Чтение онлайн

– Еще бы, теперь, когда я знаю, что моя вдова получит пенсию, не без сарказма заметил Кар.

– Эх, хорошие девчонки есть у пас в «Оке». Ты даже представить себе не можешь какие! – Лор мечтательно вздохнул.

Этот разговор друзья вели, воспользовавшись тем, что Элизабет вышла из комнаты.

Когда она вновь зашла, то, словно подслушав их разговор (а может, и действительно так), сказала:

– Знаешь, Ал, у них в агентстве есть несколько красоток для специального использования, так, смотри, не попадись им в лапы.

– Для специального использования – это как

понять? – Кар насторожился.

– Ну, – пояснил Лоридан, – надо, скажем, добыть для бабы, которая хочет разойтись с мужем, доказательства супружеской измены. Вот нашу красотку и подбрасывают такому супругу. Она живой свидетель, да еще там всякие фото, письма. И привет, сгорел голубчик. А довольная разведенная отваливает «Оку» приличный куш из денег, которые ее лопух платит ей теперь как алименты.

– Но ведь может быть и наоборот, – подумав, сказал Кар, – когда разойтись хочет муж и подбросить липового любовника надо жене? Верно?

– Верно, и такие услуги оказываем, – рассмеялся Лоридан, – для этого у нас тоже существуют спецкрасавчики. Дай бог работа!

– Интересно… – Кар покачал головой. – Чем только твое, прости, теперь и мое, агентство не занимается!

– Погоди, – заметил Лоридан, – ты еще много чего узнаешь. Мой тебе совет – не удивляйся, не задавай вопросов, а главное, помалкивай, не лезь со своим мнением. На заводе директор не любит, когда рабочий начинает его учить, как завинтить гайку. Вот и наше дело – выполнять, что говорят. Но главное – помалкивать. Ясно?

– Ясно, – проворчал Кар и встал. – Пойду спать. Завтра у меня первый рабочий день. Негоже опаздывать.

Итак, в жизни Кара началась новая полоса.

Он стал служащим, служащим большого частного предприятия, маленьким его винтиком.

Это было удачей. Когда в стране ходили сотни тысяч безработных, здоровых, в расцвете сил, имеющих профессии людей, он сразу получил работу. Хорошо оплачиваемую, хоть порой и хлопотную. У него была отличная квартира, собственная машина, кое-что в банке. Был верный и надежный друг.

Позади остались кошмары дурацкой войны, из которой – еще одна удача – он вышел без болезней и увечий (и, между прочим, живым).

Словом, все было прекрасно. Не хватало только завести подружку, чтоб не было одиноко, чтобы пойти с ней в кино или погулять в парк, покататься вдоль моря на машине или полежать на пляже. Чтоб ему было приятно просто посидеть с ней, поговорить и чтоб от одной мысли о ней у него становилось радостно на душе.

Да что это он, совсем рехнулся! – встряхивался Кар. Так недолго и до женитьбы, к которой его мягко, но настойчиво толкала Элизабет. Жениться! Это же бред, конец спокойной веселой жизни!

А может быть, как раз начало?

Кара раздирали противоречия. Он поймал себя на том, что со своими новыми товарищами по работе, а их появилось немало, он частенько заводит «брачные разговоры», как он сам их называл. Расспрашивал, женат ли его новый знакомый, а если женат, то доволен ли, радуется или тяготится семейной жизнью.

Выяснилось, что однозначных

ответов нет. Большинство сотрудников агентства были женаты, имели детей. Кто-то счастлив, кто-то нет, кто-то верит жене, а кто-то ревнует ее, были и разведенные, и вдовцы, дважды и даже трижды женатые.

Короче, оказалось, что его товарищи по работе ничем не отличаются от всех других людей и мнения о браке у них разные.

Так что решать следовало самому.

Рассудительная Элизабет, с которой он делился своими заботами, говорила:

– Ты не с того конца взялся, что ты тут устраиваешь какие-то социологические исследования. Ты влюбись! Ну, не влюбись, так хоть начни встречаться с девушкой, которая тебе симпатична, нравится, с которой тебе приятно проводить время. А девушек в агентстве много. Между прочим, то, что они там работают, определенная гарантия порядочности, здоровья.

– Особенно те, кого для бракоразводных процессов подставляют… – усмехнулся Кар.

– Ну и что, – серьезно возражала Элизабет, – это же работа. Мало ли что от тебя потребует твой служебный долг. А если тебе по работе придется человека поколотить? Служба, никуда не денешься.

– Интересно, что бы ты сказала, если б Лору надо было по делам службы наставить тебе рога?

– Ничего бы не сказала. Значит, такое задание. Любит-то он меня. Ты какой-то странный. Не путай, пожалуйста, высокие чувства с грязной работой. Есть такая, что ж делать, если приходится ее выполнять.

Эта странная философия слегка шокировала Кара. Но в вопросах брака и любви он как-то уже привык доверять Элизабет.

Он пока бездельничал.

– Присматривайся, – сказал ему Шмидт.

И Кар присматривался. Ему и в голову не приходило, что присматривались-то к нему. Он не знал, что та проверка, которую он проходил при поступлении, пустяк по сравнению с той, которой он подвергался сейчас.

Правда, бегать, прыгать и водить мотоцикл никто его не заставлял, но зато разными путями – опросами коллег, наблюдением, иногда даже слежкой, подслушиванием с помощью «жучка», без труда установленного в его отсутствие в квартире, нечаянными вопросами в разговорах – его просвечивали и экзаменовали в эти первые недели работы тщательнейшим образом. Будь он поопытней, он, быть может, что-нибудь и почувствовал, удивился бы, что вдруг кто-то из коллег, понизив голос, предлагает сходить в «дом для публики» или спрашивает, какой наркотик дешевле. Но Кар был далек от всего этого и потому, наверное, без труда выдержал и вторую проверку. Начальство было удовлетворено, о чем он и не подозревал.

Его стали привлекать к делу.

– Значит, так, Кар, – сказал ему однажды Шмидт, – с сегодняшнего дня будешь оберегать одного психа, который боится, что его похитят. Миллионер из Штатов. Приедет для каких-то переговоров с нашими курортными боссами. И обратился к нам, просит, пока будет здесь, приставить к нему телохранителя.

В тот же вечер Кар встречал «психа» на аэродроме. Его протеже оказался пожилым, весьма самоуверенным, громогласным и грубоватым человеком и никак не производил впечатление труса, опасающегося за свою жизнь.