Чтение онлайн

— Мужчины находят успокоение в спиртном, а женщины — в словах, — бывало, говорил он. — Что бы мы без них делали?

Но в тот вечер я не испытывала к нему абсолютно никаких чувств. Он был так же хорош, как и всегда, и столь же безукоризнен в своем смокинге, однако я уже могла совершенно спокойно и равнодушно созерцать его. Получив свой хайбол, Тони удобно устроился в кресле у камина.

— А теперь расскажи, пожалуйста, обо всем, — попросил он. — Что ей надо? Только не говори мне, что она приехала из-за очередного любовного приключения— или из любви к Сансету…

— Просто ей понадобилась крупная сумма. Ну, вместо

тех ежегодных алиментов, которые ей выплачивает Артур, — сболтнула я. — Разумеется, мы не в состоянии ей заплатить.

— Сколько же?

— Сто тысяч.

Тони присвистнул.

— Это же куча денег. Зачем они ей? Хочет снова выйти замуж?

— Если это так, то она весьма странно себя ведет. Мне кажется, Тони, она чем-то здорово напугана. Чем-то— или кем-то…

— Чтобы напугать ее, надо было основательно потрудиться, — заметил он с ухмылкой. — Лучше избавься от нее, Марша. Она ведь, дорогая моя, словно маленькая ядовитая пиявка. Всегда такой была и такою останется.

Вскоре после этого Джульетта вошла в гостиную. Мне она показалась встревоженной, но при виде Тони расцвела улыбкой.

— Ну и ну, вот так встреча, Тони, дорогуша! — воскликнула она. — Сколько лет, сколько зим!

— При взгляде на тебя кажется, что прошло всего-то месяцев шесть, — Тони поцеловал ей руку. — Как тебе это удается, Джульетта?

Она одарила его долгим взглядом.

— Надо вести добродетельную жизнь, Тони, — ответила она. — Рано ложиться, рано вставать. Слыхал ведь такое, а?

— Ну конечно, — буркнул он. — Ранней пташке достается червячок, или что-то в этом роде. И кто же в настоящее время появился у тебя на крючке?

Я слушала их, пока хватало сил. Джульетта усадила его на диван рядом с собой, Тони казался довольным и в то же время смущенным. Мне надоел их обмен «любезностями», я позвала Чу-Чу и отправилась прогуляться в сад. В садовом домике, приспособленном для отдыха слуг, все мои домочадцы вместе с Джордан, казалось, мирно трапезничали. Джордан восседала справа от Уильяма, держа в руках чашку с кофе и изящно отставив в сторону мизинчик— похоже было, что она тот самый скелет на пиру, что портит общее веселье.

Но вдруг Чу-Чу насторожилась, зарычала— и я увидела, что из тени кустов на аллею вышел какой-то человек.

Ночь была безлунной, и я не сразу узнала Артура.

Он тихонько окликнул меня:

— Марша, это ты?

— Артур! Что ты…

— Тише! Не надо, чтобы слуги знали, что я тут, — сказал он. — Я прилетел сегодня днем. Мэри-Лу думает, что я катаюсь на яхте. Где мы можем поговорить?

Я сказала, что в доме Тони и Джульетта, и предложила ему пройти вниз, к пруду. Мы уселись на скамейке, он закурил, и я увидела, какой у него осунувшийся и измученный вид. Итак, он скрыл от Мэри-Лу, что собирается поехать в Сансет. Его вторая жена ненавидела Джульетту, но Артур счел необходимым увидеться с нею, и со мною тоже.

— Я больше так не могу, Марша, — признался он. — А эта её последняя выходка лишь подтолкнула

меня к решительным действиям. Я по уши в долгах, а если еще учесть налоги и все прочее, то мне совсем крышка.

Он поведал мне, что собирается просить Джульетту удовлетвориться меньшим содержанием. Если она откажется, он обратится в суд и будет просить вообще освободить его от алиментов.

— Конечно, она поднимет шум, — сказал он. — Но я просто обязан

что-то предпринять. Я задолжал всем, даже дантисту! А уж что касается служебных расходов… — Голос его вдруг прервался, и я взяла его руку в свою.

— Ведь я опять могла бы тебе помочь, — заговорила я. — Давать расчет слугам мне ужасно не хочется. Они здесь так давно служат, и что же они будут делать? Но ведь у меня есть мамин жемчуг. Знаешь, лучше нам от нее избавиться, если только сможем. И не только сейчас— а навсегда. Пока я могла, я терпела, но всему есть предел. Когда я думаю о том, что она с нами сотворила, то просто теряю рассудок.

Артур хмыкнул, голос его тем не менее повеселел.

— Вообще-то не стоит пока продавать мамин жемчуг, — он погладил мою руку. — Я и так обобрал тебя до нитки.

В этот момент откуда-то сверху до нас донесся голос Тони:

— Эй, Марша! Что ты там делаешь? Зарабатываешь себе пневмонию?

— Иду-иду, — поспешно отозвалась я и поднялась.

— Уговаривать ее, по-моему, бесполезно, — прошептала я брату, — но как только Тони уйдет, я за тобой вернусь.

— Не говори слугам, что я здесь, ладно? — попросил Артур снова.

— О'кей.

Тони с укоризненным видом дожидался меня у парадной двери.

— Мало того, что в течение часа из меня сосали кровь и завлекали в сети, так еще и ты покинула меня, — упрекнул он. — Пожалуйста, спаси мое доброе имя, Марша…

Когда я вернулась в гостиную, мне показалось, что атмосфера там как-то изменилась. Джульетта выглядела расслабленной и умиротворенной, Тони же почему-то стал чересчур молчалив. Шутливая беседа иссякла, и когда Джульетта пригласила его покататься вдвоем верхом на следующее утро, он отказался. Сказал, что уже договорился поиграть в гольф. Она недоверчиво вскинула брови и как-то странно на него посмотрела.

— Что ж, как хочешь, — изрекла она с невозмутимой полуулыбкой.

Они порядком наскучили друг другу. Тони еще пытался пересказывать какие-то местные сплетни, Джульетта уже откровенно зевала. За окнами совсем потемнело, пошел дождь. Я стала мучительно соображать, вспомнит ли Артур, где мы храним ключ от гаража, чтобы укрыться там…

Джульетта тем временем поднялась, и Тони понял намек.

— Бедные крошки совсем измучились, — сказал он. — Уже одиннадцать. Сколько ты здесь еще пробудешь, Джули?

— До тех пор, пока не улажу кое-какие дела, — пропела она, не уставши строить глазки бывшему ухажеру.

Я вышла проводить Тони в холл. Мне показалось, будто он хотел мне что-то сказать. Но дверь в гостиную осталась открытой, и, мельком глянув на нее, он лишь невыразительно попрощался со мной и рванул от дома, ревя мотором, — как всегда, на бешеной скорости. Дождь к тому времени уже начал утихать, в Сансет с моря полз холодный клубящийся туман, однако я все равно не решилась сразу же привести Артура в дом, хотя крыло, занимаемое слугами, уже погрузилось во тьму. Я вынуждена была ждать, пока Джордан уложит Джульетту в постель, со всеми вытекающими из этого последствиями— начиная от наложения кремов на ее лицо и кончая обкладыванием ее подушками и электрогрелкой. Плюс ко всему у Джордан имелась отвратительная привычка в самый последний момент вдруг крадучись спускаться в библиотеку за книжкой для Джульетты. Я знала, что мне придется ждать до тех пор, пока обе они не утихомирятся и не улягутся.