Дмитрий Лекух
Старый пес

Он почти прекратил приходить в наш паб и стал каким-то потасканным.

Нет, вру…

Некий элемент потасканности в нем, в принципе, присутствовал всегда.

Может быть, просто был не слишком заметен.

И приходить в компанию, повторюсь, он не то чтобы совсем перестал, просто его появления приобрели характер какой-то необязательной эпизодичности.

А раньше был чуть ли не деталью обстановки.

Приходишь – уже сидит.

Сразу становится

уютно.

Как правило – молчит. Пьет пиво и никому не мешает.

Ну, если спросишь чего, ответит, разумеется.

Точно, подробно и развернуто.

И так – почти каждый день.

Я уж не говорю про «клубные пятницы».

Преферансистов за угловым столиком без него вообще невозможно представить было.

И так продолжалось без малого пять лет, с самого основания паба.

Пока он сдуру не женился на собственной студентке.

После этого и стал пропадать.

Почти так же незаметно, как раньше присутствовал.

Мы с Русланычем как-то разговорились на эту тему, потом – согласно пожали плечами.

А что тут обсуждать-то?

Жизнь…

У нас она тоже на месте не стояла…

А тут прихожу – сидит.

И ведь – не «клубный день».

Среда.

Я б и сам вряд ли появился, но жена умчала на какую-то очередную киношную тусовку в Анапу. Делать там ей было, в принципе, особенно нечего, но у них – свои законы.

Перестанешь светиться – забудут.

И – все дела.

Вот и приходится мотаться.

Она в этот раз даже меня с собой звала, видимо – от полной безысходности. Но – не смог.

При любых других обстоятельствах – пожалуйста, а сейчас – ни-ни.

Клиент важный прорезался.

Нормальный шанс заработать дополнительно.

Деньги, конечно, можно и, наверное, даже нужно презирать, но для этого их надо сначала научиться зарабатывать. А то это будет не горделивое романтическое презрение, а обычная бытовая горечь неудачника.

И – зависть, постепенно превращающаяся в ненависть к тем, кто проезжает мимо тебя, бредущего под холодным дождем по серым московским улицам, на красивых дорогих машинах.

Я так – не могу.

И – не хочу.

Вот и приходится пахать.

У меня ведь нет пары-тройки нефтяных скважин, посему и остается торговать тем, что есть.

Собственными мозгами.

Но я что-то отвлекся…

…В общем – сидит.

Телевизор смотрит.

Не тот, что с большим экраном, а обычный, угловой.

В обществе кружки «Балтики» (он всегда предпочитал светлые и недорогие сорта) и миски с отварными креветками.

– Здорово, Профессор…

– И тебе привет, Олигарх…

Я хмыкнул:

– Может, подскажешь определение олигарха? А то у тебя – все олигархи. Куда не плюнь. А между мной и тем же

Абрамовичем пропасть пошире, чем между мной же и бомжом с Ленинградского вокзала…

Смеется:

– Ой, не грузи… Бомж с Ленинградского… Жена вон говорит, что ты недавно тачку себе новую купил. «Вольво» спортивное. Да еще и раскрасил ее чуть ли не на десять тысяч баксов…

Вот ведь, блин… Уроды…

Делать им что ли не фига, кроме как других обсуждать…

– Угу, – злюсь, – купил. Только не недавно, а уже с полгода назад. И раскрасил. И не на десять тыщ баксов, а на двенадцать тысяч евро. И не себе, а жене. Я ей такую уже года два как обещал. Асам как ездил на БМВ, так и езжу. А твоей-то от этого, извини, что за радость?

Вздыхает:

– Да я и сам ей об этом говорил. Что не надо завидовать тому, чего у тебя никогда не будет. Не понимает…

Тут уж и я вздохнул. Согласно:

– Не надо…

Ладно.

Проехали.

– Как сам-то? – спрашиваю.

– Да так, нормально.

Я тут один секрет приоткрою.

Мы с ним когда-то вместе начинали.

В журналистике.

Потом я стал не в силах сдерживать рвотные позывы и ушел в бизнес.

А он – ничего, укоренился.

Рожу его по ящику каждую неделю видно. Лекции вон в университете читает. На студентке женился. Потасканность его жизненная на экране, в общем-то, особо и незаметна.

Почти звезда.

Русланыч с Генкой как-то говорили, что, глядя на него, нормального человека в говенных обстоятельствах, им обоим хочется уйти из профессии. Но им-то проще, они люди другого поколения, для них свобода – данность.

Как вода, как воздух.

А он – даже меня лет на десять старше…

Все мы родом из детства…

– А что пришел-то? – спрашиваю, – Сегодня вряд ли вообще кто из наших будет. Я б и сам не появился, да пожрать надо, а готовить – лень. Машка в Анапе, на фестивале каком-то…

– А-а-а, все то же самое. Леночку в Калининград командировали, в пресс-тур на автомобильный завод. Они там иномарки собирают, отверточное производство…

– Слышал.

Пошел, заказал себе пиво и креветки и снова к нему за столик уселся.

Сейчас Лысый с Русланычем подтянутся – тогда, может быть, к ним перекочую.

А может, и нет.

– А вообще, как?

Пожал плечами:

– Сложно. Я их никак понять не могу. В смысле – новое поколение. Живут по каким-то своим законам, системы ценностей, считай, и совсем нет. Я, к примеру, когда заказные материалы для телевидения делаю, так каждый раз мучаюсь. Где правда?! Где вранье?! Стараюсь максимально не изгадиться. Так мне – хоть за это деньги приличные платят. А эти…

Передохнул, глотнул пива, закурил: