Чтение онлайн

У вас архив минувших дней.

Но та газетная страница,

Поверьте слову, мне нужней!

Хочу, чтоб сын меня увидел

Красивым, молодым бойцом

И понял, что не бог обидел

Меня уродливым лицом.

Шёл смертный бой за город Ельню,

Подбит в бою и окружен,

Я был случайно не смертельно

В горящем танке обожжён.

Не ради пенсионной книжки

Тот старый снимок нужен мне.

Я покажу его сынишке

Девятилетнему

парнишке

Пусть знает правду о войне!

КАРТА

Вторые сутки город был в огне,

Нещадно день и ночь его бомбили.

Осталась в школе карта на стене

Ушли ребята, снять её забыли.

И сквозь окно врывался ветер к ней,

И зарево пожаров освещало

Просторы плоскогорий и морей,

Вершины гор Кавказа и Урала.

На третьи сутки, в предрассветный час,

По половицам тяжело ступая,

Вошёл боец в пустой, холодный класс.

Он долгим взглядом воспалённых глаз

Смотрел на карту, что-то вспоминая.

Но вдруг, решив, он снял её с гвоздей

И, вчетверо сложив, унёс куда-то,

Изображенье Родины своей

Спасая от захватчика-солдата.

Случилось это памятной зимой

В разрушенном, пылающем районе,

Когда бойцы под самою Москвой

В незыблемой стояли обороне.

Шёл день за днём, как шёл за боем бой,

И тот боец, что карту взял с собою,

Свою судьбу связал с её судьбой,

Не расставаясь с ней на поле боя.

Когда же становились на привал,

Он, расстегнув крючки своей шинели,

В кругу друзей ту карту раскрывал,

И молча на неё бойцы смотрели.

И каждый узнавал свой край родной,

Искал свой дом: Казань, Рязань, Калугу,

Один - Баку, Алма-Ату - другой.

И так, склонившись над своей страной,

Хранить её клялись они друг другу.

Родные очищая города,

Освобождая из-под ига сёла,

Солдат с боями вновь пришёл туда,

Где карту он когда-то взял из школы.

И, на урок явившись как-то раз,

Один парнишка положил на парту

Откуда-то вернувшуюся в класс

Помятую, потрёпанную карту.

Она осколком прорвана была

От города Орла до Приднепровья,

И пятнышко темнело у Орла.

Да! Было то красноармейской кровью.

И место ей нашли ученики,

Чтоб, каждый день с понятным нетерпеньем

Переставляя красные флажки,

Идти вперёд на запад, в наступленье.

1943

ДЕТСКИЙ БОТИНОК

Занесённый в графу

С аккуратностью чисто немецкой,

Он на складе

лежал

Среди обуви взрослой и детской.

Его номер по книге:

"Три тысячи двести девятый".

"Обувь детская. Ношена.

Правый ботинок. С заплатой..."

Кто чинил его? Где?

В Мелитополе? В Кракове? В Вене?

Кто носил его? Владек?

Или русская девочка Женя?..

Как попал он сюда, в этот склад,

В этот список проклятый,

Под порядковый номер

"Три тысячи двести девятый"?

Неужели другой не нашлось

В целом мире дороги,

Кроме той, по которой

Пришли эти детские ноги

В это страшное место,

Где вешали, жгли и пытали,

А потом хладнокровно

Одежду убитых считали?

Здесь на всех языках

О спасенье пытались молиться:

Чехи, греки, евреи,

Французы, австрийцы, бельгийцы.

Здесь впитала земля

Запах тлена и пролитой крови

Сотен тысяч людей

Разных наций и разных сословий...

Час расплаты пришёл!

Палачей и убийц - на колени!

Суд народов идёт

По кровавым следам преступлений.

Среди сотен улик

Этот детский ботинок с заплатой.

Снятый Гитлером с жертвы

Три тысячи двести девятой.

1944

ПИСЬМО ДОМОЙ

Здесь, на войне, мы рады каждой строчке

И каждой весточке из милых нам краёв.

Дошедших писем мятые листочки

Нам дороги особо в дни боёв.

Они хранят тепло родного дома,

Сопутствуя бойцу в его судьбе.

О, чувство зависти! Как нам оно знакомо,

Когда письмо приходит не тебе.

О, письма из дому! Мы носим их с собою,

Они напоминают нам в бою:

Будь беспощаднее с врагом на поле боя,

Чтоб враг не истребил твою семью!

Мы были в городе развалин и воронок

Разграбленного немцами жилья.

Я видел мальчика. Лет четырёх ребёнок.

Он был убит. И сына вспомнил я.

Мы были в городе. Как грозный знак проклятья,

Труп женщины лежал на мостовой.

Растерзанное ситцевое платье,

Застывшая рука над головой.

И я подумал: как же быть такому?

Быть может, кто-нибудь, как я, таких же лет,

Ждёт от жены письма, письма из дому

От этой женщины. А писем нет и нет...

Мой верный друг, товарищ мой надёжный!

Мы на войне. Идёт жестокий бой

За каждый дом, за каждый столб дорожный,

За то, чтоб мы увиделись с тобой!