Чтение онлайн

— Есть подумать, товарищ княжна! — козырнул я.

На этот раз София показала новый трюк. Толкнула меня в грудь и... я вывалился у себя в комнате. Неудачно вывалился. Споткнулся и упал на задницу.

Опасные эти создания, ходоки.

***

Провозились мы два часа с копейками. София меня забрала за тридцать пять минут до начала первой пары. Сама пара идёт полтора часа... Добавим к этому то, что мне

надо помыться, переодеться и дойти до института, в итоге получим то, что получим. Я в любом случае опоздаю, а поэтому нет смысла суетиться — от отработки отвертеться не получится.

Суровые будни государственного алхимика — прогуливаешь пару, чуть не оказываешься похищенным враждебным ходоком, убиваешь пауков-чудовищ, а потом бежишь снова на учёбу и беспокоишься о том, что преподаватель накинет отработок.

Вражеской ходок... Мало того, что эта сволочь сломала мне позвоночник. Те ещё ощущения... Так ещё и одежду попортила. Сейчас я в деньгах не нуждаюсь особо, но всё равно бесит. Надо бы сделать какую-то защиту. Да и идея со шлемом себя не оправдала. Ходок легко его скинул и попытался меня усыпить. Или отравить? Эффект сошёл на нет, стоило подышать. Запишу в блокнот, чтобы потом у Родиона узнать подробности. Надеюсь, он не забыл про наши договоренности.

Шлем и разорванную одежду я спрятал в шкаф, надеясь, что Матвею не придёт в голову рыться там. Подумав, одежду вытащил и засунул в пакет — по пути на учёбу выброшу. А маску оставил. Хорошая она получилась, даже не поцарапалась сегодня. Если сделать полноценную защиту и крепления, но никто её с меня скинуть не сможет.

Стоило выйти на улицу, как сразу же увидел последствия. Пробка. Одна большая, гигантская пробка, которая тянулась на протяжение всей доступной видимости. Да и люди какие-то нервные.

Заметил я и полицейских возле метро. Оцепили периметр и никого не пускают. Люди то и дело подходят, спрашивают и недовольные уходят.

А ведь, насколько помню, прошлые версии пауков ещё и электричество поглощать умели. Что будет, если электростанции разрушить? Ох... Как бы так случайно не оказаться в городе, который захлестнет хаос и анархия. Сам лично я такой угрозы не боялся. Обычным людям будет проблематично причинить мне какой-то вред. Для этого им надо завладеть серьезным оружием или закидать трупами. А вот Гвоздевым может достаться. Да и просто не хочется жить в разрушенном городе.

Какие же уроды те, кто готов применять столь разрушительное оружие против населенного пункта. Я и в прошлой жизни убивал темных алхимиков, которые использовали схожие методы, ставя свои цели превыше всего. В этой жизни своим привычкам изменять не собираюсь.

***

То, что в моём положении есть свои плюсы, я прочувствовал, когда вошёл в аудиторию и преподаватель, бросив взгляд, вернулся к чтению лекции. Событие настолько эпохальное, что, не побоюсь этого слова, случившееся впервые на моей памяти.

Отметил это не только я. Многие студенты проводили меня недоуменными взглядами.

В институте спрашивали со всех, без оглядки на серьезность фамилии. Почти... Небольшая, но оглядка присутствовала.

Тем не менее, за серьезные косяки, а опоздание к таким как раз относилось, спрашивали в любом случае. Поэтому то, что меня проигнорировали, жестко выбивалось из привычного ритма студенческой жизни.

Я добрался до задней парты, постаравшись не замечать недоуменные взгляды знакомых. Виктор Моржов так и вовсе, так выразительно приподнял левую бровь, что я задумался, а не взять ли у него мастер-класс по этому делу.

***

— Да?

Это первое, что сказал Матвей, когда подошёл ко мне после пары.

— Что да?

— Не при людях будет сказано, — подмигнул он мне, — Так да?

— Да что да?

— То и да! — воскликнул он. — Ладно, дома обсудим.

— Соколов, — подошёл к нам и Моржов, — Признайся, что ты тайный внук нашего замечательного Игоря Павловича. — это про преподавателя.

— Да вроде нет.

— Тогда это не объяснимо.

— Вот и так я думаю, — закивал Матвей, — Что-то наш дружище мутит...

— И мы, как истинные джентельмены, не будет задавать вопросы... — добавил Виктор.

— Не будем, — согласился Матвей.

— Совсем, — кивнул Моржов.

— Спасибо вам, ребята, — от души сказал я, прошмыгнул мимо них и побежал из аудитории прямо... в столовую. Есть хотелось неимоверно.

***

Стоило толкнуть дверь в столовую, как я чуть не налетела на... Катю.

— Ой! — воскликнула девушка.

— Ой, — поддержал я её, — Привет.

— Эд? Привет.

Оторопь прошла быстро и девушка меня обняла.

Когда я только попал в это аристократическое общество, то плохо разбирался во многих вещах. В том, как на меня реагируют, как смотрят, да и когда просто внимание обращают. Но за прошедшее время, то ли в силу набранного опыта, то ли в силу изменений после испытания, то ли в силу того, что шла война, мои чувства обострились.

Ещё когда в аудиторию заходил, приметил это. Внимание — это вполне себе вещественная штука и его можно ощутить, даже если ты не смотришь на того, кто смотрит на тебя.

Когда мы с Катей обнялись, шум голосом стал на пару тонов ниже. Не гробовая тишина, но около того.

Тут стоит уточнить кое-что. Так как я прикрыл Катю собой от пули и сделал это прилюдно, то можно объяснить, почему мы стали общаться и почему я оказался у неё на дне рождения. Обычная благодарность, щедрость княжеской семьи и планы какие-то на меня, хотят завербовать одинокого аристократа — так могли бы объяснить себе происходящее сторонние наблюдатели.