Соль

Андаманское море раскинулось на двести восемнадцать тысяч сто квадратных миль. Омывая Таиланд, оно простирается к югу до самых берегов Индонезии, а на западе смешивается с темными водами Индийского океана. Это изумительное пространство соленой воды изобилует безмятежными коралловыми рифами, населенными огромным количеством экзотических морских обитателей. Хотя какая, в жопу, разница…

Торк Генри стоял на

пляже и смотрел на море. Вода удивительно чистая, настолько прозрачная, что даже не похожа на привычную изумрудную или еще там какую-нибудь синь океана. Как стекло. Видно насквозь, до самого дна. Сплетения водорослей, камни, песок; порой мелькнет тень, сверкнет в волнах стремительная рыбешка. В Джерси (он там вырос) такой воды не увидишь точно.

Торк искал мальчишку: вертел головой и косил гласа поверх массивных очков (похожих на те, что часто носят после пластических операций). Этот парень нравился Торку. За пару бат он готов был мчаться через весь пляж, к родителям, туда, где стояли огромные холодильники с пивом, газировкой, свежими кокосами и… чего там только не было. Возвращался он также бегом. С пивом. «Холодное пиво» — лучшие в мире слова!

Жена говорит, что экватор всего лишь в восьми градусах к югу отсюда. Ей нравятся такие факты. Для дилетанта «восемь градусов до экватора» означают лишь безумную, немыслимую жару. Плюс миллиард по Фаренгейту, а влажность такая, словно сидишь в посудомоечной машине. Ужас! Нечто похожее Торку уже довелось испытать — они тогда всей группой застряли в лифте в компании десяти или двенадцати поклонниц. Девчонкам захотелось порезвиться, а закончилось это настоящей оргией. Они все трахались и сосали, пыхтели и стонали, и в лифте моментально сделалось жарко и влажно. Парочка девиц даже в обморок хлопнулись. Лишились чувств от секса. Когда пожарная команда открыла наконец двери лифта, на полу кабины валялись шесть или семь голых фанаток. Так рождаются легенды.

А здесь еще жарче, особенно в неподходящей одежде. Торк закатал штанины черных хлопковых штанов (ну, таких, на веревочных завязках, свободных и мешковатых, они еще фигуру стройнят) и зашел в воду. Но море, почти горячее, как вода в ванной, не холодило и не освежало. По словам жены, средняя температура воды в Андаманском море составляет семьдесят восемь градусов по Фаренгейту. Да уж, похоже…

Торк расстегнул черную рубашку и подставил солнцу большой и бледный живот. Кожа была такая белая, что отражала свет подобно листу бумаги, а двойной подбородок отбрасывал на лицо тень и делал Торка похожим на вампира. Ни закатанные штаны, ни распахнутая на груди рубашка не принесли прохлады, пот лился ручьями, тело будто таяло. Сейчас вообще, в жопу, растает. Куда девался мальчишка?

Торк повертел головой, высматривая жену. Это ей приспичило ехать в Таиланд. Она нудила, упрашивала и улещивала Торка, пока тот наконец не согласился на двадцатитрехчасовой перелет (на борту успел посмотреть пять фильмов!) из Лос-Анджелеса через Осаку в Пхукет. Сиди тут теперь из-за нее, потей и поджаривайся, как свинья в духовке… Обычно жену на пляже легко было заметить — ведь только она надевала верх от купальника. Все остальные, европейки и австралийки, валялись на солнце, сверкая голыми сиськами. Пляжницы читали книжки, играли в карты, некоторые, устав от жары, окунались в воду; две дамочки даже кидали друг другу летающую тарелочку. И все были топлес. Не то чтобы Торк смущался… Сиськи — это клево!

