Сон разума
Шрифт:
Взгляд Ланиты постепенно терял осмысленность, все расплывалось перед глазами, но она продолжала упрямо бороться, удерживая сознание на зыбкой границе между жизнью и смертью…
Судьба вознаградила ее за это: Лана думала, что в этом мире более не осталось сил, способных бросить вызов проклятым тварям, но поняла, что ошиблась.
Со стороны пламенного сияния в остановившихся на склоне холма призраков внезапно ударили три ослепительные рубиновые молнии.
Вспышка холодного бледно-голубого света на миг озарила окрестности, затмив слепящий, рвущийся из-под днища странного корабля
С трудом переведя взгляд на склон холма, она увидела там лишь шипящую, истекающую дымом и вспыхивающую язычками робкого пламени траву…
Неведомая сила смела призраков, разрушив их структуру энергией, более мощной, чем та, из которой состояли эфемерные на вид тела мертвых храмовников.
Только сейчас, увидев окончательную гибель своих врагов, Лана поняла, что на тонкой грани между жизнью и смертью ее удерживали именно они – медленно надвигающиеся фантомы.
Теперь благодаря неведомой силе их не стало.
Ланита закрыла глаза, бессильно уронив голову. Ее окровавленные губы тронула прощальная улыбка.
Она умирала и более не сопротивлялась этому.
Второй раз за прошедшие сутки субъективного времени Андрею пришлось совершать аварийную посадку.
Он шел на осознанный риск, открывая огонь по призракам, – Кречетов ясно понимал, какую опасность они представляют для поврежденной, расходовавшей остатки топлива и энергии «Новы».
Расчистка зоны посадки имела лишь половинчатый успех – фантомов уничтожило лазерным огнем, но корабль, на миг потеряв управление, успел накрениться, и сила реактивных струй толкнула его в сторону скал.
Ситуация мгновенно стала критической – он уже не мог плавно опустить «Нову» у подножия холма, как собирался сделать это секунду назад…
Перехватив управление, Андрей всеми силами пытался избежать рокового удара, но изображение на экранах уже начало тускнеть, лазерные дальномеры отключились – иссякали остатки фотонной энергии, и ему лишь чудом удалось вырвать искалеченный корабль из бокового скольжения и поднять его над островерхой скалой.
Немногочисленные устройства на пульте ручного управления предусматривали подобное развитие событий – еще перед входом в атмосферу Андрей обратил внимание на отдельный рычаг, под которым располагалась поясняющая надпись: «Отстрел бронеплит», и сейчас он, не задумываясь, рванул его на себя.
Частые вспышки сработавших пиропатронов осветили замкнутое пространство над пилот-ложементом, и сегменты брони, закрывающие прозрачный купол рубки, вдруг отлетели в стороны, открывая круговой обзор.
С каждым новым злоключением застарелая ненависть Андрея к собственному дяде постепенно истончалась, прошлое уже казалось не таким значительным, словно обновлялось сознание, в котором одни знаковые чувства и события постепенно замещались иными.
Выравнивая корабль в горизонтальном полете, Андрей осмотрелся.
В сумраке, обозначая подножие холма, горела пожухлая осенняя трава – там лазерные лучи, поразив группу
Ориентируясь на этот отсвет, Андрей вновь повел корабль на снижение, постоянно корректируя курс короткими импульсами реактивной тяги. Не зная, сколько горючего осталось в емкостях, он решил отказаться от вертикальной посадки с использованием планетарной тяги, и направил «Нову» к ровному участку каменного плато, намереваясь посадить машину по резервной схеме, чуть левее холма, на вершине которого смутно серели столбы мегалитов, образующие знакомый круг.
…На высоте пятидесяти метров он освободил механизм шасси, и многоосные опоры, снабженные цельнолитыми колесами, царапая о поврежденные куски обшивки, с ощутимым сопротивлением вышли из своих гнезд.
Скорость уже упала ниже значения ста километров в час, и Андрей, дождавшись толчка, засвидетельствовавшего полную фиксацию опорных стоек, сделал последнее, что оставалось в его власти: вновь переключившись в режим «атмосфера», он перевел поврежденные закрылки «Новы» в положение посадки.
От соприкосновения с твердой поверхностью корабль вновь подбросило вверх; вокруг взметнулись облака пыли и острого щебня, динамический удар едва не лишил Андрея сознания, но он сумел мгновенно прийти в себя и вовремя задействовать тормозную систему, резко замедляя скорость пробега при повторном касании.
Искалеченный корабль с глухим ударом опустился на три опорные стойки шасси, его начало разворачивать, накренив так, что короткая плоскость крыла чиркнула о камень, и наконец, в последний раз подпрыгнув на попавшем под колеса каменном обломке, «Нова» остановилась, не дотянув всего сотни метров до отвесной каменной стены скального выступа.
Сел…
Глава 5
Окраина горного плато…
Первым, самым острым ощущением после посадки была тишина.
Андрей отстегнул страховочные ремни и в полном изнеможении откинулся на спинку кресла пилот-ложемента.
Позади остался несоизмеримый с термином «расстояние» путь. Кречетов запрокинул голову, глядя на зловещее, бездонное небо без единой звезды. Узкая полоска экранов обзора на протяжении полета не давала такой глобальной панорамы чужой вселенной, какую он мог наблюдать сейчас сквозь прозрачный купол из бронестекла.
Вокруг, скрывая подробности рельефа, клубилась поднятая посадкой пыль, но она быстро оседала, и, пока Андрей смотрел на черные небеса, воздух вокруг корабля снова обрел горную прозрачность, соединяя беззвездное небо с сумеречной землей.
Чувства постепенно возвращались к нему, чуждая реальность подступала со всех сторон, прорезаясь неясными чертами окружающего ландшафта. Справа, в полукилометре, высился холм с темнеющими столбами мегалитов на плоской вершине, слева чернела отвесная стена скал, а впереди расстилалось пространство горного плато, за границей которого к небесам вздымались горные вершины, окрашенные, как показалось Андрею, в нежно-голубой цвет.