк наклонился вперед, сделав первую за утро попытку подняться на ноги, но у него ничего не получилось и он снова плюхнулся на диван. Судя по покрасневшей физиономии, его мучило жестокое похмелье.

— Только не надо морализировать. Хотя бы сегодня.

— Есть и другие интересные места, куда мы могли бы поехать, — продолжала настаивать Рейли. — Мне казалось, тебе будет приятно, если мы вместе отправимся в небольшое путешествие, подышим воздухом…

Майк сделал вторую попытку подняться с дивана, завершившуюся на этот раз полным успехом.

— Мне необходимо сходить пописать.

Рейли покачала головой, наблюдая за тем, как он тряской рысцой пересек комнату и скрылся в коридоре, в конце которого располагалась крохотная ванная комната.

Звон бившей о стенку унитаза струи долетал даже в гостиную.

— Если бы ты предложила прокатиться до пивоварни фирмы «Гиннесс», я, возможно, и согласился бы! — крикнул папаша в незакрытую дверь ванной.

Рейли встала с кресла. С одной стороны, ей хотелось остаться с отцом, с другой — она проклинала каждую минуту, проведенную в этой норе. Выглянув в коридор и увидев в дверном проеме ванной стоявшего к ней спиной писающего отца, она сказала:

— Предложение остается открытым, поэтому дай мне знать, если планы у тебя изменятся.

— Ладно…

Уходя, Рейли напоследок со смешанным чувством жалости и отвращения бросила взгляд на жилище отца. Нынешний Майк Стил разительно отличался от некогда сильного, остроумного и трудолюбивого папочки, уделявшего все свое свободное время дочерям, когда они росли и ходили в школу. Но с той поры произошло много всего — такого, что заставило бы искать прибежище в бутылке и более сильного духом человека. И не столь уж важно, что она прилагала максимум усилий, чтобы поддержать его, даже помогла с переездом в родную Ирландию в надежде, что здесь он избавится от угнетенного состояния, сумеет справиться с пороком. Но теперь Рейли совершенно точно знала, что ничто не заставит его забыть о случившемся с Джесс. Ведь и сама она, как ни старалась, не могла избавиться от мыслей об этом.

Оказавшись часом позже у себя в офисе, Рейли испытала облегчение. Лаборатория предоставляла ей своего рода убежище от жизненных невзгод и внутреннего неустройства. Здесь все находилось в идеальном порядке и обладало смыслом.

Но сегодня она даже в лаборатории чувствовала себя не в своей тарелке.

Опустив

голову, Рейли посмотрела на распечатку, которую сжимала в руке.

Допущена ошибка, подумала она. Это должно быть ошибкой. В противном случае…

У нее возникло необоримое желание протереть глаза, как это делали герои мультфильмов, которые она смотрела в детстве. Вдруг, если она как следует их протрет, а потом снова глянет на распечатку, все в бумаге встанет на свои места и приобретет нормальный вид?

Но нет, сколько ни протирай глаза, результаты не изменятся. Все данные напечатаны черным по белому, и их невозможно превратно истолковать. Тем более если учесть, что она сама проводила исследования образцов…

Повинуясь мгновенному импульсу, Рейли торопливо поднесла бумагу к глазам и в который уже раз проверила содержавшиеся в ней данные. Нет, никакой ошибки, все правильно: вот сведения по образцу А, а вот сведения по образцу Б — один образец принадлежит покойной, идентифицированной как Клэр Райан, другой — тоже покойному, но до сих пор не опознанному молодому мужчине.

Хотя никто не застрахован от неудач, Рейли, когда дело касалось улик, подходила к работе с особым тщанием и в глубине души знала, что не испортила препараты — ни тот ни другой. Она вообще за всю свою жизнь не испортила ни одного препарата, подготовленного для анализа. Потому что слишком высоки были ставки и слишком многое зависело от результатов.

И еще одно. Ее учителя в Квонтико имели обыкновение говорить, что, как бы странно ни выглядела та или иная вещь и какими бы невероятными ни казались полученные данные, результат всегда результат, так как улики никогда не лгут.

Особенно если ты провел тесты дважды.

Глядя в бумагу, Рейли на мгновение унеслась мыслями в годы учебы и вспомнила одного из своих преподавателей, Дэниела Форреста, вколачивавшего в головы студентов принципы так называемой бритвы Оккама [2] .

«Интуиция, — говаривал он, обращаясь к группе будущих судебных экспертов, — великая вещь и бесценный инструмент, но только в том случае, если она основывается на свидетельствах».

Рейли вспомнила, что произошло, когда преподаватель впервые предложил этот философский труд на их рассмотрение. Многие никогда в жизни ничего о нем не слышали, но нашелся-таки один парень, чье имя не сохранилось в ее памяти, у которого всегда были наготове ответы на все вопросы.

— Кто-нибудь из вас слышал о «бритве Оккама»? — осведомился Дэниел.

— Я слышал, сэр. Оккам утверждал, что простейшая теория всегда справедлива, — сказал господин Умник.

— Неверно.

Господин Умник побледнел.

— Я думал…

— Увы, многие так думают, — сверкнув очками, произнес преподаватель. — Но то, что имел в виду Оккам, гораздо тоньше по своей сути и куда больше подходит будущим экспертам. — Он указал на обсуждаемую ими на лекции улику, на основании которой можно было сделать два разных вывода. — Так, в «бритве Оккама» сказано, что когда перед нами две версии и отсутствуют аргументы, позволяющие определить истинность одной из них, следует уделить максимальное внимание изучению простейшей.