Шейла обещала, что будет пятизвездочный курорт, супер-люкс, первый класс. Надо признать, тут неплохо. Отель в спокойном месте, курортный городишко не слишком близко, зато есть собственная бухта, а вокруг джунгли. Главное здание отеля, эдакое сооружение

в стиле модерн, возвышается на холме, как цитадель разврата, построенная плейбоем-миллионером. Совершенно не сочетается с местной архитектурой. Впрочем, Торк не смог бы распознать тайский стиль, даже если бы целый тайский храм рухнул ему на голову. К тому же здание из стекла и бетона всегда смотрится отпадно! Из центрального вестибюля — атриума с высоченным потолком — ведут проходы в ресторан, бассейн, фитнес-центр с круглосуточно услужливыми тренерами и, самое главное, в бар с видом на пляж и безмятежный залив. А номера в отеле — настоящие коттеджи, разбросанные по пляжу и склонам холма. Не просто комнаты, а целые домики под соломенными крышами посреди кокосовых пальм, цветущих орхидей и еще каких-то невиданных растений.

Да что говорить, совсем неплохо! Если и отдыхать в стране третьего мира, то лучше всего здесь. Хотя, конечно, Торк и раньше бывал в роскошных отелях. Участники группы «Метал-ассасин» всегда останавливались в лучших гостиницах — по условиям контракта.

Если бы Шейла сказала, что здесь повсюду голые груди, как на женском нудистском пляже, он бы и сам захотел приехать. Нет лучшего отдыха для измученного стрессом рок-музыканта, чем развалиться в кресле с холодным пивом и глазеть на величайшие сокровища природы. Жаль, Шейлы рядом нет… Торк всегда хвастался, что у его жены отличная фигура. Она бы тут всех баб сделала!

Но Шейла куда-то уехала, на сафари, что ли… И его с собой утащить пыталась на слонах кататься. Но что может быть отвратней, чем трястись враскоряку на спине огромной серой твари, которая бредет по лесу, рыгая и пукая, точно изношенный «харлей»! В этом вся Шейла. Вечно ей неймется! То шляется с друзьями по Мексике — учится у колдунов, то прыгает на эластичном тросе-«тарзанке» с пыльной скалы в калифорнийском захолустье, то весь день торчит в подлинной парильне индейцев навахо, а то запишется на какую-нибудь хрень вроде «чайной медитации». И смеется над мужем, мол, не ведом ему «дух приключений»… Ну, не любит Торк напрягаться, и что? Ведь все так и говорят: «не парься»! Значит, не грех и расслабиться, верно?

А Шейла пусть устраивает себе приключения, он не против. Классный все же у них брак: каждый старается не грузить партнера, оба с уважением относятся к чужому личному пространству. Торк и Шейла создали команду взаимной поддержки и помогают друг другу справиться с проблемами. Может, они — не самая страстная пара в истории человечества, зато наверняка самая стабильная. Торк был доволен, когда Шейла радовалась приключениям, а сам предпочитал болтаться по дому, слушать музыку, репетировать и время от времени смотреть кино в домашнем кинозале. Иногда плавал в бассейне. Да, он вел тихую жизнь — и получал от нее удовольствие. Его просто не интересовали прыжки с парашютом или ныряние с аквалангом. Может, Шейле следовало выйти замуж за спортсмена-экстремала? Или за того чувака, владельца авиакомпании, который все прыгает с воздушного шара на мотоцикле? Ей нужен рисковый парень. А Торк не такой. Он не любит рисковать. Пусть Шейла катается по джунглям верхом на слоне, а он будет вести себя спокойно и разумно: посидит на пляже, пивка попьет…

Торк пошлепал в воде ногами и побрел назад под зонтик, опустился в шезлонг и вытер вспотевший лоб полотенцем.

Сзади раздался голос с немецким акцентом:

— Простите, сэр, ведь вы — из «Метал-ассасин»? Вы басист, да?

Он поднял глаза — у шезлонга стояла тоненькая девушка в одних трусиках-бикини: светлые волосы заколоты в хвостики, из-под модных очков «Персол» сверкают голубые глаза, маленькие груди торчат почти обвиняюще, как будто Торк натворил что-то плохое.

— Ага. Это я.