Чтение онлайн

– Это лучше, чем ничего.

Я не разделял ее энтузиазма, но спорить не стал.

Дальше отряд двигался уже не так бодро, как до этого, прислушиваясь к звукам и всматриваясь в окружающую зелень.

Сначала мы услышали тяжелое дыхание, эхом разносящееся по укутанному тенями лесу. Дыхание было неровное, прерывистое, болезненное (как я это понял – сам не знаю, но сейчас именно так мне представлялось). Затем шуршание шагов. Монстр переступал тяжелыми лапами по устилающему землю покрову из листьев, мха и опавших, подсохших веток. Егеря переглядывались между собой,

давая безмолвные команды жестами и расходясь полумесяцем. Мне показалось, что я видел движение темной фигуры между деревьями.

Внезапно зверь затих, замер, вслушиваясь в тишину и втягивая чуть прохладный воздух. В этот момент каждый понял – он нас заметил. До слуха донесся нарастающий пугающий рык, предшествующий резкому рывку. Я запоздало ощутил в нем колебания магии, начав быстро вплетать свои чары в инстинктивную магию природного полуестественного проклятия.

Вовремя.

Монстр рванул к нам, обдирая мускулистыми, покрытыми жесткой шерстью плечами стволы деревьев, не слишком стараясь их обогнуть. Для него они были лишь небольшой помехой, не более того. Но группа егерей, с моей помощью сбросившая проклятие кратковременного паралича, обрушилась на зверя почти одновременными выстрелами.

Промахнуться по крупной туше, даже несмотря на скорость, было сложно. Лютоволк исчез во вспышках магических взрывов, взревев от боли и ошеломления. Рада заготовила заклинание, но пока медлила, не видя толком цель. Егеря возводили арбалеты и закладывали стрелы со смертоносной начинкой в своих наконечниках. А я уже ощущал дрожание новых псевдозаклинаний, накладываемых монстром инстинктивно. Причем их скорость…

Дым и пыль от разрывов быстро оседала, ее место занимал туман, которым сочилась шерсть зверя. Лютоволк отринул, петляя между деревьями и не давая толком прицелиться. Туман вокруг него уплотнялся, начав расползаться по всем направлениям, создавая мощную завесу.

Рада зло цыкнула, желая сорвать на зверя всю свою огненную ярость, но не имея такой возможности. Благо девушка здраво оценивала ситуацию и понимала, что, если она промахнется, лютоволк просто не даст ей шанса подготовиться к новой атаке. Мне же для некоторых приемов не нужна была прямая видимость, монстр и так ощущался достаточно отчетливо. Боевым заклинанием не достану, но могу попытаться остановить распространение тумана, представляющего собой большую помеху, от которой нужно было избавиться, предоставить условия для стрелков, так как именно они могут нанести наибольшее количество повреждений этой твари.

Но зверь словно почувствовал мою магию и в очередной раз разразился громким злым рычанием. Он сделал новый рывок, напоминая мифического призрака, окутанного туманом и оставляющего на земле ледяные пятна.

Вновь раздались выстрелы.

Тщетно. Стрелы пролетели сквозь дым, и буквально в последний момент монстр успел уклониться, уже наученный болезненным опытом. Вся его мощь, подстегнутая ошибкой охотников, с новой силой рванулась на меня.

– В стороны! – рявкнула Рада, не без удовольствия отпускающая на волю всю накопленную в заклинании силу. И группа, будто не раз отрабатывавшая этот маневр,

быстро начала уходить из зоны атаки.

Лютоволка встретила волна яростно летящего пламени, обдирая жесткую шерсть, закручиваясь вокруг массивной фигуры, нападая, будто разумная, ведомая волей хозяйки. Если бы волна приобретала физическую форму, то это было бы уже заклинание четвертого круга. Все же Рада сильна, ничего не скажешь.

Часть егерей отходит дальше, чтобы не оказаться в эпицентре взрывов от стрел, другая же, наоборот, остается на месте и спешно меняет заряды на более слабые, которые можно использовать, не боясь задеть своих. И те, и другие медлят, опасаясь стрелять – враг слишком близко.

Я не медлю.

Первым в зверя влетает заклятие из разряда пыточных. В сочетании с пламенем Рады оно причинит такую боль, что проймет даже этого монстра. Обычно эти твари от полученной боли только впадают в ярость, но моя магия бьет прямо по нервам, лишая возможности контролировать тело. Это вызывает непроизвольные конвульсии и, как правило, приводит зверя, не осознающего, что происходит, в ужас.

Тут же, вдогонку, сразу идет боевое. Зеленоватый жгут, напоминающий молнию, ударяет в морду лютоволку. Эффект имеет совсем неаппетитный вид: глаза лопаются, а кожа, где она еще не содрана пламенем, отслаивается. Монстр кашляет на землю смесью мутной крови, фарша плоти и обломков собственных зубов. Магия хаоса. Она не просто так многими считается отвратительной.

А ведь я хотел создать простую молнию аспекта воздуха, но в последний момент заклинание извратилось до полной неузнаваемости. Будь у меня больший запас энергии, а так… приходится работать с тем, что есть. Еще повезло, что получилось именно так.

Тварь от безумной боли воет навзрыд. Шарахается от нас, напуганная, ослепленная, но все еще живая. Я вложил мало силы, многократно меньше, чем Рада. Монстр восстановится очень быстро, если не продолжать наседать. Даже после такого он представляет для нас опасность.

Я хватаю напарницу, которая, по всей видимости, редко сталкивалась с таким противником и непозволительно долго стояла на одном месте, и тяну ее назад, дальше от волка. Егеря, правильно трактуя мои действия, направляют луки и только-только перезаряженные арбалеты. В этот раз синхронного выстрела у них не получается, но все стрелы летят в цель.

Захлопали разрывы, поглощая лютоволка. Но ожидаемого крика боли мы не услышали. Атака достигла монстра, но практически не причинила ему вреда. Разрывы увязли в извергаемом шерстью тумане.

Тварь сильна. Пожалуй, куда сильнее, чем может показаться на первый взгляд. Эта мысль еще не до конца сформировалась в моей голове, а тело уже действовало на автомате.

– Прикрой меня, – коротко бросаю Раде, сосредоточившись на магии монстра.

Он уже совершает рывок, оставляя на земле следы в виде огромных заледеневших пятен. Группа егерей в растерянности, осознавая, что их атаки не принесли результата. Они все еще могут сражаться, но пребывают в секундном замешательстве, а медлить нельзя. И тут огненная волшебница снова выходит вперед.