Сольвейг
Шрифт:
Сольвейг! Осенило тут же Харальда как раскат грома. Где же девчонка! Если с ней что нибудь случилось, тогда месть его будет страшна, а гнев викинга испробует каждый, кто посмел ее тронуть.
Берсерк осмотрелся. Его заперли в амбаре где хранили зерно. Встав с пыльных мешков, Харальд тут же бросился к дверям, рука по привычке потянулась к секире, которой к несчастью не оказалось на своём месте.
— Проклятье! — Викинг грязно выругался и ударил несколько раз по массивной двери.
Харальд вновь опустился на мешки, пытаясь вспомнить события прошедшей ночи. Рыжая
Харальд тут же соскочил с мешков и вновь с силой зарядил по дверям. Надо выбираться от сюда, и спасти девчонку, пока с ней что либо не случилось, и конунг не придумал для неё наказание, которого она не заслужила.
После того как Аксель ударил обухом топора Харальда, викинга уволокли с залы, а Сольвейг схватили и посадили под замок в небольшом хлеву, по приказу конунга, грубо толкнув на каменный пол, где перед ней с грохотом захлопнули дверь.
Через небольшие щели досок, девушка видела как два воина вешают увесистый замок, после чего проверив прочность двери, уходят прочь.
Сольвейг прижалась к стене, потирая ушибленный локоть, в голове вихрем крутились мысли, девушка вдруг зажмурилась, пытаясь не заплакать. Харальд… как он там? Аксель очень подло поступил, напав со спины на своего соратника, который не раз спасал ему жизнь в сражениях, делил хлеб и крепкий эль. Хотя от подлого Акселя она ожидала все что угодно. Этой ночью он тоже свидетельствовал против Сольвейг, викинг ненавидел ее всем сердцем.
Сольвейг нервно кусала губы, потирала виски. Что же в конце концов произошло? Кому понадобилось поджигать баню, и зачем эта рыжеволосая женщина так жестоко ее подставила?
Неужто что не помогла ей понести? — думала Сольвейг, прокручивая в голове последние события. Ещё и смерть несчастной Оды, ведь теперь все обвиняют именно ее, называют вельвой!
В амбар стали проникать первые лучи солнца, рассвет мягким, тёплым светом, пробуждал землю ото сна. Где то запели петухи, с рабского дома стали доносится голоса и звуки.
Внезапно со двора послышались радостные крики, девушка тут же прильнула к небольшой щели в стене, стараясь не поцарапаться о шершавые доски. Люди со всего поселения бежали к бухте, где то в дали звонко залаяли собаки.
— Ингемар! Ингемар вернулся! — Слышалось кругом, — Сын конунга вернулся домой! Слава Одину! Слава Фрейру! Спустя четверть часа, ржавый засов громко заскрипел, Харальд грязно выругался, кажется наконец о нем вспомнили. Через дверь стали пробиваться солнечные лучи. Викинг щурил глаза от яркого света.
— Ярл Харальд, прибыл хевдинг Ингемар и Ярл русичей, князь Вадим — Молодой мальчишка раб не поднимая головы отворил дверь, уступая дорогу викингу — Конунг просил передать вам, что он надеется на ваше благоразумие, не омрачать столь счастливое событие и отложить произошедшее событие ночью, на завтра.
Харальд холодно улыбнулся уголками рта.
Значит старший брат вернулся живым, думал он, принимая из рук мальчишки
— Вас все ждут в главном зале.
Викинг ступал по мощённым доскам, полы под его сапогами громко поскрипывали. Все нутро его рвалось найти Сольвейг, и наконец разобраться со всей этой ситуацией. Но сначала он примет радушный приём от Ингемара. Наверняка брат в очередной раз приготовил какой нибудь неприятный сюрприз.
Спешить сейчас было нельзя, прибыл законный сын, наследник, значит конунг отложил все дела на потом и девчонка жива.
На встречу ему вышла взволнованная Ингеборг, сестра завидев Харальда протянула ему нежные руки
— О Харальд… — Принцесса печальным взглядом, полным тревожности, посмотрела на викинга. Нормандец на секунду остановился перед дверями пировальной залы.
— Я прошу тебя… Не стоит… — Ингеборг пыталась взять его за руки, но викинг тут же отпрянул. Он знал что она хочет сказать. О чем просит его. Но в этот раз викинг не потерпит дерзости и насмешек со стороны Ингемара. За каждое брошенное необдуманное слово, Ингемар ответит. Ха, думал в эту секунду викинг, надеюсь за время его отсутствия ему вправили наконец мозги, ну что же, пришло время послушать брата.
— Я прошу тебя, — Сестра вдруг замялась — Нет! Я умоляю! Не поднимать свой топор на Ингемара! — Ингеборг горячо шептала, не скрывая слез. Девушка понимала что Харальд больше не ребёнок, и если сегодня старший брат при всех вновь начнёт унижать Харальда, то это может плохо закончится. Зная какой у брата заносчивый характер и как тот недолюбливает Харальда, в эту минуту девушка испуганно заглядывала в глаза викингу.
Харальд глубоко вздохнул. Обещать что либо сейчас он попросту не мог. Викинг мягко взял ее за плечи.
— Тебе незачем так переживать. Все будет зависеть от него самого.
Не дожидаясь ответа, Харальд вошёл в переполненную залу, поправляя на ходу секиру.
Юный Бьёрн все утро всматривался в рыжую девку. Мальчишку терзали сомнения по поводу неё. Он наблюдал как саксонка плавно скользит меж столов, разливая с кувшина эль, бросая красноречивые взгляды на только что прибывшего молодого сына конунга. Бьёрн все внимательнее рассматривал ее лицо, выслушивался в голос, когда она кокетливо переговаривала с воинами, плавно виляя соблазнительными бёдрами. Бьёрн решил все же немного проследить за рыжей саксонкой. Мало ли?
Но Ингемар совсем не замечал ее. Весь хирд собрался в главном зале, дружинники русского княжича Вадима тоже расположились вдоль длинных столов, с любопытством рассматривая странное жилище норманнов. Вместо пирогов с капустой да щей, на столе стоял тушенный горох, вяленная рыба, свинина с чесноком.
Белокурые девушки, в нарядных
платьях, расшитых узорами и с серебреными фибулами на плечах, разносили пахучее пиво, не поднимая взор на чужаков из под белёсых ресниц.
Ингемар пил одну за одной, глаза его блестели как в лихорадке, конунг внимательно слушал рассказ сына и недовольно гладил бороду.