Сын неба
Шрифт:
– Товарищи, потише! – просил он. – Разрешите сказать несколько слов.
Когда шум утих, замполит начал:– К трем первым Героям Советского Союза нашего полка – Сергею Титовке, Алексею Сторожакову и Георгию Петрову – прибавилось еще трое. Разрешите горячо поздравить их, пожелать успехов. А всему полку – чтобы семья Героев постоянно пополнялась. Давайте же еще беспощаднее бить врага, драться по-гвардейски, как дерутся наши Герои.
Все бурно зааплодировали.– Событие большое,
– Город большой, найдешь работу, поступишь учиться, станешь человеком, – уговорила его сестра.
Вместе с сотнями таких же подростков Петр ежедневно ходил на биржу труда. Однажды ему повезло. На бирже появился пожилой мужчина в рабочей спецовке, кепке, в начищенных до блеска русских сапогах. Он громко объявил:– А ну, молодежь, давай ко мне!
Вокруг быстро собралась группа подростков.– Я представитель завода «Серп и молот», – отрекомендовался мужчина. – Знаете такой? Сельскохозяйственные машины делает. Так вот, наш завод принимает на работу молодежь. Дадим хорошую специальность. Но с одним условием, – представитель завода улыбнулся, в его глазах появился хитроватый огонек. – Месяц придется потрудиться на уборке картофеля. Вот мы там и проверим, из кого получится хороший рабочий.
Кое-кто из ребят не поверил: с картошкой провозишься, а работы не дадут. Другие подумали: «Не очень-то приятно месяц копать картошку. Лучше поискать более подходящую работу».
Покрышев записался. Месяц честно отработал, а потом его отправили в школу ФЗО. Первые дни жилось несладко. Ездил на занятия почти через весь город, спал мало, а учился и работал много, часто голо дал.
Как-то, возвращаясь с завода, встретил во дворе группу беспризорников. Грязные и оборванные, они о чем-то горячо спорили между собой.
– Эй ты, фэзэушник, – позвал один из них. – Подойди сюда!
Покрышев подошел.– Жрать хочешь? – неожиданно грубо спросил беспризорник.
– А у тебя что-нибудь есть?
– Дурак. Тебя спрашивают, отвечай!
Покрышев простодушно кивнул головой:– Живот подвело!
– Тогда пойдем с нами вон туда, – беспризорник кивнул в сторону небольшого здания, окруженного высоким забором. – Видишь артель «Кожгалантерея»?
– Вижу, ну и что? – не понял Петр.
– Там куски кожи лежат.
У забора остановились. Тот же парень, видимо, старший среди них, воровато оглянувшись по сторонам, приказал:
– Ты самый маленький. Подлезай под забор – подашь нам кожу.
Покрышев стоял в нерешительности.– Давай быстрее, пока никто не видит… – торопил парень. – Не трусь…
Петр лег на живот и осторожно пролез под забор. Не успел он подняться на ноги, как чья-то сильная рука схватила за шиворот, приподняла.
– Попался! – На него зло смотрели глаза сторожа. – Ишь ты, воришка!
Всю компанию как ветром сдуло. А его привели в милицию. Дежурный, пожилой человек, с седыми висками и утомленным от бессонницы лицом, устало посмотрел на него и спросил документы. Повертев в руках заводской пропуск, положил на стол:– Эх ты, горе луковое, а не рабочий! Придется о твоих делишках сообщить на завод.
Твердый комок подкатился к горлу. Он вспомнил, в какой торжественной обстановке им выдавали пропуска, как тепло поздравлял старый мастер каждого фэзэушника, как говорил о чести рабочего, призывал не позорить ее.
На глазах появились слезы и поползли по щекам.– Дяденька, отпустите, я больше не буду… Ведь меня уволят с завода. Не буду больше…
Милиционер вынул из портсигара папиросу, затянулся. Белые колечки дыма весело поплыли к потолку.
– Не будешь, говоришь? Можно поверить?
– Честное слово!
– Если говоришь искренне – поверим. – Он встал из-за стола, протянул Петру пропуск: – Иди и больше не попадайся.
Это было первое и последнее его знакомство с беспризорниками. В труде и учебе пролетели два года. Распорядок дня в школе был жесткий – шесть часов занятий, четыре часа работы. В каждой группе – по сорок человек: мастер не всегда успевал уделить внимание каждому парню. Многое зависело от самого ученика, его способностей, упорства, прилежания. Наступило время экзаменов. Сначала сдавали теорию. Сдал теорию – выбирай запечатанный пакет. А в нем задание. Покрышеву досталось трудное задание – за неделю сделать «ласточкин хвост», так за свою оригинальную форму называлось изделие из двух металлических пластинок толщиной до десяти миллиметров. Эти «хвосты» требовалось вырезать с таким расчетом, чтобы при совмещении между ними не могла просочиться даже вода. Через пять дней Покрышев сдал работу.– Уже? – удивленно поднял брови мастер. – Шустрый!
Когда мастер принес работу председателю комиссии, тот долго и придирчиво рассматривал «ласточкин хвост», потом передал другим членам комиссии.
– Да, хватка у парня есть, – сказал он. – Смекалистый и расчетливый. Таким качествам может позавидовать любой рабочий. Как ваше мнение?
– Я думаю, надо дать ему четвертый разряд, – сказал один из членов комиссии.
Другой возразил:– Обычно за выполнение такого задания присваивают второй или третий. Не слишком ли много сразу?