Сын Люцифера
Шрифт:
– Прошу благородную Элар разделить с нами завтрак.
Принцесса прошла на положенное по этикету место за столом. Когда сел магистр, все присутствующие прочитали короткую молитву Свету.
– Элар, разрешите представить вам моих братьев по ордену.
У палладинов самые серьезные разговоры всегда шли за трапезой, они считали, что совместное дело облегчает понимание. Эльфы напротив считали разговор за столом верхом неприличия. Но и те и другие понимали, что за чужой стол не садятся со своей тарелкой и ложкой.
– Виконт Валерт, мой первый помощник, -
– Епископ Елаки, наш духовный отец, - рука указала на сухонького старичка в скромной одежде настоятеля. Элар почувствовала в нем огромную Силу. Святой отец действительно мог быть святым, она бы не удивилась узнав, что этот старичок мог провести сорок церковных служб кряду.
– Рион, Дарманр и Лак. Командиры отрядов.
– трое палладинов на которых указал Велеран, едва заметно поклонились. Все трое были братьями и выглядели словно молодые вечно голодные волки.
– И мой сын Найен, - указал магистр на юношу скромно сидевшего в конце стола.
– Он будет главным в мое отсутствие.
Найен действительно походил на своего отца. Такие же резкие черты лица, тонкий нос и быстрые, словно ветер, движения.
– Я представил их вам, потому что наше сегодняшнее дело очень опасно, и я боюсь не вернуться.
– Палладин говорил, словно такое происходило каждый день, но Альтаирра чувствовала в нем скрытое напряжение и предвкушение чего то необычного.
– Я бы хотел, чтобы вы сейчас изложили ваше дело перед всеми. Кто бы из нас не вернулся, он поможет вам сразу же.
– Благодарю милорд, - почтительно ответила Элар.
– Я послана лично главой домов Туманного леса. С севера надвигается страшная беда. Это некое существо которому не страшна простая сталь и оружие Света. Мы видели как оно убило ангела, а раны, нанесенные огненным мечом, срастались на вслед за ударом. Это идет на юг и его путь ведет через Туманный лес. Я послана найти человека, который может, если не остановить тварь, так сказать, что это.
Закончив речь, Элар оглядела собравшихся. Епископ чуть шевелил губами читая молитву, братья-палладины напряглись, словно почуяли добычу, Валерт стал мрачнее тучи. Только Найен и магистр остались внешне безучастными.
– Воистину страшные вести, - наконец заговорил магистр.
– Брат Валерт недавно был на севере и видел, след оставленный этим существом. Мы решили что он... э-э... преувеличивает. Но после ваших слов. Наш орден окажет вам полную поддержку и помощь, после выполнения нашего обета.
Магистр и остальные приступили к трапезе, изредка перебрасываясь односложными фразами, о готовности к походу. Насколько смогла понять Элар, они планировали вернуться еще до захода солнца. Но это не слишком интересовало эльфийку. Орден обещал ей помощь, а значит она найдет ненареченного. Недаром говорят, что палладины отыщут грешника даже в раю.
Палладины покидали цитадель. По трое в ряд, под гордыми стягами они выезжали за стены крепости. Эльфийская принцесса пожелала им быстрее вернуться с бескровной победой. В крепости осталось
Эльфы не держали домашних животных, считая это глумлением над природой, но в искусстве вольтижировки с ними не могли сравниться даже кочевники степей. Элар шла вдоль опустевших загонов, пока не увидела белого, как морская пена жеребца. Жеребец поглядел на подошедшею эльфийку своими влажными глазами, в которых было грусти больше чем недоверия.
Элар положила руку на голову прекрасного скакуна. Он был совершенен. Могучие мышцы перекатывались под шелковистой шкурой, широкая грудь, подтянутый пах. Жеребец с одинаковой легкостью мог нести покрытого железом рыцаря и скакать целыми днями по бескрайним зеленым полям.
Элар пропустила сквозь пальцы белоснежную гриву скакуна. Тот лишь чуть дернул ушами.
– Я вижу, благородная Элар разбирается в лошадях?
– спросил подошедший Найен, все еще не оставляя надежд разговорить красавицу-эльфийку.
Юноша протянул жеребцу морковку, но тот и не притронулся к лакомству, вздохнув парень положил корнеплод в ясли.
– Его хозяин погиб неделю назад. С тех пор он практически ничего не есть. Жаль, пропадает зазря.
– Нет, - эльфийка поднесла жеребцу морковь, и к удивлению Найена, тот стал есть.
– Он верен. А верность творит чудеса. Я бы хотела прогулять его.
Найен лишь развел руками, можешь делать что хочешь, ты гость. Элара повела жеребца из конюшни во двор, за ворота, в поле.
Жеребец всхрапнул, почуяв запахи вольного поля.
– Ну, все хорошо, - шептала Элар по-эльфийски в ухо жеребцу.
– Давай что же ты?
Стоящий на стене Найен с удивлением взирал, как эльфийка одним движением запрыгнула на спину лошади и помчалась по полю. Без седла и поводьев, держась за шею только одной рукой, эльфийка мчалась по изумрудному полю. Прекрасный скакун и прекрасная наездница. Что кроме этого может заставить двадцатилетнего палладина стоять на крепостной стене с расширенными от восхищения глазами?
Когда солнце склонялось к горизонту Элар вернулась в крепость. Проведя жеребца в конюшню она сама вымыла, накормила и напоила его. На выходе ее ждал Найен.
– Никогда не видел подобного. Как у вас эльфов получается так ладить с животными?
– К ним надо относиться как к равным. И это могут не только эльфы. Друиды были способны на большее, они могли разговаривать с деревьями.
Найен собирался еще спросить, но его прервал звук гонга. В крепость возвращались палладины.
Первым в крепость въехал сам магистр. Элар услышала облегченный вздох Найена. Следом ехали трое братьев. Вернее двое, третий привязан к седлу своей лошади. Мертв. Потом в ворота прошла лошадь епископа. Его преосвященство было бледнее восковой свечи, которые воскуривались в храме. Рядом ехал Валер, правая рука замотана в лубок, кольчуга порвана в двух местах. Это-то кольчуга гномской работы! Да с кем они встретились?