Соучастник
Шрифт:
Алексис застенчиво улыбается, видя мое выражение лица.
– Извини, картина не очень хороша, - шепчет она, прикусив нижнюю губу.
Я качаю головой.
– Так и есть, Лекси. Так и есть.
Плечи Ребела подрагивают, когда он тихо смеется.
– Никак не могу привыкнуть к этому имени, - говорит он. Повернувшись к моей сестре, он крепко целует ее в макушку.
– Лекси. Это имя не подходит тебе.
Какая-то часть меня хочет пнуть его за это по ноге. Та часть, которая все еще считает, что Алексис принадлежит мне и моим родителям, а не ему. Но я этого не делаю, потому что вижу правду.
Она София, и она теперь принадлежит Ребелу. Все, что мне нужно сделать, чтобы подтвердить это, - посмотреть на нее и увидеть любовь, изливающуюся из нее. Алексис - сестра, которую я потеряла. Женщина передо мной - совсем другой человек. Она София. Но она по-прежнему моя сестра - новая сестра, которую я буду любить так же сильно, как и прежнюю.
Я осматриваю ногу Кейда - в ней столько металла, что потребуется серьезная работа, чтобы она снова стала нормально функционировать, - и затем отправляюсь в путь. Остаться на ночь было бы разумным решением, но я… не могу. Мне нужно домой. Мне нужно увидеть Зета.
На возвращение в Сиэтл у меня уходит всего полтора дня - вдвое меньше, чем на то, чтобы, наконец, встретиться с Софией. Не боясь штрафов, я в спешке нарушаю бесчисленные скоростные ограничения.
Когда я возвращаюсь в город, то обнаруживаю своего мужчину именно там, где ожидала. Спортивный зал все еще пуст и будет пуст еще некоторое время. Предстоит еще много работы по переоборудованию помещения. Каждый раз, когда Зет приближается к завершению строительства, он вдруг находит новую причину, чтобы перенести дату открытия. Нужно заменить полы. Необходимо снести стену. Необходимо установить клетку. Ремонт и строительство шли бы гораздо быстрее, если бы над проектом работали не только он и Майкл, но мне кажется, что время здесь не играет роли. Спортивный зал будет открыт, когда Зет будет готов, и ни секундой раньше.
Когда я вхожу в здание, он раздет по пояс, хотя внутри так же холодно, как и снаружи. Однако по спине у него струится пот - отбойный молоток, которым он бьет по разделительной стене между одной частью спортзала и другой - клянусь, он только что возвел эту стену, - напоминает мне о том, что я делала то же самое. Только в тот раз это было у него в подвале, и речь шла о деньгах. Ужасно много денег.
– Ты рано, - ворчит Зет.
Как ему удалось услышать мои тихие шаги за размеренным взмахом и стуком молота, выше моего понимания. Он просто знает…
– Я сделала то, что планировала, и вернулась домой.
Я кладу обе руки ладонью вниз на его спину, желая почувствовать, как скручиваются и растягиваются мышцы, когда он работает. Зет напрягается от моего прикосновения и прекращает работу. Он улыбается, когда поворачивается ко мне.
– Ты ведь скучал по мне, верно?
– Возможно.
Он обхватывает меня руками за талию, прижимая к себе. Некоторые девушки наверняка бы отшатнулись от исходящего от него запаха пота, но только не я. Я наслаждаюсь им. Я прижимаюсь к нему и вдыхаю его аромат. Он отвечает мне тем
– Ты разрушила мои планы, - негромко шепчет мне на ухо Зет.
– И какие у тебя были планы?
– Тебе придется подождать, и со временем все узнаешь.
– Расскажи.
Он качает головой, отстраняясь, улыбается мне.
– О. Вот и она. Моя злая девочка. Давно не виделись.
– Смеется он.
Я уже начинаю привыкать к этому - иметь парня, который иногда смеется. Это самое восхитительное чувство.
– Больше никаких сюрпризов, Зет, - ворчу я, хотя мне не удается долго притворяться рассерженной.
Он, как всегда, непреклонен.
– Я ничего не расскажу. Как насчет того, чтобы показать?
– Сейчас? Я думала, что пришла рано?
Зет пожимает плечами.
– К черту.
Он натягивает футболку - еще больше мышц двигаются и смещаются, посылая теплые спирали желания по моему телу - затем берет меня за руку и ведет нас к «Камаро», припаркованному через две улицы. «Камаро». Не думала, что он сможет вернуть эту машину, но каким-то образом ему это удалось. Как-то раз он вернулся на ней домой, и я не стала задавать вопросов.
Однако у меня возникает множество вопросов, пока Зет везет нас за город. Как только мы покидаем пределы Сиэтла, он останавливается на обочине и достает из бардачка отрез шелка. Точно такой же шелк он использовал для завязывания глаз, когда знакомил меня с тростью.
– О?
– спрашиваю я.
– Угу.
Он завязывает полоску материала вокруг моей головы, и я позволяю ему это сделать.
– Мне нужно будет оценивать уровень боли?
У меня перехватывает дыхание.
Смех Зета отдается глубоким рокотом в его груди.
– Поживем - увидим.
Мы едем не более десяти минут, дорога виляет то влево, то вправо, спускаясь по, наверное, горным дорогам, прежде чем Зет снова останавливает машину и глушит двигатель. Я знаю, что лучше не снимать повязку с глаз без разрешения, поэтому сижу, и кровь гудит в моих жилах от предвкушения, Зет выходит из машины и идет открывать мою дверь.
– Осторожно. Иди осторожно, - шепчет он мне на ухо, его рот находится в опасной близости от моей кожи.
Держась за руку, мы проходим около двадцати шагов, прежде чем он останавливает нас и осторожно развязывает повязку на моих глазах. Его лицо - первое, что я вижу, и он взволнован. Я вижу свет в его глазах. Не отвожу взгляд, чтобы посмотреть, куда он меня привел, - меня слишком завораживает его взгляд. Он обхватывает руками мое лицо и целует меня, осторожно прижимаясь губами к моим губам - легкое прикосновение.
– Что ж, - говорит он. Его улыбка немного померкла, сменяясь… нервозностью? Он нервничает?
– Мы не можем вечно оставаться в The Regency Rooms. И я знаю, как ты относишься к складу. Поэтому… я подумал…
Он делает шаг в сторону, и я вижу это:
Мой дом.
Мой прекрасный дом, который я так долго обустраивала. Только теперь он выглядит немного иначе. Все оконные рамы перекрашены. У меня новая входная дверь, которая выглядит неприступной, и через каждые несколько футов установлены фонари, которые сейчас выключены, но как только сядет солнце, они осветят весь склон холма.