Чтение онлайн

У добросовестной Лиды я застал всех троих. Всех, кого мне прислал подполковник Сидоренко. Как он решал вопрос по откомандированию ко мне двух оперов-бэхов и райпотребсоюзовского товароведа, я даже не стал интересоваться. Для меня сейчас было главным, что всё, что я затребовал, мне было предоставлено.

— А теперь пройдёмте в мой кабинет, товарищи! — пригласил я двух хорошо одетых коллег по служению Родине и женщину лет под сорок после того, как поздоровался с ними, войдя к Зуевой. — Следователь Корнеев, в распоряжение которого вас направили, это я! — представился я, чтобы внести в наши отношения окончательную

Прикомандированные опера неохотно поставили на стол стаканы с недопитым чаем. И хоть без энтузиазма, но всё же послушно встали. Тётка, в отличие от них, своего неудовольствия никак не проявила и просто смотрела на меня с мирным и присущим всем женщинам любопытством. Причиной тому любопытству, по всей вероятности, были мои сияющие золотом парадные погоны и сверкающий тёмновишнёвым цветом венозной крови орден. Оно и немудрено, возраст у меня сейчас самый неподходящий для владения орденами. Да и день сегодня постный, потому как никаким государственным праздником не ознаменован. В том смысле, что все нормальные менты вокруг, в отличие от меня, облачены в мундиры повседневной носки.

— Давайте знакомиться! — лучась добродушием и дружелюбием, предложил я пришлым, когда они расселись в моём кабинете вдоль стены, — Я, как вы уже слышали, следователь Корнеев Сергей Егорович. Тот самый несчастный следак из Октябрьского РОВД, на которого ваш подполковник Сидоренко измудрился спихнуть гнилое цыганское дело. А это приданный мне опер УР Гриненко Станислав, — указал я на своего друга, — Теперь ваша очередь представиться! — усевшись за свой стол, вопросительно уставился я борцов с хищениями соцсобственности.

— Старший опер капитан Антонов! Леонид Сергеевич! — объявился мужик, что постарше и поплотнее фигурой, — А он Самохвалов Игорь. Лейтенант. Тоже из Кировского ОБХСС, — указал он подбородком на своего молодого напарника.

— Скажи, Корнеев, а чего ты в лейтенантских погонах? — отвалился спиной на спинку стула старший бэх, — Сидор нам говорил, что тебе вроде бы внеочередное звание сегодня присвоили? Что ты теперь старлей. Выходит, наврал он?

— Не наврал ваш Сидор, — успокоил я капитана и, достав из внутреннего кармана кителя пару новых погон, бросил их на стол, — Пришить еще не успел, других забот хватает. А вас как звать-величать? — гостеприимно улыбнулся я спутнице оперов, — Вы, простите, кто по специальности?

Тетенька примерно сорока лет ответно улыбнулась ярко красным ртом и сообщила, что она Барабанова Татьяна Ивановна. И, что трудится она товароведом в Кировском райпотребсоюзе.

В душе моей защебетали райские птицы. Сбылись мечты идиота! Впрочем, надо еще уточнить насчет автотранспорта!

— Сидоренко сказал, что вместе с людьми он транспорт выделил, так? — сноваобернулся я к капитану.

— Как же, дождёшься от него транспорта! Он только бензина сорок литров выделил! — презрительно скривился старший бэх, — Правда, насчет отгулов еще обещал расстараться. А машина моя личная, жигуль-копейка! — нахмурившись, уточнил он.

Удовлетворённо кивнув, я начал раскладывать на столе все имеющиеся материалы уголовного дела. Предстояло ознакомить всех присутствующих с грядущими антицыганскими процессуальными событиями.

— Завтра у нас с вами будет очень трудный день! — строго оглядел я приданные силы, — Работа со свидетельской базой и еще одно важное следственное

— Завтра же выходной! Суббота! — в унисон удивились оба «колбасника» и я снова порадовался, что успел их перехватить до того, как они сдриснули, не застав меня в Октябрьском.

— Завтра же нерабочий день! Мы же никого нигде не найдём! — обиженно напомнил мне младший бэх Игорь Самохвалов.

— День завтра рабочий! — успокоил я служителей БХСС, — Работать будем с свидетелями на шоколадной фабрике. Там у них непрерывное производство, так что пофигу нам суббота! И воскресенье тоже пофигу! — твёрдо глядя в глаза оперов, безжалостно обломал я их с выходными. — Сами виноваты! Надо было лучше первичный материал собирать! — недобро оскалившись, потыкал я пальцем в корки уголовного дела.

А вот привлеченный специалист Барабанова, будучи сугубо гражданским лицом, вопреки моим опасениям пенять на лишение её законных выходных не стала. В отличие от охранителей социалистической собственности, она выглядела спокойной и по поводу грубейшего нарушения КЗОТа не роптала.

— Татьяна Ивановна! — постарался я выдавить на своё лицо все запасы накопленного за обе жизни обаяния, — Без ваших знаний, а главное, без ваших красивых глаз, нам завтра ну никак не обойтись! Пожалуйста, я вас очень прошу, уделите нам завтра своё дообеденное время! А в свою очередь я обещаю благодарственное письмо вашему руководству от советской милиции направить! — приложил я руку к сердцу, — Ну так как, дорогая вы наша товарищ Барабанова, поработаем на благо социалистического отечества? Рука об руку?

Товарищ Барабанова, заметно порозовевшая от моего словоблудия, молча кивнула, дав понять, что, если рука об руку, то она готова и посотрудничать. Особливо, если на благо нашей советской Родины.

Уже давно не испытывал я такого удовлетворения от согласия женщины провести время в моём обществе. На душе стало еще благостней, а пернатые из райских кущ зачирикали громче.

— Итак, дорогие товарищи! — начал я ставить стратегическую цель соратникам из Кировского, — Завтра с раннего утра и до одиннадцати мы с Гриненко работаем с цыганами на тюрьме. А ваша задача, это обеспечить явку всех пятерых покупательниц к нашему приезду на «шоколадку». И как раз к одиннадцати! Независимо от того, выходные они завтра или нет! Работать будем за территорией фабрики, но в их ведомственной столовой, что расположена у проходной. И будет лучше, если вы уже сегодня успеете организовать там условия для нашей работы! Повестки свидетелям вы так же развезите сегодня, чтобы они до завтра не расползлись по городу и по окрестностям! Вопросы?

Грустные бэхи, уже понявшие, что с выходными на этой неделе они безвозвратно пролетели, здраво рассудили, что шарить под дураков им смысла нет никакого. И потому глупых вопросов от них не последовало. Тут же, не сходя с места они договорились с товароведшей о том, где и когда они её завтра подхватят.

Тем временем я достал из шкафа облепленный печатями свёрток с вещдоками. Тот самый, который мне был вручен Данилиным вместе с материалами уголовного дела.

Не мудрствуя лукаво, я разорвал упаковочную бумагу и вывалил на стол предметы дамского туалета. Здесь было всё. Начиная от обычных лифчиков и трусов с зимним начесом, и заканчивая герметичными до абсолютной непродуваемости гамашами.