Чтение онлайн

заговаривается?98 лет вс-таки... Отмахнуться?

39

Но тогда, как отмахнуться от такого факта: мать М.

Зазирки и сам он родом из Нижне-Чуйска. Да, того

самого!

Согласитесь: невероятно, но факт. Необъяснимые

исчезновения продолжаются, а оборванные ниточки

ведут в одно место - Нижне-Чуйск. К прежним

загадкам

добавилась новая: почему исчезновение М.

Зазирки заметили все (при этом лишь одна Анфиса

Борисовна отмечает изменения в судьбе Михалыча

накануне исчезновения), а тех, кто до него исчезал,

даже родные матери не помнили.

Что это? Ослабление некоего воздействия?

Мы уже высказывали предположение об

эксперименте и о "взрывной волне". Что если

случай с М. Зазирка – это результат ослабления

"волны"?

А учные как в рот воды набрали. Не велено

распространяться?"

"Микроскоп",№ 44,2006

Вот и сентябрь ходко зашагал. С первого дня, вступив во власть, он внс изменения:

понизил температуру градусов на 5-7,солнце вс время пряталось за серым пологом,

зачастили дожди - ливневые сменялись нудными, моросящими.

Похолодание подстегнуло мои думы о грядущей зиме. Второго числа я придирчиво

оглядел свои владения, и остался, весьма недоволен. Изба лишь на первый взгляд

казалась тплой - пока горит очаг, к утру ощутимо выстуживается. Это сейчас при

плюсовой температуре, а что будет зимой, когда ударят морозы? В древности зимы были

холоднее, а я как раз и нахожусь в древности.

Значит, первая задача: утеплить избу. Очаг, конечно, служит мне славно, только

постоянный дым в комнате, копоть на стенах уже начинают раздражать.

Отсюда, задача вторая: соорудить нормальную печь с дымоходом наружу.

Задача номер три: увеличить вдвое заготовку "продуктов". Надежда, что Машка

подарит поросят слабая. Кто их, кабанов, знает, может, в неволе откажутся плодиться. Да, и побольше съедобных травок, корешков, дабы избежать зимой авитаминоза.

Вот тебе, Михайло три архиважных "нацпроекта". Действуй!

Начал я с печки. Не боги горшки обжигают, - а горшки как раз у меня более менее

сносные получаются, - вот и решил я замахнуться на производство кирпича.

Допоздна 2 числа занимался сырьм: носил глину. Две ведрных корзины, "рюкзак"

за плечами - и вперд. К вечерним сумеркам во дворе выросла приличная глиняная

горка.

Устал, почему-то дико. Неужели потихоньку сдаю?

Поразмышляв за поздним ужином, пришл к выводу, что причина в другом. С

первых дней приучил организм к разнообразным нагрузкам в течение дня: тяжлая –

полегче - ещ полегче. А тут почти весь день только тяжлая, однообразная. Организму

пришлось ломать график, перестраиваться. Если от однообразности устат металл, что ж

говорить о моей плоти. Ладно, учтм: на ошибках учатся.

Раису Фдоровну за эти дни ни разу не видел. Еда, которую оставлял у камня, к утру

исчезала. Я не следопыт, поэтому на траве определить по следам кто воспользовался

моим угощеньем, разумеется, не мог, но вс время тешил себя: это Раиса Фдоровна.

3 сентября день выдался сухой, и относительно тплый. Помня вчерашний день, я

не увлекался подолгу одним делом. Схожу пару раз за водой, переключусь на

изготовление форм. Использовал полутрухлявые стволы: вырубал чурки, труху

выковыривал, и получалось подобие корытца. Глину месил дедовским способом -

ногами. Для большей сцепки, чисто делитански, добавлял хвойные веточки, дубовые

листья.

40

К обеду на лопуховых листьях сохли под солнышком 50 кирпичей-монстров. После

обеда загрузил в печь для обжига первую пятрку, внутренне готовый к возможной

неудаче: технологии никакой, вс на авось.

Кирпич не горшок, поэтому дров не жалел. Вскоре от печи исходил такой жар, что на

метр вокруг не пожухла трава. Дрова мне приходилось пропихивать жердью издали.

Ветра не было, и дым расходился низом, слоями. Бедные лесные обитатели, поди, в

панике: лесной пожар?

Какая нужна температура, сколько держать, разумеется, понятия не имел. Наобум

решил: час жарю, остужу, проверю

И что вы думаете? Получились кирпичики! Не первый сорт, четвртый-пятый, но

получились. Неприятного цвета - полуржавые, полузакопчные, - но, главное, от удара

не кололись, а лишь чуть-чуть крошились по краям. Для меня это было больше чем успех.

Я был рад как мальчишка, такой подъм сил хлынул, что даже запел. Попурри из всего,

что всплыло в памяти: народные песни, детские, военные, попса, свои доморощенные

стишки пристгивал к популярным мелодиям.

В эйфории пребывал вс время, пока шло производство кирпича, затем кладка печи.

Ощущения не передать словами, но очень похожи на те, что я испытал сотни-сотни лет

назад, когда отвз жену в роддом, когда ждал рождения ребнка, когда сообщили: дочка!

Именно о дочке я мечтал ещ задолго до женитьбы. Вот и сейчас с теми же чувствами я