Чтение онлайн

 Ей не к лицу публичные дебаты.

 И дна достигнув стонет глубина,

 И волны как убитые солдаты…

 Кругами расплываясь по воде,

 Где малый круг спешит всегда к большому.

 Отвар коварный сварен на беде,

 В неистовом желании к другому.

 И что менять? Сапог на сапоге…

 До дыр истерлись только голенища.

 И жизнь влачит себя к сырой земле,

 Стирая грань у правды пепелища.

 У подножия храм,

 Освещённый зарей.

 Память всем матерям,

 Обелиск над землей.

 Он молчит в тишине,

 Говорит на ветру.

 Выше что в вышине,

 В радость или беду?

 Одеялами роз,

 Укрывает рассвет.

 И по коже мороз…

 Как несут они крест.

 Не гневят ту судьбу…

 Сколько выпало им?

 Только к Богу мольбу,

 Радость к деткам своим.

 День погожий опять,

 Проскочил стороной.

 Как им больно терять…

 Не сгибаясь спиной…

 Они могут молчать,

 Губы сжав до крови.

 И готовые ждать,

 В своем счастье любви.

 Им бы воздуха дать,

 Надышавшись тогда…

 И счастливая мать,

 Той надежды звезда.

 В том потоке стремлений чуть видимый след,

 И волна за волной у той стенки причала.

 Чьей ценою теперь одолеть парапет,

 И в надежде своей на чужие лекала?

 Потерявшись совсем в этом мире – в лесу,

 Благородство свое променяем на гордость.

 И зажав в кулаке напоследок слезу,

 Мы по лицам размажем суровую подлость.

 День вчерашний уже безвозвратен и пусть,

 Нет свершений теперь – скоро будут свершенья.

 Только в душах зачем поселяется грусть,

 И сжимает сильней своей силой мгновенья?

 «Я стремился ко многому, но сам не мог себе представить, что страна придет к таким успехам», – Шейх Заид ибн Султан Аль Нахайян.

 Посланник Бога на земле,

 Он вровень встать сумел с Богами.

 И заслужил любовь к себе…

 Народа жизнь его руками,

 В пустыне мертвой стала рай.

 И он своей железной хваткой…

 Так прозорливо видел в даль,

 Встав в стременах над вечной схваткой…

 И день, и ночь преображать,

 Своей

любовью созидая.

 И силой воли побеждать,

 От края тех песков до края.

 Где нищета ушла сама,

 Его боясь суровой плети.

 И Богом стал он от ума,

 И весь народ его ведь дети.

 Мы люди твои дорогая земля,

 Создатель для жизни нас здесь расселил.

 Зачем же тогда убивает война,

 Кто огненный дождь нам на плечи пролил?

 И бьётся в конвульсиях правда одна,

 Пытаясь найти одержимости свет.

 И мгла накрывает, она не видна,

 И черной стеной выплывает рассвет.

 И плещется в реках пролитая кровь,

 Бурлят океаны загубленных душ.

 За годы в больных притупляется боль,

 Ветров не бояться, не чувствуют стуж.

 Мир расколот на мелкие части,

 Не собрать нам теперь те осколки.

 Если это в божественной власти,

 Не к чему нам теперь и уловки.

 Океаны, моря и пустыни,

 Покорились давно человеку.

 Все смывают нависшие ливни,

 Смерть несут, а стремились к успеху.

 И ветра – словно стройные лани,

 Над волною морскою застыли.

 Почему нас теперь наказали,

 Или мы несговорчивы были?

 Сжав кулак… В нем последней надежда,

 Птицей счастья от бури забилась.

 Вся в металл превратилась одежда,

 Суть другая случайно открылась.

 Смерть и жизнь неразлучные обе,

 И идут по пятам шаг за шагом.

 Все смешалось и радость, и горе,

 Обжигая невидимым взглядом.

 Рвется камень от капли, крошится,

 Что творит необдуманно капля?

 Что должно непременно случится,

 Кто наслал эти злые проклятья?

 В одиночестве замерло время,

 Бой секунд уплывающий в вечность.

 У наездника ветхое стремя,

 И несёт его в пропасть беспечность.

 Что потом? Где руинами жизни,

 Все смещается люди и кони.

 Мы себя на земле этой выжгли,

 Ненасытная жажда погони.

 На краю почерневшие лица,

 В нищету превратились богатства.

 Тянут руки пытаясь напиться,

 Миражом уплывают убранства.

 Красота наполнятся смогом,

 Чистота, растворяясь в упрямстве.