Содержанка
Шрифт:
– Я никуда не поеду, но я обещала отдать Наташке… Она иначе не сможет… Не могла бы ты?..
Ирина Георгиевна неторопливо вышла на лестничную площадку, повернулась к дочери и спокойно сказала через раскрытую дверь:
– Алла, ты просто оглушаешь меня своей наглостью.
Ирина Георгиевна спокойно закрыла за собой дверь, обошлось даже без демонстративного хлопка.
6
Тухлое болотное утро медленно набухало за окном. В кабинет к Андрею зашли Вешенков и Петя. Удивительное дело, жена у Пети неистовая домохозяйка, каждое утро он выходил из дома отутюженный, но уже к обеду смотрелся так, словно спал в костюме. Игорь Вешенков, наоборот, всегда
– Так, по суду мы готовы? – спросил Булыгин.
– Нет. Абсолютно ничего не сделано, – спокойно сказал Игорь.
– Прекрасная новость.
– Вы поручали Петру Дмитриевичу подготовить материалы.
– Поручал.
– Я подготовил.
– Он подготовил.
Булыгин посмотрел на Петю, тот сидел красный и смотрел в стол, уцепившись ладонями за столешницу. Андрей все понял.
– Ознакомьтесь, – Вешенков передал стопку бумаги, листы густо покрывали красные пометки. Всюду были воткнуты иглы восклицательных знаков.
Булыгин пролистал бумаги, закипая.
– Петя. Пе-тя! Что это за херня?!
– Да не, ну, нормально, – Петя, как всегда, оправдывался. – Может, чего-то там немного. Я ж в Перми все время.
– В Перми. Понимаю. А ты представляешь, во сколько обойдется эта твоя блевотина? Так. Когда суд?
– Послезавтра. В пятнадцать часов, – ответил Вешенков.
– Петя, к завтрашнему утру должно быть все готово. В нормальном виде. Хочешь, спи, хочешь, не спи, – Булыгин посмотрел Пете в глаза, стараясь поймать взгляд, но не поймал.
Петя молча сопел, он оторвал взгляд от стола и недовольно посмотрел на Вешенкова, тот спокойно встретился глазами и, кажется, даже немного приподнял уголки рта. Игорь был доволен. Петю он, насколько это возможно при его бесчувственности, терпеть не мог, как любимчика и неумеху. Единственный из всех, Игорь воевал с Петей прямо и бесстрашно.
– Завтра в одиннадцать встречаемся. Если не будет готово, ехай ты Петя в Пермь или еще куда подальше.
Едва за подчиненными закрылась дверь, Андрей продолжил перекидываться сообщениями с Валей. Долгое время телефонная переписка казалась ему молодежным извращением, но со временем он и сам незаметно к ней пристрастился.
11.02.2016, 12:32
Андрюшенька:
Напомни адрес
11.02.2016, 12:32
Валера Сладков:
Соляной 13. Красивейшее здание в стиле тальянского Ренессанса.
11.02.2016, 12:32
Валера Сладков:
А в нем красивейшая девочка с телом богини.
11.02.2016, 12:33
Андрюшенька:
буду искать тебя по репродукции Венеры Милосской.
11.02.2016, 12:33
Валера Сладков:
Сисечки
11.02.2016, 12:34
Валера Сладков:
Или выбор пал за безрукость?
11.02.2016, 12:34
Андрюшенька:
Ты просто лучше сохранилась. С руками :) Целую, занят.
11.02.2016, 12:34
Валера Сладков:
сомнительный комплимент, конечно.
11.02.2016, 12:34
Андрюшенька:
?
11.02.2016, 12:35
Валера Сладков:
Жирная она
11.02.2016, 12:35
Валера Сладков:
Две меня
В кабинет проскользнула Света.
– Рекламщики приехали. Карен Левонович тоже уже здесь.
– Запускай, – махнул рукой Булыгин.
Андрей быстро набил сообщение.
11.02.2016, 12:34
Андрюшенька:
Ну, извини, не подумал. До встречи.
Он с трудом справился с зевком и встал, встречая входящих широкой, радушной улыбкой.
7
Дело шло к часу дня. Алла, все еще в пижаме, сидела на диване в гостиной и крутила в руках телефон, не зная, что предпринять. Тусклое солнце пробивалось сквозь тяжелые портьеры, слабо отсвечивало в лакированном дереве паркета и мебели.
Папа Аллы еще до отставки решил обосноваться в Питере и выкупил большую коммуналку в знаменитом доме, памятнике северного модерна. Ремонт сделали именно так, как Булыгину не понравилось бы, имитируя родовое гнездо с историей. Деревянные панели, колонны, кисти, золоченые багеты, мрамор и бронза. Именитый дизайнер, как мог, сдерживал порывы отца, но в главном уступил армейской решительности. Мама после смерти папы избавилась от наиболее одиозных элементов, и все равно офицерская бескомпромиссность оставалась заметна.
Диван и кресла могли бы украсить гарем ближневосточного нефтяного магната или элитный публичный дом. Для человеческого жилья завитков, кистей и золота тут было с перебором. Каминные приборы сверкали ручками в виде львиных морд.
Надежд оставалось мало. Алла успела обзвонить подруг, переходя ко все менее близким. Денег никто не давал. Вместо этого пришлось выслушать два обзора сложной личной жизни и подробное описание унылого дня рождения, на который она не пошла.
От Наташи было два непринятых вызова и три сообщения. Начала она с «как дела», продолжила «куда пропала :)», и третье уже без смайлика: «срочно перезвони».
Алла от безысходности позвонила тете Кате, но мама успела, конечно, предупредить и денег велела не давать. Ирина Георгиевна никогда ничего не забывала. От звонка остался кислый привкус опять проигранной партии.
Денег не было катастрофически. Полученное от Кристины и немногое собственное Алла спустила на комплект белья в Agent Provocateur. Дура. Зачем, спрашивается, нижнее белье, если нет мужика? И обратно его не берут. Все равно бы не хватило, но хоть как-то выкрутиться.
Она перебрала в голове наличное имущество. Айфон с треснувшим экраном, трехлетний макбук. Цацки у нее не из тех, что можно продать, во всяком случае быстро, сплошная эмаль. Что-то могли стоить бабушкины серьги, но вряд ли много, а если мама узнает…