Свадьба Эмбер

– Ты говоришь... Карибские острова?

Эмбер от удивления так быстро обернулась, что легкая ткань фаты упала на ее лицо. Она нетерпеливо откинула ее назад и убрала тяжелые, роскошные рыжие волосы с обнаженных плеч.

– Ты шутишь!
– бросила она своему старому другу.

Лео стоял, облокотившись на колонну галереи менестрелей, и улыбался.

– Ну наконец-то! На меня обратили внимание! Вот и я. Я тебе говорю, что обосновался в Санта-Лусии, - возмутился он, - а ты только и можешь болтать о своем новом муже!

Это он о Джейке?

Удивление заслонило неожиданную новость Лео.

Эмбер нахмурилась. Она болтает? Как странно!

– В самом деле? Не может быть...

– Без конца!

– А я и не заметила!
– Она спохватилась и придала лицу застенчивое выражение.
– Но ведь иначе я была бы странной невестой.

А она и в самом деле была странной невестой! Вполне вероятно, что их с Джейком свадьба - самая странная из всех, когда-либо происходивших в маленькой церкви Каслстоу. Брак по расчету. Ни секса, ни бурных страстей - только теплое чувство. То, что надо.

Она никогда не испытывала к Джейку ничего, кроме дружеского расположения. Вот почему теперь увлеченность, с которой она говорила о Джейке, озадачила ее. Она бросила взгляд вниз на толпу. Гости в шотландках и ярких бальных платьях заполнили баронский зал Каслстоуского замка. Высокая, атлетическая фигура Джейка в черном смокинге выделялась из всех. Он бы бросался в глаза в любой толпе. Эмбер изучала взглядом его черные байроновские кудри и необычное, привлекающее внимание лицо. Сегодня вечером он, казалось, сиял от радости, а темные глаза излучали светлое счастье, как у любого жениха. Но он не был счастливым женихом. Тогда чему он радуется?

Она нахмурилась, стараясь забыть все опасения и предчувствия, одолевавшие ее с тех пор, как Джейк сказал «да» и улыбнулся ей обезоруживающе теплой улыбкой. Улыбаясь ему в ответ, она вдруг подумала, что в его выразительных глазах мелькнуло желание. А она хотела только дружбы. К сожалению, он был сексуален. Он был мужчиной - а она не слишком верила обещаниям мужчин, особенно если их поведение продиктовано в большой мере сексуальным влечением.

– Джейк кажется совершенно другим человеком теперь, когда он одет более традиционно. Это ведь не то, что ковбойка и куртка, - сказал Лео с надеждой.

Да. Вот почему сегодня она глаз от него оторвать не может - другая одежда. Странно, как ей это раньше не пришло в голову!

– Он ведь элегантен, не так ли?

– Никогда не думала, что он может выглядеть так респектабельно!
– согласилась она с легким смехом.

Почти респектабельно, но не вполне, размышляла она. Было что-то в Джейке, что немного пугало ее. Отчасти то, что он чуточку чаще, чем необходимо, рисковал своей жизнью, но и что-то еще - она не могла это определить. За очарованием и светскими манерами она чувствовала что-то темное. В этих почти черных, бездонных глазах скрывалось множество тайн. Случалось, когда она с воодушевлением начинала рассказ о своей семье, он внезапно извинялся и уходил так, как будто ее радостное возбуждение чем-то задевало его. Она привыкла не рассказывать ему никаких счастливых семейных историй, чувствуя, что у него есть какие-то проблемы, которыми он не хотел бы делиться. Никому не удавалось тесно сблизиться с Джейком, сорвать печать с его сердца. И все это делало его в глазах женщин совершенно неотразимым.

Они знали друг друга в течение долгих лет. Он - сотрудник Рейтер - самого уважаемого агентства новостей в мире, она - специалист по статистике в «Юнит» - организации, которая занималась воссоединением семей беженцев. Они встречались в Бухаресте, сталкивались в Сараеве и Руанде, а недавно и в других

районах Африки. И каждый раз, когда он выскакивал из джипа для привычного обхода лагеря беженцев, работающие женщины замирали. Бесконечное обаяние, озорные глаза... Определение, наиболее употребимое по отношению к Джейку, было «сногсшибательный». Привлекательный мужчина, простой в общении, но с железным сердцем.

Внезапное беспокойство отразилось в ее карих глазах. Его излишняя сексуальность - единственное, что заставляло ее колебаться, когда они готовились к свадьбе. Только теплые чувства, которые она испытывала к нему, и его заверения, что он понимает ее, убедили Эмбер согласиться на этот брак. Джейк знал, что она думает о сексе и почему.

Наконец она решительно сказала себе, что зря волнуется на этот счет. Выражение ее лица смягчилось. Она восхищалась мужчиной, чье остроумие могло так чудесно оживить разговор у ночного костра, а на следующую ночь он мог исчезнуть на вражеской территории, вооружившись только записной книжкой и сменой белья. Действительно крутая натура за обманчивой сентиментально-поэтической внешностью.

– Он выглядит слишком... восхитительно распутным, Эмбер!
– весело сказал один из ее университетских друзей во время свадебного приема. В тоне приятеля проскользнуло сожаление, что она у Джейка не первая.

Но Эмбер знала, что последние десять лет Джейк странствовал по свету, активно собирая информацию, и у него не было времени для серьезных связей или романтических увлечений. И вот она выходит за него замуж. Умно или глупо поступила она, решившись на этот шаг?

– Ты... счастлива?
– осторожно спросил Лео.
– Временами ты кажешься несколько взвинченной.

Она откинула голову и засмеялась. Но, почувствовав, что ее смех действительно звучит несколько истерично, сбавила тон.

– Сегодня же моя свадьба!
– мягко упрекнула она его.
– Всего две недели назад мы с Джейком были в Африке. В лагере было трудно. Мне надо привыкнуть к тому, что я дома, и к тому, что я замужем.

– Работа немного напряженная, - усмехнулся Лео.
– Если бы люди не знали тебя так хорошо, они бы померили твою талию!

– Неужели?
– воскликнула она, испуганно подавив естественное желание приложить руку к животу. Там ее ребенок. И он не от Джейка. Легкая тошнота подкатила к горлу.
– Моя репутация непорочной девы была бы вдребезги разбита, не так ли?
– удалось ей отшутиться.

Дрожащими руками она вцепилась в спинку тяжелого стула, страстно желая опуститься на него. Правда пульсировала в ее животе. И она поспешно сменила тему, пока совесть не заставила ее признаться.

– Лео! Так что ты говоришь про карибские плантации?

– Я не только буду жить там с Джинни, мы собираемся снова пожениться!
– сказал он со счастливой улыбкой.

Эмбер радостно схватила его за руки. После развода с Джинни он был как раненый зверь.

– Чудесно! Я рада за вас. Но...
– Ее лицо помрачнело, когда она подумала об отце Лео. Стюарт, виконт Брендон, был ее горячо любимым крестным отцом, и, так как ее родители умерли, он организовал для нее эту свадьбу - как подарок.
– Как же ты можешь уехать?
– продолжила она с упреком.
– Ты же управляешь имением. Ты знаешь здесь каждое дерево, каждую травинку, каждый голый камень. Земля, деревня, замок... они для тебя сама жизнь и дыхание, как и для меня. Ты же должен унаследовать Каслстоу. Я люблю его всем сердцем, но я всего лишь дочь егеря, - сказала она, гордая тем, что ее семья служила Брендонам из поколения в поколение.
– Я клянусь, что никогда не оставлю его!