Чтение онлайн

— Помолчи, — попросил Ирграм, когда ему надоело разглядывать пластину и белесое нечто в черной воде. Он растекся вдоль бассейна. — Лучше расскажи, что это за место. Если знаешь.

— Информация…

Она запнулась.

А потом словно нехотя, продолжила.

— Третий уровень. Местонахождение — третий уровень. База ноль-точка-тридцать семь.

Смысла в сказанном не было.

— Для получения дальнейшей информации требуется генетический код…

Ирграм подумал и превратился в того Древнего.

— Изменение… зафиксировано, — теперь в женском голосе почудилось явное недоумение. —

Изменение невозможно. Генетический код является стабильной единицей, вследствие чего…

Она запнулась.

И задумалась.

— Зачем нужны эти вот… ванны? — Ирграм решил начать с малого.

— Для синтеза. Биологически насыщенный раствор идеален для проведения первичного синтеза.

— То есть, в них можно создать… кого? Человека?

Все же то, что проглядывало, походило больше на рыбину. Такую здоровенную белесую ленивую рыбину, вроде тех, что привозили магам, якобы, добывая из самых глубоких глубин. Только не в ваннах, но в стеклянных запаянных емкостях, которые тоже были темны и непроглядны.

Хозяину когда-то доставили подобную.

Да, определенно похоже.

— Зачем? — продолжил Ирграм. — Или это какие-то особенные люди?

Может, Древние выращивали големов? Сразу вот. А что, плеснул силы, а потом достал себе, какого надо. Удобнее, чем по кускам собирать. Тем более, когда процесс налажен.

— Эксперимент, — голос все же обрел крепость. — С целью сохранения стабильного уровня популяции… и повышения её генетического разнообразия. Эволюционный процесс привел к резкому сокращению числа биологических носителей разума, и как следствие — явной регрессии самой цивилизации.

Ирграм кивнул.

Мысленно.

А рытвенник снова наклонился к воде и осторожно понюхал поверхность. Затем скривился и чихнул.

— Существующие тенденции внушали опасения и при первичном анализе был сделан вывод, что данные тенденции с высокой долей вероятности могут стать причиной гибели цивилизации. Прогресс в цифровом поле также замедлился. Наблюдался высокий уровень диссоциации индивидуумов и критическое сокращение числа социальных связей. Внутренние ресурсы общества были почти исчерпаны. Также наблюдалась серьезная дезадаптация при возвращении разума в биологический носитель. Все в свою очередь приводило к падению числа рождений.

Ирграм слушал.

Он попытается понять. Позже. Или добьется, чтобы этот… разум изложил все более внятно.

— Была разработана стратегия по восстановлению общества. Однако к моменту её реализации число реально существующих популяций было признано недостаточным, как и имевшийся уровень генетического разнообразия. Высокий процент внутрипопуляционных связей приводил к внутренней унификации генетического кода и, даже с учетом существующей коррекции плодов и профилактики генетических заболеваний, приводил к критическому снижению уровня вариативности. Было принято решение восстанавливать биологические носители по сохранившимся в базе матрицам с тем, чтобы снабдить их цифровыми копиями личностей. Копии подвергались обработке.

Все-таки человек.

Раствор или что там было, бледнел, позволяя разглядеть тело, лежавшее в ванной. Правда, пока было видно, что у существа есть руки и ноги, и шар головы, причем довольно уродливый.

—

Копии наделялись псевдопамятью. И адаптировались к жизни в условиях традиционной земледельческой структуры, которая была взята, как исходная точка для реконструкции общества.

— И скольких людей вы создали?

— Проект существовал семь лет. За это время удалось возвести город и сформировать устойчивую земледельческую общину, которая демонстрировала отличные показатели роста. Потенциал её оценивался положительно.

— Вы стали разводить рабов. Големов. Создавать и разводить, — услышанное все же как-то уложилось в голове Ирграма или в том, что можно было считать головой. — Зачем?

— Термины неприменимы к ситуации. Данные люди не являлись рабами, также искусственность их происхождения никоим образом не влияла на свободу их воли и не сказывалась иным образом.

Свободные големы? Чушь какая.

— Смысл состоял в реконструкции общества с тем, чтобы преодолеть кризис. Рожденные естественным путем дети, воспитываясь в искусственно сформированной среде, способствующей формированию с нужных психологических установок. В конечном итоге появление большого количества новых индивидуумов помогло бы преодолеть стагнацию и дать обществу толчок к развитию. Планировалось создание принципиально новой, дуалистически существующей цивилизации, в которой биологический базис гармонично сочетался бы с возможностями цифрового мира.

Про мир Ирграм снова не понял.

Сложно с ними, Древними.

— То есть, здесь вы выращивали… людей. Потом отпускали их и позволяли размножаться? А детей забирали?

— Направляли. Созревание человеческого разума должно проходить в открытом мире. Оно зависит от многих факторов, которые невозможно полностью заменить структурированным пространством. Допустима лишь частичная коррекция личности в процессе её формирования с целью подготовки к переходу. Система воспитания была установлена, апробирована и корректировалась с тем, чтобы позволить каждому индивидууму максимально раскрыть свой потенциал. Дальнейшее обучение позволило бы адаптировать разум с тем, чтобы он продолжал работу во благо всего общества.

Красиво.

Ирграм оценил. Правда, снова понял далеко не все. Впрочем, сейчас его интересовало иное.

— Что пошло не так?

Молчание.

И длится, длится. И еще недавно ожидавший тишины, надеявшийся на нее, Ирграм испытывает уже раздражение. Ему хочется тряхнуть конструкцию с тем, чтобы она ответила.

— Информации недостаточно, — вынужденно ответили ему.

— Как тебя зовут?

— Уточните запрос.

— Имя. Если ты живешь в моем теле, разговариваешь со мной, то мне нужно знать имя.

— Роза. Я являюсь сертифицированной и модифицированной копией личности старшего научного сотрудника Розалии Саб-агхар.

— Ирграм. Я не являюсь копией… я личность.

Произнес это и задумался.

А потом повторил с куда большим удовольствием.

— Я — самостоятельная личность.

— Твоя структура нестабильна.

— И в этом есть свои преимущества, — согласился Ирграм. — Роза… тебя можно как-то вытащить? Не обижайся, но мне неприятно иметь в своем теле, даже нестабильном, другого человека.