Чтение онлайн

Несколько секунд Джайлс молчал, сверля меня взглядом прищуренных глаз.

— А, вот вы о чем, — проронил он наконец.

— Я хотел узнать, известно ли вам, что вы владеете подобной редкостью?

— Да, конечно. Так вы прочли акт? И что вы о нем думаете?

— То, о чем там говорится, не стало для меня откровением, — пожал я плечами. — До меня и прежде доходили слухи, согласно которым брак короля Эдуарда Четвертого и Элизабет Вудвиль не является законным, ибо прежде король заключил брачный контракт с другой женщиной. Но дело это давнее, и ныне установить истину не

представляется возможным. Полагаю, вступив на престол, король Ричард принялся собирать все доказательства того, что пришел к власти на законных основаниях.

— Возможно, — с безразличным видом кивнул Джайлс.

— И все же, если этот документ получит огласку, он способен причинить королю немало неприятных хлопот.

Губы Джайлса тронула едва заметная улыбка.

— Представьте себе, Мэтью, история, связанная с этим актом, происходила на моей памяти, — сказал он. — В этом нет ничего удивительного, если вспомнить, что мне перевалило за семьдесят. В год, когда был опубликован «Titulus Regulus», я изучал закон в Грейс-Инне. А на следующий год люди нового короля явились в корпорацию и забрали все копии. Дабы подвергнуть их уничтожению.

— Джайлс, простите, если мои слова покажутся вам бестактными, но живых свидетелей тех событий ныне осталось немного. А как я уже сказал, для короля весьма нежелательно, чтобы акт этот стал достоянием гласности.

— Копию, которую вы видели, я случайно отыскал десять лет назад, — по-прежнему улыбаясь, сообщил Джайлс. — Как раз тогда реформаторы собирались сжечь книги из библиотеки собора. Некоторые из них мне удалось спасти. К сожалению, мое собрание мало для кого представляет интерес. Раньше Мартин проводил в моей библиотеке немало времени, да иногда кто-нибудь из собратьев-законников заглядывал ко мне, дабы отыскать нужное постановление. Но, думаю, вы первый, кто оценил мою библиотеку по достоинству. Судя по тому, что вам удалось отыскать этот акт, вы как следует осмотрели все полки. Ведь у меня нет никакого каталога, я все держу у себя в голове. Скажите, вы не рассказали Малевереру о своей находке?

— Разумеется, нет. Но вы должны знать, что такой же документ хранился в шкатулке, и он похищен неизвестным злоумышленником…

— Значит, вы видели еще одну копию акта? — перебил меня Джайлс. — Но что это за шкатулка?

— Более я не имею права ничего вам рассказать. Но поверьте, вы поступите разумно, если избавитесь от этого документа.

— Вы говорите правду, Мэтью? — спросил старик, пристально глядя на меня.

— Поверьте, лишь тревога за вашу безопасность подвигла меня на этот разговор. Неприятности, которые огласка «Titulus Regulus» может причинить королю, мало меня волнуют. Но мне бы не хотелось, чтобы из-за этого проклятого акта пострадали вы или кто-либо другой. В нынешние времена хранение подобной редкости чревато опасными последствиями.

Несколько мгновений старик молча глядел в огонь.

— Полагаю, вы правы, — произнес он наконец. — Мне трудно решиться на то, чтобы расстаться хотя бы с одним экземпляром своей коллекции, ибо она слишком долго тешила мое тщеславие. Но, как видно, это необходимо.

— Надеюсь, это единственный

опасный документ, который вы храните?

— Единственный. Сам-то я уже ничего не боюсь. Но, как я понимаю, если «Titulus» обнаружат после моей смерти, у моих душеприказчиков могут возникнуть серьезные проблемы?

— Да, — смущенно кивнул я. — Меджи это тоже принесет немало бед. Ее замучают допросами. Да и более печальный поворот событий тоже весьма вероятен.

— Господи боже, меньше всего на свете я хочу подвергать опасности Меджи. И куда только катится Англия? Хорошо, Мэтью, я последую вашему совету. Прошу, подождите здесь.

Он поднялся с кресла так резко, что покачнулся и схватился за ручку.

— Вам не нужна моя помощь? — вскочив, спросил я.

— Нет-нет. Просто я слишком долго провалялся в постели, и ноги у меня ослабли.

С этими словами Джайлс уверенным шагом направился к дверям и вышел из комнаты. Я подошел к очагу и уставился на пляшущие языки пламени.

«Любопытно, составил ли Джайлс завещание и к кому перейдет библиотека?» — пронеслось у меня в голове.

Наверное, к племяннику. Но удастся ли нам отыскать Мартина Дейкина в Лондоне? Стряпчий из Грейс-Инна, ярый приверженец консервативных взглядов, в 1536 году он вполне мог принять участие в заговоре Роберта Эска. А если тогда он уцелел, ныне его вполне могли заподозрить в сочувствии к мятежникам.

«Скорее всего, Мартин Дейкин находится сейчас в Тауэре», — вздохнул я про себя.

Как и жених Дженнет Марлин, тоже стряпчий из Грейс-Инна.

Тут вернулся Джайлс. С изумлением я увидел у него в руках увесистый том с пресловутым актом, а также острый нож.

— Вы видите, Мэтью, я полностью вам доверяю, — с грустной улыбкой сказал старый законник.

Положив книгу на стол, он осторожно вырезал несколько страниц и, вздохнув, поднес их к глазам.

— Никогда прежде я не совершал подобного варварства, — пробормотал он.

Затем Ренн подошел к очагу и решительно бросил злополучные страницы в огонь. Вместе мы наблюдали, как старый пергамент вспыхнул и моментально почернел. Сокол тоже с любопытством глядел в огонь, отблески которого играли в его глазках-бусинках.

— Я понимаю, решиться на это вам было тяжело, — проронил я.

— Но я не жалею о содеянном. Вы правы, мы живем в опасные времена. О, взгляните-ка в окно.

Когда я подошел к окну, Джайлс указал мне на низкорослого грузного человека в одеянии священника, который быстро шагал по улице, направляясь к собору.

— Я видел его из окна библиотеки. Знаете, кто это?

— Доктор Ли, настоятель кафедрального собора. В прошлом — уполномоченный Кромвеля, наводивший страх на всю округу. Гроза монастырей.

— И его назначили настоятелем собора? — удивился я.

— Да, чтобы он следил за архиепископом Йоркским. Вы знаете не хуже моего, Мэтью, что сейчас время соглядатаев и осведомителей.

Вновь выглянув в окно, я заметил какую-то женщину, которая, подняв юбки и выставив на всеобщее обозрение стройные лодыжки, со всех ног бежала по узкой улице. Длинные белокурые волосы развевались у нее за плечами. То была Тамазин.