Чтение онлайн

Шейла никогда не торговалась с местными. И всегда оставляла щедрые чаевые. Ведь это самое малое из того, что можно сделать.

Кондиционер в машине едва работал; Шейла опустила стекло, надеясь, что сквознячок высушит рубашку. За окном простирался настоящий лес. Несмотря на жаркое и солнечное утро, джунгли казались почти черными, словно эти первобытные заросли никогда не знали света солнца. Такая изначальная чернота бывает лишь в фантастических рассказах, там, где открываются ворота в иные измерения. Просто мурашки по коже!

Наконец «лендровер» выехал на поляну; шины

чавкнули грязью, и машина остановилась. Пассажиры выбрались наружу. Пока Шейла разминала ноги, муж и жена из Сиэтла препирались, выясняя, почему они забыли взять орешки, а лондонцы с энтузиазмом мазали друг друга солнцезащитным кремом.

Модель подошла к какому-то сооружению из древесных стволов, покрытых банановыми листьями… Похоже на примитивный навес. Под ним стояло два деревянных стола. Водитель-таец уже сидел в тени и глазел на деревья, нижние ветви которых были таинственным образом лишены коры и листьев.

Шейла продолжила свою гимнастику. Упражнение на четырехглавые мышцы: потянуть ступню назад и вверх, дотронуться пяткой до ягодицы. Водитель бросил на девушку такой взгляд, что захотелось застегнуть все пуговицы на рубашке и нервно курить в сторонке.

— Ты любить слонов?

Шейла кивнула.

— Да.

— Раньше кататься?

— Нет. В первый раз попробую.

Водитель со смехом покачал головой, выпустил колечко дыма в густой и влажный воздух.

— Все в первый раз.

Сначала она почувствовала глухой топот и вибрацию под ногами. Когда Торк репетировал в своей домашней студии, пол дрожал так же. Обернувшись на шум и звон тяжелых цепей, Шейла увидела, как на поляну выводят четырех слонов. Огромные животные шли за тощими махутами — погонщиками-тайцами. Те были в ярко-голубых рубашках и таких же ярких брюках, обрезанных ниже колен; абсурдный наряд, словно у безумных хирургов. Зато слоны были прекрасны: вблизи они выглядели немыслимо, поразительно большими. А это что? Животные двигались, скованные крупными металлическими кольцами, словно преступники. Шейла ужасно расстроилась, и водитель это почувствовал, а может, просто привык, что туристы с Запада, любители животных, вечно вопят при виде связанных между собой слонов.

— Ноу проблем, мисс. Цепи снимут.

— Да зачем же их сковывают?!

Водитель посмотрел на нее как на идиотку.

— Чтобы не убежали!

Ей такое и в голову не приходило. Куда слону бежать?

Погонщики засвистели, закричали, стали хлопать слонов по ногам палками, заставляя животных остановиться. Шейла с облегчением смотрела, как со слонов снимают оковы. Потом несколько погонщиков ухватились за гигантские хлопающие уши и, взлетев вверх, уселись на слоновьи шеи. Тайцы умело выстроили животных в линию; они направляли слонов в нужную сторону, двигая коленями и дергая за огромные уши.

Шейла испытала такое потрясение от размеров животных и звенящих цепей, что едва заметила странные конструкции, привязанные к спине каждого слона. Они походили на сиденья, какие бывали раньше в школьных автобусах: сверху несколько одеял для мягкости, а под ними пара досок, привязанных крепкими веревками. Девушка повернулась к водителю.

— Мы на этих штуках поедем?

Он осклабился.

— Далеко падать. Надо осторожно!

Погонщики снова стали кричать, свистеть,

а Шейлу и остальных туристов повели по деревянному настилу мимо стойки с фотопленкой, питьевой водой, брошюрами о животных и тематическими «слоновьими» футболками (семейка из Сиэтла тут же заявила, что цены тут грабительские). Вдоль настила тянулось потрепанное веревочное ограждение, чтобы покупатели сувениров случайно не упали в кучи слоновьего навоза, превшего в десяти футах внизу. Отсюда, сверху, можно было взобраться на скамейки, привязанные к спинам слонов. Никаких вам лазаний по хоботу, никаких цепляний за уши — исключительное удобство и безопасность. Совсем как аттракцион в «Диснейленде».

Шейла ехала на слоне не больше двух минут, но уже почувствовала, что это, пожалуй, самый неудобный из всех возможных способов передвижения. Животное неторопливо брело по тропе сквозь джунгли, а девушку, вцепившуюся в жесткое сиденье, бросало из стороны в сторону, вперед и назад, в добрых пятнадцати футах над землей. Приходилось держаться покрепче и балансировать, смещаясь то влево, то вправо, в противовес странным покачиваниям. Скамейка резко дернулась вперед и Шейла едва не упала. Погонщик обернулся на испуганный вскрик, но девушка помахала рукой.

— Все нормально. Я просто не привыкла.

Погонщик улыбнулся, обнажив зубы в ярких красных пятнах. Тыльной стороной ладони вытер капли алой слюны. Ужас какой, словно кровь идет от сильного удара в лицо! Но таец полез в карман и достал орех — бетель. Закинул орех в рот и несколько минут увлеченно жевал, потом мастерски плюнул — длинная кровавая струя брызнула в густые джунгли.

С океана налетел ветерок, принес сладкую свежесть дождя, зашуршал в пальмах, приятно охладил кожу. Солнце жарило по-прежнему. Несмотря на постоянные рывки туда-сюда, а может, как раз из-за них, Шейлу клонило в сон. От духоты, от неспешного ритма слоновьей походки девушку укачало. Время от времени она слышала, как гудят и трубят остальные слоны, и оглядывалась на других туристов. По всей видимости, те наслаждались тошнотворно-изматывающей прогулкой не больше, чем она.

Прошел еще час. Кавалькада по-прежнему брела вперед, погонщики выплевывали вишневую слюну. Шейла цеплялась за сиденье побелевшими пальцами, а слон то и дело останавливался, хоботом вырывал из земли побеги какого-то местного вьюнка с ярко-красными цветами и с чавканьем запихивал себе в пасть.

Шейле вдруг показалось, что ей снится сон. Должно быть, она на минуту задремала, но тут же проснулась от криков каких-то мужчин. Мужчин, которые по-тайски орали на погонщиков и угрожающе размахивали автоматами… Они были похожи на повстанцев или мятежников из теленовостей.

Девушку заставили слезть со слона.

— Я хочу с тобой спать!

Торк не сразу понял, о чем она говорит. Он удивился, растерялся от столь решительного напора. Девушка набросилась на него, даже не пытаясь закрыть входную дверь, прижала музыканта к стене и жарко шептала с какой-то немецко-швейцарской хрипотцой.

— Что?!

— Хочу спать! Прямо сейчас!

Она прижалась к нему губами, погладила рукой между ног, и тогда музыкант догадался, что английский для девушки не родной язык.