Чтение онлайн

– А эти едут явно в продажный пресс-тур и радуются, как дети, что три дня проживут в супергостинице и поить-кормить-веселить всю дорогу будут бесплатно. А что писать – это им без разницы. Совершенно. Что скажут – то и напишут…

– Вот поэтому, тебе и платят хорошо. А им-то зачем платить, когда они «по любви» готовы? Разницу между шлюхой и проституткой знаешь?

– А ты тогда кто? – окрысился. – Ты же, вроде, как раз в этой самой рекламе заправляешь,

так ведь?! Так кто ты тогда получается?! Сутенер?!

– Может, и сутенер, – вздыхаю. – Потому как одно из моих агентств такие пресс-туры как раз и организовывает…

Помолчали.

– Да я не об этом, – говорю. – В остальном-то как?

– А также. Я ее просто не понимаю. А когда я чего не понимаю, я этого боюсь.

– Знаешь, – смеюсь, – мы с тобой в этом деле очень даже похожи…

Он только плечами пожал:

– Да, наверное, и вправду похожи. Только реакции разные. Я ж тебя наблюдал. Из тебя, когда ты чего-нибудь боишься, такая агрессия прет, что любой нормальный человек тут же попытается объяснить, что тебе именно в этой истории непонятно. Или из страха, или из уважения. А я – просто тихо забиваюсь в угол и пытаюсь не скулить…

Еще помолчали немного.

Пива отхлебнули, каждый своего.

– Так все хреново? – спрашиваю.

– Да нет, так-то – все в порядке. Единственное – компании у нас разные. Ей с моими – неинтересно, да и не осталось у меня фактически никого из своих-то. Те, кто были друзьями, давно уже стали просто коллегами по работе. А ей и потанцевать надо, и потусоваться, и поколбаситься. Ну и можешь себе меня, с моей-то рожей, всей стране известной, представить в молодежном клубе, где половина под кокаином, а остальные – под колесами?

– Могу, запросто. Если ты сам будешь себя там нормально чувствовать. Тогда – ничего страшного. Я ж сам туда хожу время от времени…

– Ну ты, – вздыхает, – совсем другое дело. Ты, говорят, и травку покуриваешь, и коксом не брезгуешь.

– Покуриваю, – соглашаюсь, – а что тут такого? А вот нюхать – это очень редко. У меня от него насморк дикий. А жизнь, извини, и так нервная. Так что – как правило – кофейком обхожусь. Крепким…

– Вот видишь, – говорит, как будто укоряет. – А я по-другому воспитан. Пушкин – гений, наркотики – зло…

Я только плечами пожал:

– Каждому свое. Помнишь, где такая надпись красовалась?

– Согласен, – вздыхает. Помолчали.

– А что ж ты, – спрашивает, – если такой умный, сам в похожее вляпался? У тебя ведь, слышал, такие же проблемы?

Теперь уже я вздыхаю и тянусь за сигаретами.

– У

меня, Вань, совсем другая история. Просто мы с Машкой в какой-то момент перестали интересоваться друг другом. Типа как – есть и есть. Никуда не денется. Непреложная данность. Почти недвижимость. И – тепла стало не хватать через некоторое время. Мы просто замерзли, понимаешь? Вот и пытались греться, кто как мог. Подручными способами…

– И что?

– А ничего. Потом она от меня ушла, и я это понял.

– И сумел вернуть?

Киваю:

– Сумел. Теперь пытаюсь отогреть. Получится – будем жить долго и счастливо…

– А если не получится?

– А не получится, – злюсь, – значит – не будем. Но лично я – в лепешку расшибусь…

– Да, – вздыхает, – ты можешь…

Еще помолчали.

– А вот у меня, – снова вздыхает, – не получается. Я – и так и сяк. Несу ей домой цветы, думаю, сейчас обнимет, поцелует. А она: «Вань, ну зачем, и так ставить некуда». А я молчу. Потом уматывает в свою тусовку, а я ложусь на диван – знаешь, как старый пес башку на лапы кладет в ожидании хозяина – и телевизор смотрю. Любую хрень. Лишь бы время убить…

Меня аж передернуло:

– А сюда, приходить не пробовал?

Он только плечами пожал:

– Да ей здесь у вас не понравилось. Говорит – какие-то замороченные вы все. Трехнутые на своем интеллектуальном превосходстве. Скучно, говорит, с вами. А одному-то какой смысл идти? Я и так повсюду один – и на работе, и в командировках. Теперь вот – и дома тоже.

– Ну и дурак.

– Наверное, – соглашается…

И сидит, молчит. В окно уставился – там люди ходят, машины ездят, огоньки перемигиваются. А у меня у самого что-то так муторно на душе стало, что чуть водки не заказал, несмотря на то, что пить фактически бросил.

Так – пивка чуть-чуть.

Иногда – бокал вина, желательно, красного.

Тут, к счастью, Русланыч с Лысым ввалились.

 

– Димон! – орут, Ване только кивнув слегка, типа, поздоровались. – Ты в курсе, что у рокеров наших концерт во МХАТе?! В акустике! Офигеть, классиками скоро станут! Так что давай звони Сашке, пусть контрамарки подгоняет!

– Ща, разбежались… Звонить им… А кто мне в прошлую пятницу три пинты «Гиннеса» проспорил?

Ржут:

– Базара нет, сейчас и проставимся…

Я поднялся и пошел к ним обниматься.

Это – мои друзья, и я их люблю.

А он вздохнул, заказал себе еще пива и опять уставился в мерцающий экран телевизора…