Чтение онлайн

– Кармен.

– Да, конечно, Кармен. Скажи, чтобы она не сердилась на меня из-за жвачки. Я была огорчена. Весь вечер беспокоилась о мистере Мендельсоне. Сожалею, что не отменила прием сегодня днем, когда он вернулся из больницы.

– Мы все понимаем.

– Олаф покинул дом?

– Да.

– С вещами?

– Да. Он сказал, что вы уволили его.

– Да, я его уволила. Он это заслужил.

– Могу я узнать, что он сделал?

– Да, но не сейчас. Сестра Туми позвонила доктору Петри. Он скоро приедет. Предупреди Смитти о его приезде. Доктор Петри боится собак. Они набросились на него в последний раз. Возможно, приедет машина «скорой помощи» или катафалк. Не знаю, чем они

воспользуются. Не можешь ли ты позвонить мисс Мейпл и попросить ее дозвониться в похоронную контору, чтобы предупредить их? Мы воспользуемся услугами «Братьев Пирс», конечно. Попроси мисс Мейпл приехать сюда утром, как можно раньше. Не принесешь ли мою телефонную книгу из кабинета? Я должна позвонить Симсу Лорду и поговорить с ним, но не помню его домашнего номера телефона.

– Да, миссис Мендельсон, – сказал Дадли. Он подошел к столу и записал все ее просьбы. Его не удивило, что даже в горе и печали Паулина Мендельсон остается спокойной и организованной.

– Еще одно, Дадли.

– Да, миссис Мендельсон?

– Пожалуйста, предупреди слуг и мисс Мейпл также, что никто, я подчеркиваю, никто не должен выносить эту информацию за пределы дома. Я не хочу, чтобы пресса узнала о смерти мужа до похорон.

– Когда состоятся похороны?

– Если возможно, то завтра. И они будут частные. Оставшись одна после ухода Дадли, она посмотрела на часы. Было без десяти двенадцать. На пальцах она подсчитала, какой теперь час в Париже. Без десяти девять утра. Она знала, что Юбер уже встал, поскольку около семи делает гимнастику перед уходом в свое ателье. Она всегда звала своего парижского портного по имени. Он шил для нее двадцать пять лет, и она хорошо его знала.

– Хьюбер, – сказала она, когда он ответил на ее звонок в своей квартире. Она произнесла его имя «Хьюбер». Она рассказала ему, что случилось.

– Сожалею, Паулина, – ответил он.

– Спасибо, Хьюбер, – сказала она и перешла к цели своего звонка, потому что не хотела выслушивать выражение соболезнования.

– Ты мог бы сделать несколько вещей, черных и серых тонов, и, может быть, что-нибудь белое? Здесь так жарко, а мне надо их носить несколько месяцев. Полагаюсь на твой вкус. Ничего выше колен. Что бы ты ни предложил, все будет хорошо, пару черных платьев мне нужно немедленно. Я пошлю самолет. Да, вот еще что, Хьюбер, Мне нужна черная вуаль. Очень густая. Как ты считаешь?

Олаф Педерсон ехал на машине с горы из «Облаков». Мисс Туми, недолюбливавшая его за то, что он сблизился с Жюлем, не понимала, почему должна была сказать ему об увольнении. Ей хотелось, чтобы он остался и помог, когда приедет доктор Петри. Олаф не сомневался, что распоряжение о его увольнении исходило от Паулины Мендельсон, потому что она слышала, как он разговаривала с Фло Марч по параллельному телефону. Он почувствовал, что кто-то взял трубку, а потом повесил. Он очень привязался к Жюлю Мендельсону за те недели, что провел с ним в имении, и понимал все сложности его жизни. Олаф Педерсон был порядочный человек. Он сожалел, что огорчил миссис Мендельсон, но он обещал Фло, что позвонит ей и сообщит о состоянии Жюля. Его дом находился в районе Сильвалейк, но по пути он свернул в каньон Коулдуотер и остановился у дома на Азалиа Уэй. Он сообщил Фло, что ее любовник умер.

