Ссыльный
Шрифт:
— Тридцать человек, ваше благородие. Может, чуть поболе, — спокойно отвечал охотник. — Все, кто остались. А всего в Валуйках душ под сто пятьдесят было… Упокой, господи, души их грешные.
— Сто пятьдесят? И вы
— Сложно отбиться полутора сотням от пяти, — мрачно проговорил мужик. — А то и семи…
— Сколько???
— Мертвяков-то? — переспросил он, хмыкнув. — Говорю же — голов пятьсот, ваше благородие. А то и поболе. Не считали, знаете ли. Некогда было.
Пятьсот?!
Ерофеич, стоявший рядом, посмотрел на меня круглыми глазами. Я посмотрел на него.
— Беда, барин, — проговорил он тихо. — Не иначе — орда идёт.
Мне стало не по себе.
Не так давно меньше десятка мертвяков, пролезших сквозь дыру в заборе, для нас проблемой были. А тут — пятьсот. Орда. Явление, о котором старые вояки в салонах рассказывать любили, да только не все спешить им верили. Думали, привирают для красного словца. И — вот оно. Нате, Александр Алексееич. Кушайте, не обляпайтесь…
Валуйки, если я верно помнил карту, лежали верстах в тридцати к югу. Стало быть…
— С юга пришли мертвяки, — будто подслушав мои мысли, проговорил
Я вздохнул. На север, значит. То есть в нашу сторону.
Замечательно.
— Ерофеич, — повернулся я к старосте. — Открывай ворота. Всех впустить. Баб и детей — по избам разместить, накормить. Мужиков… Придумай, что-то тоже. Караулам — не спать, смотреть во все глаза. А ты… — я посмотрел на охотника. — Ты, стало быть, за старшего у своих?
— Вышло так, — пожал он плечами.
— Присмотри, чтоб твоих разместили, никого не обидели. А утром… Утром поговорим. Расскажешь, как дело было.
— Спасибо, барин, — серьёзно кивнул тот. — Спасибо. Век не забудем.
— Угу, — рассеянно кивнул я. «Век»… Прожить бы век-тот… Оно и раньше сомневался, что получится, а уж теперь…
Махнув рукой, я прошёл в ворота и направился к Ерофеичевой избе. Напиться сегодня уже точно не получится, но отмыться мне всё равно надо. И чарку пропустить, а то и не одну.
Потому как что-то мне подсказывало, что вскоре мне станет не до этого.