Чтение онлайн

Согласно этим источникам, официальные правительственные отчеты являлись частью преднамеренного прикрытия. Во время ряда землетрясений, происшедших четверть века назад, Ктулху, действительно, очнулся от снов, когда затонувший город Р’льех частично поднялся из моря. Он начал свой поход, отмеченный разрушениями, последовавшими за его пробуждением, — корабли и самолеты пропадали, население отдаленных островов полностью исчезало. Были организованы тайные миссии; термоядерный взрыв уничтожил как остров Пасхи, так и спасательную экспедицию.

Эта история не была официально подтверждена или опровергнута, но на этом она не кончалась.

Согласно

упорным слухам, Ктулху не умер. Никакое оружие не в состоянии уничтожить чуждую форму жизни, которая может реконструировать свою атомную структуру. Бессмертная сущность снова нашла прибежище в тайном укрытии на дне моря.

И теперь различные культы, которые проповедают его возвращение, тоже затонули. Их место заняло Черное Братство. Черное — как магия, а не как раса, напомнил Марк самому себе. Естественно, в этой группе далеко не только европеоиды, особенно в Лос-Анджелесе, где сейчас двадцать два процента населения чернокожие, семь процентов выходцев с Востока и более тридцати процентов испаноязычных латиноамериканцев.

Тем не менее, никто, в действительности, не знает состава последователей культа — сколько белых, сколько черных, сколько активистов и сколько просто верующих. Вполне вероятно, что количество действующих членов не так велико, но их влияние распространяется, и каждый террористический акт прибавляет культу силы. Никакие официальные опровержения, никакие исследовательские попытки со стороны людей, вроде Джадсона Мойбриджа, не могут остановить нарастающее напряжение вокруг утверждения о скором возвращении Ктулху. И никакие действия со стороны правоохранительных органов не привели к тому, чтобы обнаружить местоположение и обезвредить тайную секту, ответственную за распространение насилия и разрушения. Не только здесь, но и по всему миру образ действий этой секты очевиден — бомбежки, поджоги, саботаж; убийства или таинственные исчезновения влиятельных граждан, как внутри, так и вне служебных офисов, что всякий раз предварялось открытым предупреждением, так же, как и в случае с сегодняшним покушением.

Нет сомнений в том, что власти проводят широкомасштабные расследования, но безрезультатно. То, что некогда было второстепенной проблемой, стремительно становится главной правительственной головной болью.

Головная боль.

Боль пульсировала прямо перед глазами Марка. И он стал тяжело моргать. Он опустил оконное стекло, чтобы в машину просочился свежий воздух, и ночная прохлада освежила его лоб. С моря поднимался туман; слева от себя он увидел, как туман густо обволакивает деревья и кустарник за стенами Парклэндского кладбища.

Он не любил кладбищ, но на сей раз вид его был благоприятен — это обозначало, что он приближается к цели своей поездки. Он повернул налево и подъехал к небольшому дому, расположенному на противоположной стороне улицы; он въехал на обочину и затормозил.

Минуту спустя, он звонил в дверь дома № 1112 на Парклэнд Плэйс.

Наверху в окне зажегся свет, осветив вход, а затем из-за двери послышался голос:

Да, кто там?

Марк.

Дверь отворилась, и наружу выглянула Лорел Колман. Она была в халате; волосы собраны на макушке; судя по всему, она уже готовилась отправиться в постель, и на ее коже оставались следы очищающего крема. Но даже без макияжа внешность прекрасно сложенной худенькой брюнетки и немного раскосые глаза с сапфировым блеском производили яркий экзотический эффект.

В ее глазах читалась тревога.

Что ты здесь

делаешь так поздно?

Впусти меня.

Конечно, входи, — Лорел отступила в сторону, позволяя ему пройти. — Но скажи мне…

Позже. У тебя есть аспирин?

Садись. Я сейчас принесу.

Она проводила его в гостиную, затем исчезла и через минуту появилась снова с двумя таблетками в одной руке и стаканом с водой в другой.

После того, как Марк проглотил таблетки и запил их, девушка пристально поглядела на него, нахмурившись.

В чем дело? — сказала она.

Да ни в чем. Просто очередная головная боль.

Марк, тебе и вправду надо обратиться к врачу. Помнишь, ты обещал?

Я знаю, — он кивнул. — Времени не было.

Ты собирался позвонить мне вечером, — пробормотала она. — Что случилось?

Он рассказал ей обо всем; она слушала внимательно, не прерывая.

Это из-за Мойбриджа я так расстроен, —- сказал Марк. — Ты знаешь, как мы были близки. Он же забрал меня из сиротского приюта, когда мне было всего три года, и привел меня в свой дом, как будто был моим настоящим отцом…

Лорел бросила на него быстрый взгляд.

А ты уверен, что это не так? Мне иногда хотелось, чтобы он действительно им был, но это невозможно. Как-то, несколько лет назад, когда мне было четырнадцать или пятнадцать, я напрямую спросил его. Мне стоило набраться смелости, чтобы задать такой вопрос, но ему, должно быть, было еще сложнее мне ответить.

Он «голубой»?

Марк покачал головой.

Стерильный. Какая-то детская болезнь — то ли свинка, то ли скарлатина. Именно поэтому он никогда не женился. И я полагаю, что это было одним из мотивов того, что он стал моим опекуном. В годы сразу после большого землетрясения множество детей остались без родителей — иногда брошенные на пороге. Сиротские приюты были переполнены, и власти начали активно развивать программу поиска приемных родителей. Мойбридж был одним из тех, кто отозвался, и я счастлив, что он выбрал меня.

Тогда ты и вправду ничего не знаешь о своем происхождении?

Ни капельки. Моя фамилия Диксон это девичья фамилия матери Мойбриджа. Он сделал ее моей совершенно легально, когда взял меня на воспитание. Его прежний дом находился в Лос-Фелисе, и его домохозяйка, миссис Граймс, присматривала за мной. Это были годы, когда он выстраивал свою юридическую практику, но у него всегда находилось время для меня. Как уже было сказано, я был счастлив.

Я помню, как он был доволен, когда я поступил на отделение журналистики в Калифорнийский университет в Лос-Анджелесе. У него были некоторые связи в центре города, и он помог мне с документами, когда я окончил университет. Затем он купил новый дом, а я переехал в собственную квартиру. Но я не испытывал тяжелых чувств; он постоянно поддерживал меня в желании жить самостоятельной жизнью. Мы продолжали общаться,

И если у меня возникала какая-то проблема, он всегда был готов мне помочь. До тех пор, пока не случилась вся эта история с Черным Братством…

Лорел помрачнела.

Я никогда не читала его книгу, но из того, что ты мне рассказывал, он, вероятно, много работал над ней.

Это верно. Он начал свои исследования, еще когда я учился в школе. Чтобы завершить ее, ему потребовались годы.

Я понимаю, — Лорел задумчиво посмотрела. — Но что подвигло его на это, в первую очередь? Может, у него были друзья, интересующиеся этими вопросами, или кто-то, предложивший ему написать эту книгу?