Когда прибыла машина «скорой помощи», чтобы забрать тело Жюля, Паулина находилась в библиотеке с Дадли и Блонделл. Затем она со слугами вышла в холл посмотреть, как спускают Жюля Мендельсона по винтовой лестнице в последний раз. Когда санитары проходили мимо третьей из шести картин Моне, один из них плечом задел позолоченную раму знаменитой

картины и сдвинул ее набок. «Осторожно!» – крикнула Паулина. Санитарам было неясно, относится ее замечание к заботе о покойном или о картине с водяными лилиями.

Его преподобие доктор Руфус Броунинг из епископальной церкви «Всех Святых» в Беверли-Хиллз был приглашен для совершения обряда отпевания во время погребальной службы, носившей частный характер. Доктор Броунинг уверил вдову, что ее желание сохранить службу в тайне будет скрупулезно выполнено.

– Но Жюль не принадлежал к епископальной церкви, – заметил Симс Лорд, когда его пригласили на службу.

– И ни к какой другой тоже, – ответила Паулина и добавила. – Не было необходимости напоминать мне об этом, Симс. В конце концов, я была замужем за Жюлем двадцать два или двадцать три года. Я прекрасно знаю, что он не принадлежал к епископальной церкви, но он всегда с уважением относился к Руфусу Броунингу, когда бы он ни приходил к нам в дом, и он всегда был щедр в отношении церкви «Всех Святых». Руфус все сделает быстро и тихо. Я хочу, чтобы с этим было покончено до того, как эта ужасная женщина узнает, где проходит служба. Я не желаю, чтобы похороны превратились в цирковое представление.

– Вы могли бы его кремировать, – сказал Симс. – В этом случае не было бы гроба, содержимое которого могло бы привлечь внимание.

– Кремировать? Да. Так и сделаем. Он должен быть кремирован, – проговорила Паулина, ухватившись за идею.

– О, нет, миссис Мендельсон, – сказала мисс Мейпл, оторвавшись от бумаг. – Он ненавидел кремацию. Всегда так говорил. Он хотел быть похороненным в Вествуде. У него есть участок земли для двоих: для вас и для него, рядом с мавзолеем Арманда Хаммера. Я права, мистер Лорд? Разве об этом не говорится в завещании?

Симс Лорд согласно кивнул.

– Что ж, он не будет похоронен в Вествуде, – сказала Паулина. – Он будет кремирован. Иначе эта женщина созовет фотографов, чтобы они сфотографировали ее, рыдающую над могилой. Я знаю подобных женщин, поверьте мне.

Мисс Мейпл взглянула на Симса Лорда, но Симс отвел взгляд. От них не ускользнуло, что Паулина теряет здравый смысл из-за Фло Марч.

– Вы представляете, люди будут говорить обо мне: «Она вдова человека, любившего другую женщину»?

– Нет, они так не скажут, Паулина, – ответил Симс. – Жюль любил тебя, я знаю.

Словно не слыша его, она продолжила свою мысль:

– Или: «Ее муж умер на руках любовницы»?

– Он умер не на руках любовницы, Паулина, – сказал Симс. – Он умер здесь, в своем доме.

– Фактически он умер в ее доме. Сердечный приступ у него случился на ее руках. А вчера после больницы он ездил к ней повидаться. Этот двуличный Олаф возил его к ней домой. Вы знали об этом, Симс?

Симс Лорд умел контролировать выражение своего лица и сдерживать краску стыда. Он отрицательно кивнул головой на вопрос Паулины. Накануне, зная, что дни Жюля сочтены, он вышел из «бентли», когда Олаф проезжал мимо отеля «Беверли-Хиллз», так как не хотел оказаться в машине, когда она вернется в «Облака». Для него было важно, чтобы Паулина не узнала, что он участвовал в обмане.

Паулина, ничего не подозревавшая, продолжала:

– Я глубоко уверена, что если бы мой муж не ездил вчера к этой женщине, то был бы до сих пор жив. Доктор Петри сказал, что кардиосканирование подтвердило, что он идет на поправку.

Дадли открыл дверь и вошел в библиотеку.

– Если меня спрашивают по телефону, Дадли, то меня ни для кого нет дома, за исключением отца и сестер, – сказала Паулина, – или, конечно же, для Белого дома, но я не думаю, что они уже знают.

– Это Киппи.