Чтение онлайн

— Ладно. К делу. Сергей Петрович сказал, ты толковый парень.

Илья сглотнул, с трудом сдерживая эмоции.

— Отец так сказал?

— Сказал-сказал. И я с ним согласен. Я людей повидал немало. Лохов вычисляю с первого взгляда. Ты не лох.

— Что вам нужно?

Баринов наклонился над столом и прошептал:

— Точилин. Это имя тебе что-нибудь говорит?

Глава 32. Павел и Инна

— Что ты теперь будешь делать? — спросила Инна.

Они сидели за столом в кухне.

Павел взял чашку. Его рука дрожала.

— То, что сделали с Димой, изменило все. Не знаю, как буду жить дальше.

— Брось, — сказала Инна. — Глупости.

— Я не смог помочь ему. Я влюбился и на все наплевал. Хватит. Пора возвращаться в мир. С прошлым я расплатился. От иллюзий избавлен. Можно двигаться дальше.

Инна выпрямилась, удивленно глядя на Павла. Его глаза блестели. Она уже давно не видела Павла таким уверенным и готовым.

— Кажется, ты начинаешь просыпаться. Что же тебя торкнуло? Случай с Димой?

— То, что мой сын плюнул мне в морду.

Павел допил чай и встал.

— Но сначала я отвезу тебя домой.

Наступила мрачная тишина. Инна медленно подняла глаза. Ее ресницы дрогнули.

— Пора возвращаться, Инна, — сказал Павел. — Сказка закончилась. Я знаю, что ты не любишь меня и никогда не любила.

Часть IV. Конец

Это конец, милый друг.

Это конец, мой единственный друг.

Конец

Наших тщательно продуманных планов.

Конец

Всего, что имеет значение.

Ни спасения. Ни удивления.

Конец.

Я больше никогда не взгляну в твои глаза.

The Doors. «The End».

«Ужасы устремились на меня; как ветер, развеялось величие мое, и счастье мое унеслось, как облако. И ныне изливается душа моя во мне: дни скорби объяли меня. Ночью ноют мои кости, и жилы мои не имеют покоя».

Книга Иова, Ветхий Завет.

Глава 33. Завертелось

Застегивая пуговицы белой блузки, Инна испытывала щемящее чувство возвращения. Именно в этой блузке и голубых джинсах она впервые переступила порог старого, темного, запущенного Дома.

Девушка поправила волосы, ободряюще улыбнувшись отражению в зеркале.

Инна прошлась по комнатам, где ей было так тоскливо и холодно… Когда она оказалась здесь, все виделось убогим и грязным. Особенно мучила ее вонь. Но теперь, когда Инна прожила здесь несколько месяцев, Дом носил на себе печать ее присутствия. Инна смотрела на стены, мебель, полки с книгами, и во всем видела отражение собственной души.

Павел кашлянул в кулак. Инна обернулась. На ее лице испуг сменился изумлением. Павел, в нежно-голубого цвета рубашке и черных джинсах (Инна даже не знала, что у него есть такие вещи), чисто выбрит. Лицо спокойное

и серьезное.

«Кажется, мой уход — большой праздник».

— Я вызвал такси. Ты ничего не забыла?

— Нет. Вещей немного — всего-то паршивая сумочка.

Инна некоторое время смотрела Павлу в глаза, пытаясь угадать его мысли. Сказала со слабой улыбкой:

— Все было не так плохо, правда?

Павел отвернулся.

За окном послышался шорох колес.

Инна вздрогнула. Павел встряхнулся.

— Ну? Пора.

Инна медленно, как во сне, сошла с крыльца. Направилась к машине.

Павел следовал за ней, хмуро глядя под ноги.

Инна взялась за ручку дверцы. Он вскинул голову.

— Ты что-то забыла?

Девушка облизнула губы.

— Съездишь со мной? Я боюсь одна ехать.

Павел секунду разглядывал ее лицо. Жесткая усмешка скривила его рот.

— Что ж, — процедил он. — Прокатимся с ветерком.

Инна неуверенно рассмеялась.

Такси остановилось. С ужасом и сонным недоумением Инна уставилась на роскошный особняк.

Павел открыл дверцу с ее стороны.

— Выходи.

Инна, в каком-то отупении, взяла сумочку. Выбралась из машины. Павел захлопнул дверцу.

Они смотрели друг другу в глаза. Шофер терпеливо ждал. Инна подумала: скольких он повидал, как мы? Как это, наверное, скучно и банально!

Павел сузил глаза.

— Дальше дорогу ты знаешь, не заблудишься.

Обошел машину, открыл дверцу. Инна крикнула:

— Куда ты?

Он криво усмехнулся.

— В будущее, любовь моя. В прекрасное, счастливое будущее! Мы все туда идем.

Инна постояла, глядя вслед такси.

Посмотрела на особняк.

— Я вернулась, — сказала она.

Задумчивой походкой вошла в гостиную. Все знакомо, и все чужое.

Скинула туфли. Бросила сумочку на диван.

Остановилась посреди комнаты. Она не была здесь так долго, что разучилась жить в собственном доме. Что делать?

Привычка повернула ее голову, раскрыла глаза, в улыбке раздвинула губы.

Мини-бар.

Инна достала стакан. Некоторое время задумчиво смотрела на него. Вспоминала.

Откупорила бутылку виски. Налила чуть-чуть.

Облокотившись на стойку, глотнула. Запрокинула голову, томно прикрыв глаза.

Выпрямилась. Глаза заблестели.

Девушка подняла стакан.

— Инна Нестерова, я пью за тебя!

И выпила все залпом.

Смотрите-ка! Куда идет эта женщина? Поднимается по лестнице. Ее лицо задумчиво. Какие призраки кричат ей вслед?

«Тебя нужно было утопить в помойном ведре, как котенка!»

— Заткнись, дядя! — крикнула Инна. — Ты пьян! И мертв!

Спотыкающейся походкой ввалилась в спальню. Бросилась на кровать.

Она сжала в объятиях подушку, потерлась щекой, вцепилась зубами. Подушка заглушила звериный стон боли и отчаяния.