Сольвейг
Шрифт:
— Но как же Ингемар?
— …Ему придётся смириться с моим решением… Моим последним решением…Я много думал, как сделать так что бы именно Харальд стал конунгом, но Ингемар сам помог мне в этом. Бастард не может стать правителем, но после подлости Ингемара, люди признают Харальда… — Конунг прижал ладонь дочери, принцесса почувствовала насколько холодной стала его рука — Скажи Харальду… скажи ему что я… Мне жаль словенскую девку… когда нибудь он простит меня… передай всем мою волю… конунгом станет Харальд… — Ингви внезапно глубоко вздохнул, ладонь его безжизненно опрокинулась на край шерстяного
— Отец! Словенка жива! Ты слышишь? Отец! — рыдания принцессы наполнили всю небольшую комнату, склонив голову девушка прижала безжизненную ладонь отца к своим губам.
— Я все передам, я все сделаю как ты велел… Да прибудет с тобой Один, отец…Прощай на веки…
В последние тёплые дни лета, Ингеборг стала не на шутку тревожиться, Ингемар с хирдом ещё не вернулся с похода, да и от Харальда известей она так и не получала.
В отсутствие братьев, владения поселения перешли в ее руки, всего за пару месяцев она превратилась из беззаботной девчонки, в серьёзную и вдумчивую женщину.
Чёрная лихорадка скосила половину населения Хедебю, унесла жизни множества людей, включая конунга.
Настали трудные времена для севера, конунг мёртв, наследников пока кроме нее нет. На поселение стали нападать, каждый пытался предьявить свои права на земли Ингви, ярлы с соседних земель прознав о смерти монарха, стали наведываться к Ингеборг, тем более защитить теперь ее и народ было некому. Отца нет, а братья неизвестно когда вернуться, да и вернуться ли? А тут девка сидит на престоле, мужа нет, отца нет, да и воинов для защиты раз два и обчелся. Как такая править может?
В это воскресное утро к берегам Хедебю подплыл драккар ярла Хока. Ингеборг знала крутой нрав ярла, несколько раз она отказала ему, когда ещё отец был жив. Принцесса отвергла его предложение руки и сердца, не приняв дорогие подарки от Хоука. Тогда тот поклялся ещё вернуться, но Ингеборг не придала значение словам брошеных в гневе.
С ней был отец, был Ингемар и Харальд, а сейчас она одна и кажется теперь Боги не на ее стороне.
Накинув на голову платок, Ингеборг в сопровождении двух воинов, вышла встречать только что прибывшего Хоука.
Настроение ее было дурное, ничего хорошего не сулила встреча с ним. Поместье почти разорено, болезнь забрала десятки лучших воинов, провизии осталось ничтожно мало, амбары и кладовые опустели. И если сейчас Хоук и его хирд решит прибрать Хедебю в свои руки, то гордой Ингеборг предстоит вновь взять в руки оружие, и из последних сил защищать честь отца и свою собственную.
Спускаясь по крутому склону, Ингеборг печально вздохнула. Ее люди слишком слабы после лихорадки, да и большая часть уже давно мертва. Народ устал держать оборону от постоянных мародёров и нападений. Без крепкой руки, Хедебю так или иначе возьмут в осаду.
Ингеборг нахмурилась, это дурные мысли! Она истинная дочь конунга, Хоук ничего не посмеет ей сделать! Скоро вернуться братья, со дня на день! Она должна защищать свой народ и землю от посягательства голодных шакалов!
— Рада приветствовать тебя, Ярл Хоук. — Натянуто произнесла Ингеборг наконец выйдя в бухту. Сотня воинов ярла неспешно разгружали драккар, Ингеборг удивилась, что они делают? Разве она давала
— Достопочтенная принцесса Ингеборг, — Хоук протянул к ней руки, наигранно улыбаясь пытаясь казаться приветливым — Сколько же зим мы не виделись? Кажется после того как ты мне отказала прошло не меньше трёх лет! А ты все так же хороша! — Хоук довольно прищёлкнул языком, нагло разглядывая Ингеборг. Под его взглядом Ингвидоттир смутилась, но виду не подала. Хоук тем временем давал указания своим воинам, те выгружали на берег большие сундуки и прочую утварь.
— Что привело тебя в Хедебю, Ярл? — Ингеборг недоумевала от происходящего, какого черта он делает? Разве она давала ему своё согласие располагаться в ее поместье?!
Хоук громко выкрикивал воинам что бы те заносили все в главный дом, викинги не замечая недоумевающий взгляд принцессы, проходили мимо неё, неся тяжёлую поклажу.
— Что ты делаешь Хоук? Что ты себе позволяешь? — Не выдержала наконец Ингеборг этого спектакля.
Викинг внезапно оглянулся. Поправив кольчугу на широкой груди, Ярл растянул губы в ухмылке. Его глаза с холодным презрением смотрели на принцессу, сейчас Ингеборг чувствовала себя жертвой в лапах опасного хищника, от его ледяного взгляда по спине пробежали мурашки. Ингеборг не отвела взгляд, отец учил ее не прятать глаза, смотреть ровно и прямо, даже если страшно, даже если противник превосходит тебя.
— Принцесса тревожится? — Осведомился Хоук, обходя ее со всех сторон. Носом он потянул ее запах, и встал вплотную к ней. — Я пришёл что бы спасти тебя, птичка!
— Я не знаю зачем ты здесь викинг, но я не давала согласия что бы ты и твой хирд проходили в мой дом! Поэтому я приказываю тебе покинуть мои земли! — Ингеборг гордо вскинула подбородок и без капли страха посмотрела на лицо Хоука, которое через пару секунд разразило смехом.
— Кажется Ингеборг ты забыла о приличиях! Что же ты за хозяйка, раз отказываешь в крове и хлебе путникам?
— Покинь мои земли Хоук! Как смеешь ты дерзить мне? Или ты забыл что я дочь конунга?!
Викинг недовольно огляделся по сторонам, Ингеборг заметила свежие шрамы на его лице, скорее всего Ярл совсем недавно вернулся с летнего похода. Значит он не отправился вместе с Ингемаром, видимо у него были свои мысли на этот счёт.
— Ты дочь мертвого конунга!
Хоук вынул секиру и взмахом руки пронзил стоящего рядом с Ингеборг воина. Несчастный тут же безжизненно рухнул на землю, орошая траву чёрной кровью.
Принцесса в ужасе вскрикнула, второй воин что стоял рядом с Ингвидоттир, хотел было схватился за оружие, но Хоук опередил его, не успела Ингеборг что либо сказать, как второй охранник упал замертво следом за своим другом. Все произошло в долю секунды, шокированная произошедшем, Ингеборг с диким ужасом смотрела на тела своих охранников. Хоук с холодной жестокостью убил обоих. Теперь она осталась один на один с этим безжалостным викингом.
— Ты чудовище…
— А теперь принцесса, мы пройдём в дом. Не люблю применять насилие к женщинам. Тем более к своей будущей жене. — Хоук вытер окровавленную секиру и штанину, и как не в чем не бывало, подхватил ничего не понимающую Ингеборг под локоть.