Чтение онлайн

Группы бойцов действовали прекрасно, и уже на седьмой день Степ прочил им не менее девяноста процентов успеха. Один парень во время тренировок дважды поскользнулся на стреляных гильзах, и его пришлось заменить стрелком из караула. Для молодых тагов стрельба по людям давно стала привычным делом. В решающий момент их руки не должны были задрожать.

Первую часть операции мог обеспечить только хорошо подготовленный обман. Конечно, военная служба научила Ника многому, а особенно - вранью, но на этот раз от него требовалась артистическая, утонченная

ложь, а не грубая пехотная брехня.

Из диалогов, записанных на магнитные ленты, Степ взял имена ханурян, занеся их в память компьютера вместе с образцами голосов. Теперь машина определяла говорившего только по одному сказанному им слову. Это оказалось совершенно необходимо, так как мгновенно узнать голос малознакомого человека, не располагая особыми способностями, практически невозможно. Компьютер работал в паре с корректором речи и, набрав требуемое имя, можно было говорить чужим голосом. Корректор не давал полной идентичности, но сходство на слух оказалось вполне приемлемым.

За три недели команда проработала в форте все мыслимые и немыслимые варианты развития событий, и дальнейшие тренировки стали представляться пустой тратой боеприпасов. Проанализировав снимки броневиков гарнизона, Ник создал некий обобщенный образ их маскировочной окраски. По его эскизу и фотоснимкам стрелки перекрасили машину в подходящие оттенки выбранных цветов.

Планируя операцию, в сорока километрах от двадцать шестого форта, на трассе патрулирования, Ник присмотрел подходящее место для засады.

Группа бойцов со всем необходимым снаряжением ждала приказа в кишлаке Дашти Кабут, в семидесяти километрах от выбранной точки. Никто из них не знал ни о цели операции, ни о Нике, но они находились в его полном распоряжении. Степ руководил ими через Фарида - своего заместителя, которому группу первой фазы командир ,,фронта" передал во временное подчинение. Этот отряд был вспомогательным в операции, и спланированная Ником засада являлась его единственной задачей.

Прибыв на место, два десятка парней начали готовить свою позицию. Штурмовая группа продолжила свои приготовления у той же дороги, только на десять километров ближе к форту. Тремя днями позже подготовка успешно завершилась. Оставалось только внести последний штрих.

Посадив в броневик четверых стрелков, Ник отправился к месту, где мирные крестьяне готовили укрытия для отходящих групп. Поочередно меняясь на сиденье водителя, таги практиковались в управлении броневиком. Следы, остающиеся в пустыне, на следующий день должны были запутать их преследователей.

Когда желтый диск солнца выполз из-за барханов, зарывшись в песок, тридцать шесть бойцов, вооруженные и обученные, уже ждали своего часа.

Им всем предстояло стать участниками большого спектакля, и от того, как он пройдет, зависело, доживут ли они до вечера. В представлении примут участие еще около ста человек, и это будут не просто статисты.

Если у вспомогательной группы бой не получится, то погибнет только она, а штурмовая, перележав день в песке, тихо уйдет,

плюнув на все свои приготовления. Оставаться здесь уже не будет смысла. Скоро должен заработать завод синтетического горючего, и руки у армии вновь окажутся развязаны.

В восемь двадцать акустический датчик известил о приближении патруля. Началось! Ник почувствовал легкую нервную дрожь, но быстро взял себя в руки. Два броневика неторопливо двигались по пыльной дороге. Подслушивающие устройства прилепились к их днищам, и, надев наушники, Ник слышал, как спокойно переговаривались едущие в них обреченные люди. Время тянулось, как резина. Ход его постепенно замедлялся, и, когда патруль доехал до засады, казалось, что оно почти остановилось.

На тридцать девятом километре, начиная подъем, дорога проходила между двух больших песчаных холмов. Это было едва ли не единственное подходящее место для нападения, но броневики прошли его невредимыми. Через пол километра головная машина наехала на мину своим передним левым колесом. Взрыв не был чрезмерно мощным. Он оказался рассчитан ровно настолько, чтобы, выведя из строя ходовую часть, остановить броневик. Из ехавших в нем никто не погиб, но всем им пришлось очень несладко, а боеспособность оказалась почти потеряна.

Вторая машина остановилась в пятидесяти метрах сзади и обстреляла подозрительные бугорки, не выявив при этом реального врага. Ее командир доложил о происшествии в форт и вызвал подмогу. Оглохший сержант из головной машины орал в эфир о травмах, полученных экипажем, и требовал срочной поддержки.

Поскольку противника обнаружить не удалось, второму броневику ничего не оставалось кроме того, как подойти к первому для оказания помощи. Второй ехал точно по следам первого, но на дороге была устроена хитрая ловушка, в которой головные заряды дублировались минами, снабженными радиоблокировкой.

Не доехав двадцать метров до головного, замыкающий броневик тоже потерял подвижность. В эфире, после этого, к воплям из первой машины прибавились вопли из второй.

Полной уверенности в надежности хитрой мины не имелось. Для страховки, прильнув к прицелу, за вторым броневиком следил наводчик противотанковой ракеты.

Выход из строя обеих машин вынуждал командира форта к решительным действиям. Место, где находились броневики, было пристреляно повстанцами. Чтобы придать действиям гарнизона необходимую быстроту, один из тагов начал стрелять по патрулю из ручного гранатомета.

В броневиках все еще были живы и, чтобы не получить ,,свое" из их пушек, гранатометчик стрелял из-за бугра. Вероятность попадания при этом представлялась ничтожной. Но и в случае точного выстрела, кроме легкой контузии экипажам ничего не угрожало. Попадать, в общем, было и ни к чему. Цель обстрела состояла только в том, чтобы командиру форта о нем доложили.

Это была азбучная ситуация, описанная во многих букварях. Недобитый патруль стал наживкой, и теперь, на подходе к нему, спешащих на помощь должна ждать хорошая засада.