Чтение онлайн

Но под утро явился один Нолан.

Не было еще шести, когда охранник у ворот парка позвонил ночному швейцару, тот не решился сам будить господина и доложил управляющему…

Наконец сообразив, что происходит, управляющий вместе с Ноланом ввалились в спальню Дюваля, и Нолан поведал ему следующее.

Они с Иреной провели веселый вечер в дискотеке «Калипсо», очень фешенебельной (если это слово можно отнести к дискотеке) и популярной. Встретили много знакомых, друзей, выпили, дотанцевались до упаду и наконец отправились домой.

Было три часа ночи.

Дискотека «Калипсо» находилась в горах, в сорока минутах езды от города.

Они спокойно ехали по пустынному в этот глухой ночной час шоссе, когда за одним из поворотов им неожиданно преградила дорогу большая машина, стоявшая поперек шоссе. Они чуть не врезались в нее.

Оттуда вышли четверо здоровых парней в масках, с пистолетами в руках. Схватив отбивавшуюся Ирену, они запихнули ее в свою машину, а пытавшегося вступиться Полана отбросили в сторону и приказали: «Поезжай к Дювалю и скажи, чтоб ждал звонка. А если обратится в полицию, то дочери уж наверняка не дождется».

Они уехали, а Нолан, придя в себя, помчался в город. И вот он здесь.

Он действительно был здесь, в разорванном, испачканном костюме, с огромным синяком под глазом, с поцарапанной шеей. Он стоял в полной растерянности, устремив на Дюваля отчаянный взгляд, и без конца бормотал: «Что делать? Так что делать? Надо что-то делать…»

И тут в полной мере проявился характер Дюваля. Он приказал Нолану «заткнуться наконец», быстро побрился, принял душ, оделся, позвонил секретарю, что задержится дома, и, сев у телефона, начал ждать. Он знал, что похитители обычно не обнаруживаются подолгу. Иногда по нескольку дней, чтобы довести напряжение до предела, чтобы измученный отец был готов на все.

Но на этот раз то ли похитители были не очень опытны, то ли они торопились, но звонок раздался через час. Дюваль снял трубку и нажал клавишу записывающего устройства.

– Дюваль? – услышал он молодой, как ему показалось, глухой голос. Человек говорил, наверное, через платок.

– Слушаю вас, – спокойно сказал Дюваль.

– Твоя девка у нас, и учти…

– Сколько? – перебил Дюваль.

Последовало молчание, видимо, звонивший не ожидал такой деловитости.

– Полмиллиона, – произнес он наконец, но, спохватившись, поправился, – миллион, слышишь, миллион! А то…

– Дайте мне ее к телефону, – снова перебил Дюваль. В трубке послышалась какая-то возня, глухие голоса, а потом раздался ясный голос Ирены:

– Папа, прошу тебя, папа, дай им все, что они хотят! Я боюсь их, все дай им! – Она захлебнулась слезами.

– Поговорил? – услышал он тот же глухой голос. – Вечером позвоним и скажем, как передать деньги. Только мелкие купюры. И не вздумай звонить в полицию, а то простишься с дочерью.

– Я заплачу, – резко сказал Дюваль, – но если тронете ее, на краю земли найду…

Неизвестный уже положил трубку.

Дюваль начал действовать быстро и решительно, как

делал все в жизни.

Вызвав бывшую няньку дочери, доживавшую в доме свой век (он считал, что старуха не вызовет подозрений), он велел ей отправиться за покупками, а по дороге позвонить из автомата директору «Ока» с просьбой прислать незаметно толкового человека, которому он изложит свое дело.

Через час очередного продавца пылесосов, которые осаждали особняки многих богачей, провели через черный ход куда-то на кухню и лишь оттуда в кабинет Дюваля.

«Продавец пылесосов» – агент «Ока», специалист по похищениям людей («А что еще могло случиться у этого миллиардера?» – сразу догадался директор агентства.) – внимательно выслушал Дюваля, передал ему радиопереговорное устройство для прямой связи с агентством на тот случай, если похитители прослушивают телефоны замка, и удалился через тот же черный ход.

Дело было поручено отделу Шмидта.

Шмидт вызвал Кара и Лоридана и еще группу сотрудников. Они сидели в кабинете шефа и ждали сообщений от Дюваля. Переговорное устройство стояло на письменном столе, и все взоры были устремлены на него.

В комнате царило молчание.

Наконец молчание нарушил четко прозвучавший голос Дюваля:

– Они звонили, сказали, что перезвонят завтра.

Об этом звонке Шмидт и его люди уже знали. Не успел «продавец пылесосов» вернуться в агентство и сообщить суть дела, как сотрудники технического отдела поспешили взять телефоны замка на прослушивание. Дювалю об этом не сообщили: мало ли что бывает…

– Начинается трепка нервов, – продолжал Дюваль. – Они будут названивать и переносить главный разговор.

Действительно – обычная практика похитителей.

Однако и на этот раз традиция была нарушена. Новый звонок раздался в тот же вечер.

– Деньги приготовил? – спросил глухой голос.

– К утру будут готовы, – ответил Дюваль.

– Смотри! И чтоб в мелких купюрах. Не вздумай звонить в полицию, а то…

– Я хочу услышать голос моей дочери, – перебил Дюваль. – И перестаньте мне грозить. Сказал – заплачу, значит, заплачу. Но я хочу быть уверенным, что с ней все в порядке.

– Ладно, – проворчал голос, – перезвоним.

Действительно, через час раздался новый звонок, и Ирена тихо прошептала:

– Не волнуйся, отец. Со мной пока ничего не случилось. Но заплати им все. Скорей заплати, папа. – Она всхлипнула: – И главное, не звони в полицию.

Послышалась какая-то возня, неясные голоса, а потом снова заговорил неизвестный:

– Слышал? С твоей девкой все в порядке. Так и будет, если не начнешь валять дурака. Завтра жди инструкций.

Дюваль стал ждать. Сотрудники агентства тоже. За домом установили наблюдение, хотя вряд ли в том была необходимость. Но наблюдение требовало усилий многих сотрудников, а значит, счет, который «Око» предъявит Дювалю, вырастет на несколько тысяч.