Стоит ли верить сердцу?

Элисон КЕЛЛИ

Стоит ли верить сердцу?

Анонс

Казалось бы, что общего между Джиной Петрочелли, столичной штучкой, и хозяином скотоводческой фермы в австралийской глубинке Пэришем Данфордом? Она носит модельную обувь, он - грубые ковбойские сапоги. Но сердце твердило Джине, что рано или поздно эти сапоги окажутся в ее спальне.

ПРОЛОГ

– Может, все же не поздно дать отбой?
– Джина не спешила к выходу на посадку.

– Поздно, - отрезала Элен.
– Мы ведь уже обсудили это.

– Мы ничего не обсуждали, - уточнила Джина, - ты всучила мне билет и велела отправляться.

– И правильно, -

усмехнулась рыжая худощавая женщина.
– Помнишь, я предупредила, когда нанимала тебя: я босс и, значит, всегда права.

Джина проигнорировала ее улыбку:

– То был самый роковой день в моей жизни.

Она начала работать на Элен Мэтерсон спустя два дня после окончания Сиднейского университета и, быстро поднимаясь по служебной лестнице "Компьюмэгик", в свои двадцать восемь уже была главным программистом, подчиняясь непосредственно Элен, основателю и владелице фирмы. Джина давала консультации в особо сложных случаях, но коньком ее были персональные компьютерные программы по заказу клиента. Если, будучи занятой, она не могла сама взяться за заказ, то передавала его работнику, которого считала достаточно компетентным.

Как и всегда, Элен, не посоветовавшись с нею, не оставив ей никакого выбора, сообщила о поездке, едва Джина переступила порог офиса, вернувшись с катания на лыжах в Новой Зеландии.

"Это нужно моему брату, тебе заказаны билеты на самолет в Квинсленд на воскресенье, оставайся там столько, сколько потребуется, и не возвращайся, пока все не сделаешь!"

Подавив вздох, Джина вернулась к реальности и обнаружила, что Элен выжидающе смотрит на нее.

– Что такое?
– нахмурилась Джина.

– Вопросы есть?

– Ага, два. Чем я это заслужила? И не могла бы ты уволить меня прямо сейчас?

– Только идиот станет увольнять своего лучшего программиста, а потом, это тебе же на пользу. Пэриш обещает, что, если его удовлетворит установленная нами программа, он обеспечит нас множеством подобного рода заказов. Кроме тебя, Джина, я никому не могу доверить такую работу.

Получить высокую оценку босса Джине, разумеется, было лестно, но это не прибавило ей желания оказаться в толчее сиднейского аэропорта в понедельник утром, а потом лететь в унылую дыру где-то в центре Квинсленда.

– Ну, не унывай, ради Бога! Думай об этом как о приключении!
– убеждала ее Элен, когда с губ Джины опять сорвался вздох.
– Это же не край света!

– Нет. Пока.
– Джине хотелось отправляться в путешествие по глубинке Австралии примерно так же, как пролить красное вино на белый ковер своей квартиры в пентхаусе.

– На вот. Развлекайся во время полета.
– Элен сунула ей в руки три журнала и постучала по одному из них длинным ногтем.
– Открой на пятнадцатой странице, - сказала она с таким видом, будто ей, как сестрам Джины, было восемнадцать, а вовсе не сорок один.
– При одном взгляде на него на высоте десять тысяч футов испытаешь оргазм!

Джина невольно улыбнулась: Элен неисправима, когда дело касалось мужчин! Но тут объявили рейс.

– Так много писали о забастовке пилотов... В какой автомобильной компании ты заказала прокат?..

Элен хлопнула себя по лбу:

– О, черт, я и забыла!

– Ну, удружила, нечего сказать! Прилечу, а там, в глуши, можно будет передвигаться только на машине!

– Нет, нет! Джина, дорогая! У меня хорошие новости. Тебе не придется добираться машиной

от аэропорта Маунт-Айзы до братца: один из его соседей встретит тебя на своем самолете. Его зовут Рон Гэлбрайт, и он доставит тебя прямо к дверям квартиры Пэриша. Ну, почти что к дверям, - поправилась она. В Мелагре есть взлетно-посадочная полоса, и тебя там кто-нибудь встретит.

– Ох, Элен, тоже мне хорошие новости! Ты бы лучше сказала: "Джина, дорогая, планы изменились, лететь не надо".

– Мужайся, дитя, ты летишь. В конце концов, я же не в Антарктиду тебя отправляю! Там, в Мелагре, прекрасный климат!

– Ну, разумеется! Если тебе понадобится, ты станешь утверждать, что и в аду климат что надо!

– Не ворчи, в Мелагре совсем не так плохо, как тебе представляется. Я была однажды на животноводческой ферме, там полно долговязых, трудолюбивых скотоводов.
– Она вздохнула и ухмыльнулась.
– В честном, пропотевшем трудяге есть что-то тонкосексуальное, такое, что волнует кровь умной искушенной женщины. Поверь мне.

– Боюсь, я не настолько искушенная, чтобы оценить эту тонкость.
– И Джина подхватила свой чемодан.

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Это был паршивый день. Семнадцать часов тяжкого труда, да еще одно несчастье за другим.

От тяжелой физической работы у Пэриша ныло все тело. Но это так, пустяки. Неожиданно возникшие проблемы - вот что его беспокоило! Сегодня вообще у него все трещало по швам!

Он был на пути к загонам у ручья Чаепития и намеревался восстановить секцию забора на дворе, где клеймили скот, когда у новой "уты", которую он вел, снесло шланг радиатора. Глупо было надеяться, что шланг выдержит больше трех недель, конечно же следовало купить запасной. А теперь придется отрывать Расти от работы и отправлять его за сто восемьдесят километров в Клонкарри. Но эта неприятность не шла ни в какое сравнение с прорванным ограждением в районе центральных ворот.

Вот что внесло еще больший хаос в череду бесконечных дел. Он провозился несколько часов и кое-как поправил ограждение, но, чтобы сделать все как следует, нужно звонить Снэйку и отправлять его на несколько дней в Мелагру. Центральные ворота были особо важны во время второй ревизии, тем более при такой не по сезону высокой температуре.

Обычно на этой стадии засухи ночные температуры достигали семи градусов по Цельсию, а днем было около двадцати пяти. Сегодня же, к тому времени, когда Пэриш вернулся во двор, где клеймили скот, ртутный столбик вылез за тридцать, и тяжкий труд показался еще тяжелее. Он закончил возиться с ограждением около пяти часов, но решил войти в график и использовать каждую минуту дневного света и потому занялся недавно приобретенным жеребцом. Но удовлетворения от выполненной работы как не бывало: нервное животное сбросило его, и он упал головой в грязь. Теперь, слава Богу, лошадь в надежном загоне.

Да уж, день выдался паршивый!

Скрип ворот, отделявших столетний главный дом от других строений усадьбы, резко прозвучал в ночной тишине, и Пэриш, как обычно за последние полгода, мельком подумал, что надо бы их смазать. Не то чтобы он забывал это сделать, просто список первостепенных дел превышал лимит времени: объездка коня, починка изгороди, профилактика механизмов и подготовка ревизии, которая начнется на следующей неделе; до ворот ли тут...

Черт!
– мысленно ругнулся он, в который уж раз споткнувшись на пятой ступеньке веранды.