Чтение онлайн

Шар вращался…

— Это, — Винченцо тоже виноград убрал и потянулся к нему. — Что…

— Планета. Так выглядит… во всяком случае выглядела, планета. Континенты… Аиль на северном полюсе. Таиль — в восточном полушарии. На севере — вечная зима. А здесь, — палец Цаи указал на темное пятно. — Зона тектонической нестабильности. Искаженное геомагнитное поле и множество вулканов. Извержения, землетрясения и тому подобное…

Планета?

Это…

Земля — все-таки шар? Сейчас он выглядел весьма правдоподобно. И все равно странно. Шар поворачивался, становясь

то одним, то другим боком…

— Основная масса населения собралась на двух материках… впрочем, это не особо важно. Главное, что тогда впервые заговорили об избытке населения. И стали искать пути сдерживания роста. И одним из вариантов был выход в зону цифрового пространства, который стал возможен далеко не сразу. Но это мелочи, поскольку само пространство в отличие от планеты, безгранично…

Планета вращалась.

И все равно странно… Алеф ладно, он бы нашел научное объяснение, но Винченцо оставалось лишь верить. А верить получалось плохо.

— … постепенно люди сполна оценили открывшиеся возможности, и переселение стало массовым…

Глава 29

Миха

Город был пустым.

Странное ощущение. Наверное, так выглядел бы павильон для съемок во время отдыха. Ни людей, ни животных. Пустота. Тишина. И даже стук собственного сердца кажется размытым, приглушенным.

А еще люди явно ощущали неправильность происходящего.

Молчали.

Даже Карраго.

Даже Джер, который послушно шел сзади, выпрямившись и не снимая руки с рукояти клинка. Он крутил головой, вглядываясь в пустоту…

А дорога вела.

Первые дома.

И остановиться бы, разглядеть поближе, но Ица мотает головой.

— Сердце… там… — она указывает то ли на пирамиду, то ли свет, что бьет с вершины этой пирамиды, уходя куда-то в небеса. Только небеса эти мутные. Такое небо бывает на излете зимы, когда облака расползаются грязным покрывалом, сплошным, без промоин и проталин. И кажется, что еще немного и это покрывало обвалится прямо на головы. Иногда оно, не способное удержать в себе всю скопленную влагу, осыпается водяной пылью, которую и дождем-то не назовешь. Иногда рожает снег, мокрый, крупный…

Но здесь снега не было.

Трава, на сей раз казавшаяся почти настоящей. Дорога вот. Камни. Миха тоже не удержался, поднял один, убеждаясь, что тот имеет и вес, и фактуру.

Да уж, эффект полного присутствия.

— Система… предупреждает… что локус заражен… вирус… что оптимальна была бы перезагрузка и полная…

— Нет, — Миха обрывает Джера не позволив договорить. — Нельзя. Не пока мы внутри.

— Система может перенести… нет… теперь не может, — мальчишка нахмурился. — Система… связь здесь нестабильна.

Он споткнулся.

И устоял.

— Я… её больше не слышу! — в голосе Джера звучала растерянность. — Совсем! И… и это что значит?

— Это значит, что связь оборвалась, — Миха постарался говорить спокойно. — Это не страшно. Полагаю, мы просто слишком углубились, и если вернуться

к стене, то связь восстановится.

Во всяком случае, он весьма на это надеялся.

Джер кивнул.

— А… — хотел было спросить он, но махнул рукой. — Ай, не важно…

— Важно, что я ощущаю здесь свою силу, — заговорил Карраго. — В полной мере. А ты, мальчик?

— Я?

— Ты, смею напомнить, все же маг, пусть и недоучка, но сильный. И признаю, что порой голая сила…

Джер раскрыл ладонь, и из нее вырвался столп пламени. И погас.

— Чудесно… — пробормотал Карраго и, как показалось, с облегчением.

— Идти надо, — Ица обернулась и глянула недовольно. — Хватит болтать.

— Согласен, — подтвердил Миха. — Чем быстрее доберемся… или можно вернуться.

Стоило бы вернуться.

Отдать приказ, но…

Смысл в приказах, которые никто не выполнит. Ладно, Тень, он как раз подчинится весьма охотно, но вот Ица видит перед собой цель и сворачивать с пути не станет. Джер, само собой, не оставит её… ну а Миха — Джера.

— Держимся вместе и… ускоряемся.

Ица молча переходит на бег. Бежит она легко, словно до того и делала, что тренировалась. И Миха устремляется за ней. За спиной ворчит, кажется, ругаясь, Карраго, но это уже не имеет значения.

Справится.

Должны.

В конце концов, они здесь не привязаны к физической составляющей тела, и это надо использовать. Понять бы еще, как…

Дома…

Справа и слева. Если не приглядываться, кажутся настоящими. Если задержать взгляд, то создается ощущение фальшивости, какой-то одинаковости, точно созданы они штамповкой, да и дизайнер не особо заморачивался на индивидуальность.

И деревья — копия одного-единственного.

Пускай.

Главное, что дорога пуста. И белая пирамида впереди кажется почти близкой. Теперь видно, что и эта пирамида сложена из многих строений, каждое из которых существует само по себе, но вместе они складываются в эту вот пирамиду.

И свет не исчез.

Зато стала заметна пульсация, неровная такая.

— Оно… — Ица переходит на шаг, и Миха отмечает, что она нисколько не запыхалось. — Оно зовет! Ему плохо!

— Не только ему, — а вот Карраго дышит тяжко и сипло. — Между прочим, тоже нехорошо. Я старый почтенный маг, а старые почтенные маги обычно передвигаются неспешно, не теряя собственного достоинства.

Ответом ему — мрачный взгляд.

Ица не знает про магов. Её тянет туда.

Наемники дышат спокойно, как и Джер, который, правда, вытащил меч.

— Что? Неспокойно мне здесь… что это вообще…

— Я тут жила, — Ица идет, но уже ступает медленно, осторожно, будто по льду. — Это… дом моего отца.

— Ничего так, — соглашается Джер.

И зарабатывает полный гнева взгляд.

— Я хотел сказать… впечатляет! Я такого не видел! Вот честно! Даже в городе…

— Скажу больше, — произнес Карраго, отдышавшись. — Я тоже такого не видел… я слышал, что мешеки весьма преуспели во многих науках и искусствах, что ваши города куда больше… обширней… богаче…