Сольвейг
Шрифт:
— Тебе не следует смущаться, в следущий раз ее уже не будет, когда я вновь буду любить тебя. — Харальд наспех набросил рубаху и надел штаны.
— Что ты делаешь? — Сольвейг натянула шкуру до самого подбородка, но Харальд лёгким движением поднял ее и завернул в свой плащ.
— Мы идём в баню, а после тебя следует хорошенько покормить!
— Но я в таком виде, срамно! — Запротестовала Сольвейг, пытаясь выбраться из его объятий.
— Плевать на всех, отныне ты моя, я хочу что бы все это
Глава 27
Неся Сольвейг в сторону бани, Харальд на ходу давал указания рабыням что бы те принесли в его комнату свежую одежду для него и для словенки.
Девушка от стыда прятала лицо в складки плаща, проходящие мимо викинги с любопытством смотрели как Ярл Харальд несёт на руках словенскую рабыню.
— Прошу отпусти меня, я могу идти сама!
Харальд лишь крепче прижал ее к себе и прибавил шаг.
— Не упрямься! Ты моя женщина и тебе нечего больше стесняться!
Хороша женщина! Думала про себя словенка. Отдалась ему, а ведь он даже не муж мне. А будь что будет, думала девушка. Все равно жизнь ее может оборваться в любой момент, так хоть любви кусочек познала…
Переступив порог бани, Харальд закрыл за ними дверь, и принялся раздеваться. Сняв с себя одежду, викинг заметил как девушка застеснялась, взгляд под ресницами прятала.
— Позволь мне самой мыться… — Прошептала она, не смея поднимать головы.
Харальд от удивления даже почесал затылок. Стесняется поди его?
Викинг вдруг по доброму рассмеялся, притягивая ее к себе.
— Малышка, этой ночью я видел тебя во всей красе! Или может быть пока ты была под плащом, у тебя что то появилось чего я не разглядел? — Подтрунивал над ней северянин и принялся стягивать с неё тёплый плащ. В предбаннике было достаточно душно, спустя время Сольвейг все же сняла с себя одеяние которое спасало ее от горячего взгляда викинга.
— Ну вот видишь, все на месте! — Смеялся Харальд, пропуская девчонку в парилку.
— Перестань Харальд! В следущий раз я пойду мыться одна. — Протестовала Сольвейг, садясь на деревянный полог.
Харальд зачерпнул из бочки горячей воды, и налил ее в деревянную кадку, рядом стояла другая бочка с речной холодной водой, зачерпнув и оттуда ковш, Харальд разбавил кипяток.
— В следущий раз, и в какой либо другой раз, в баню мы будем ходить вместе Сольвейг. В теперь вставай, я покажу тебе как моются настоящие викинги.
Сольвейг встала с полога и зажмурила глаза. Харальд полил на неё тёплой водой из кадки, вода приятно заструилась по телу.
Зачерпнув пригоршню щёлока, Харальд стал намыливать им длинные волосы девчонки, Сольвейг от стыда стояла вся красная как маков цвет. Где это видано что бы мужик бабу мыл?
Но Харальд казалось не замечал протесты,
Не отрывая от неё взор, викинг стал намыливать плечи девушки, спускаясь все ниже, к нежным округлостям груди, на которых виднелись маленькие бусинки — соски.
Мозолистая ладонь викинга, прошлась по впалому девичьему животу, Харальд пальцами провёл по коже над рёбрами, Сольвейг вдруг слегка дёрнулась, ее губы влажные от капель воды, приоткрылись, кожа покрылась мурашками.
— Ты сводишь меня с ума… — Шепнул ей Харальд, и его рука устремилась к самому сокровенному женскому месту.
Сольвейг пыталась отдернуть его руку, но Харальд в эту же минуту усадил ее на полог.
— Доверься мне, в этот раз боли не будет…
— Я совсем не боюсь, — прошептала Сольвейг — Просто разве можно … В бане…
Девушка вдруг ахнула, когда его пальцы прошлись по нежным лепесткам ее бутона.
— Я покажу тебе ещё много мест, где мужчина может любить женщину, уверяю тебе понравится …
В этот момент Харальд раздвинул ее ноги и чуть поддался вперёд, Сольвейг изогнула спину подстать кошке, его ласки были так откровенны, что наплевав на стыд, девушка издала томный вздох.
В одно движение Харальд заполонил ее всю, разгоряченное тело Сольвейг таяло под ним словно масло, руки блуждали по телу, пальцы переплетались в страстном танце любви, страсть с новой силой накрыла их неимоверной волной наслаждения.
В этот момент мир раскололся на тысячи мелких кусочков, движения Харальда стали напористее, пот тонкой струйкой стекал по широкой груди с порослью светлых волос.
Абсолютно ногая, бесстыдно красивая, Сольвейг принимала его любовь.
Мокрые пряди упали на лицо, губы бессвязно что то шептали словно в горячке, не в силах больше вынести эту сладкую муку, Сольвейг прикусила губу пытаясь не закричать.
— Не сдерживай себя, — Шептал Харальд — Откройся мне и своим чувствам.
Наконец достигнув пика, Сольвейг громко застонала, ногти царапали дощатый полог, ноги задрожали, словно прошли тысячу миль.
— О Боги… Харальд… — шептала Сольвейг — Могла ли я знать…
Наблюдая за девушкой, Харальд опрокинул голову назад, из груди вырвался то ли стон, то ли рык, пальцы с силой сжали упругие ягодицы. Тяжело задышав, викинг наконец закончил их любовное путешествие.
Когда рассвет только только начал пробуждать землю, Харальд принёс Сольвейг в свою спальню. Впервые девушка оказалась в покоях отведённых викингу. Широкое ложе было застлано козьей шкурой, на больших сундуках лежала его секира. На бревенчатых стенах красовалось пара гобеленов. Убранство было простым и скромным.