Чтение онлайн

Есть исполинские скорпионы, способные вызывать землетрясения одним взмахом своих рогатых хвостов.

Есть призрачные кошки, состоящие из одних костей, которые проходят сквозь твердые предметы, растворяясь в тенях.

И есть те, о ком говорила бессмертная, — древнее первых семян этого мира; те, что способны проникать в разум и заглатывать души.

Феникс.

На этом слове у меня перехватывает дыхание — я вспоминаю тот последний раз, когда Стеллан назвал меня так.

Оказывается, их существует несколько видов.

Есть

Штормовые фениксы, которые рождаются лишь во время сильнейших ливней, сотканные из молний, грома и ветра.

Есть Ледяные фениксы, которые тают, превращаясь в лужи, лишь для того, чтобы возродиться вновь.

Есть…

Мои веки внезапно становятся тяжелыми, как железо. Слова начинают расплываться. Сонная сыворотка. Она путает мысли, заставляя буквы сливаться воедино.

Когда мои глаза медленно закрываются, я думаю о том, что путешествую по Звездной стороне уже несколько недель. Я думала, что видела худшее, на что она способна.

Но эта книга ясно дала мне понять: я еще не видела истинного оскала этого мира.

Резкий стук заставляет меня вздрогнуть и проснуться, судорожно хватая ртом воздух.

— Это просто дождь, — произносит мягкий голос. — Не беспокойся.

Я всё еще в доме бессмертной. Книга раскрыта у меня на коленях. На плечи наброшено тяжелое тканое одеяло.

Я сажусь, моргая, чувствуя себя одновременно отдохнувшей и опустошенной. Утренний свет начинает просачиваться сквозь окно. Я проспала здесь всю ночь. Бессмертная всё еще работает.

Я не на полу… а значит, кошмары меня не мучили. Нет. Впервые за долгие годы я спала глубоко и спокойно.

Я медленно встаю. Складываю одеяло и оставляю его на кресле. С щемящим чувством грусти я возвращаю и книгу.

Бессмертная долго смотрит на меня, прежде чем нырнуть под свой стол. Слышится тихий звон стекла.

— Местный лорд суров. Я не могу выделить много, но вот, — она выпрямляется, держа в руках пригоршню флаконов. — Для всего, что ты найдешь и соберешь в своем путешествии.

В горле встает ком: я знаю, что эта женщина не верит в мое долголетие… и всё же она отдает мне нечто столь драгоценное.

— Мне правда жаль, что всё так вышло с той монетой, — говорит она, провожая меня к выходу.

Дождь шепчет на покатых булыжниках мостовой, барабанит по алюминиевым крышам. Деревня еще не проснулась. Лишь самый слабый свет пробивается сквозь тучи, такие плотные, что они кажутся еще одной стеной тумана.

Я обхватываю себя руками, шагая по тихой улице. Мне уже не хватает того очага, уютного кресла и книги. Что-то подсказывает мне, что больше мне не будет так комфортно. Уж точно не во время Квестрала.

На миг… лишь на краткий миг я позволила себе притвориться, что мне есть место в таком доме. Что у меня вообще есть дом, который всё еще стоит на этой земле.

Перед самым поворотом к постоялому двору я замираю. Волоски на затылке встают дыбом. Я

оглядываюсь через плечо — но улица пуста.

Это всё та книга. Она взвинтила мне нервы всеми этими рассказами об опасных тварях, некоторые из которых проскальзывают в щели булыжных стен и крадутся за путниками. Но сейчас день. Мне нечего бояться.

И всё же это странное чувство заставляет меня свернуть с тропы, повинуясь инстинктам. Я ныряю в другой переулок, и шум дождя скрадывает мои шаги.

Но он не может скрыть чужой голос.

— Она только что ушла. Должна быть здесь с секунды на секунду…

Раздраженное рычание в ответ:

— Я ждал всю эту гребаную ночь. Снеси ей башку, как только она вернется, и покончим с этим. Этот меч…

Я отступаю назад, кровь в жилах превращается в лед.

Мне не следовало выходить из комнаты. Нужно было сидеть там, тихо и незаметно, до самого утра. Теперь я это понимаю.

И мне никогда не следовало насмехаться над тем рыцарем. Неважно, какое удовольствие мне это доставило в тот момент.

Я не могу вернуться на постоялый двор. Я не могу пойти к Рэйкеру — учитывая его молчаливость и общее безразличие ко мне, я даже не уверена, что он станет вмешиваться.

Прижимаясь ладонью к сырой каменной стене закрытой лавки, я порывисто оборачиваюсь в сторону дома целительницы… но тут же останавливаю себя.

Они знали, где я была до этого. Им не составит труда выследить меня снова. И сама мысль о том, чтобы привести этих рыцарей к порогу бессмертной… я вспоминаю, как она смотрела на второй этаж, где спали её дети…

Нет. Я не могу подставить её под удар.

Остается только один путь. Вперед, во тьму, к окраине города, где небо сливается с белесой стеной.

Куда ты направишься теперь, Арис: рискнешь проскользнуть мимо них к окраинам или попытаешься найти другое укрытие в этом враждебном городе?

Вспоминая о том, как я проснулась с этим одеялом на плечах. Этот простой акт заботы…

Нет. Я не подвергну её опасности, поэтому мой единственный выбор — спрятаться где-нибудь еще и надеяться, что им надоест меня ждать. Надеяться, что Рэйкер выйдет из постоялого двора в ближайший час, и я смогу добраться до него раньше, чем воины доберутся до меня.

Используя дождь как прикрытие, я пригибаюсь и сворачиваю на другую дорогу. Деревня маленькая. Мест, где можно спрятаться, немного. На всякий случай я пробую ручки разных дверей, но все они заперты. Я ищу сараи, лачуги, хоть что-нибудь — но ничего нет.

Я заворачиваю за очередной угол. Позади раздается легкий скрежет. Сапог о мокрый камень. Я резко оборачиваюсь.

И вот он. Бессмертный воин.

Он ухмыляется.

Я бегу.

Мои ноги кажутся какими-то ватными, словно они не до конца проснулись. Эликсир. Должно быть, он всё еще течет по моим венам. Полагаю, та бессмертная нечасто имеет дело с людьми. Неужели она дала мне слишком много?