Чтение онлайн

Он резко сказал:

– Насколько я понимаю, перед нами три вопроса. Первое. Когда эти гуманоиды соберутся? Второе. Где они соберутся? И третье. Как нам помешать им собраться?

Министр науки Эмберли кивнул. До своего назначения он был деканом инженерного факультета Северо-Западного университета. Это худой человек с острыми чертами лица. Указательным пальцем он медленно чертил на столе круги.

– Относительно того, когда они соберутся, - заметил он, - я считаю, что это будет еще не сейчас.

– Почему?
–

спросил Линн.

– Они уже не меньше месяца в Штатах. Так утверждает служба безопасности.

Линн автоматически взглянул на Брекенриджа, и начальник службы безопасности Макалистер перехватил этот взгляд. Макалистер сказал:

– Информация надежная. Пусть Брекенридж не кажется вам слишком юным, Линн. Поэтому в частности он для нас и ценен. На самом деле ему тридцать четыре года, и он уже десять лет у нас на службе. Он почти год провел в Москве, и без него эта ужасная опасность так и не стала бы нам известна. А благодаря ему мы все знаем в подробностях.

– Но не в самых важных, - заметил Линн.

Макалистер холодно улыбнулся. Публике были хорошо известны его тяжелый подбородок и близко посаженные глаза, но больше почти ничего. Он сказал:

– В конечном счете мы все всего лишь люди, доктор Линн. Агент Брекенридж проделал отличную работу.

Вмешался помощник президента Джеффрис.

– Допустим, у нас имеется некоторое время. Если бы были необходимы немедленные действия, они бы уже были предприняты. Похоже, они ждут какого-то определенного срока. Если мы узнаем место, может, станет очевидным и время.

– Если они собираются использовать ПП, то захотят причинить нам максимальный ущерб. Кажется, целью будет большой город. Во всяком случае большой мегаполис - единственная достойная бомбы ПП цель. Мне кажется, у нас четыре возможности: Вашингтон, административный центр; Нью-Йорк, финансовый центр; Детройт и Питсбург как главные промышленные центры.

Макалистер сказал:

– Я за Нью-Йорк. Администрация и промышленность децентрализованы, и уничтожение одного города не помешает нанести ответный удар.

– Тогда почему же Нью-Йорк?
– спросил министр науки Эмберли, может, чуть резче, чем намеревался.
– Финансы тоже децентрализованы.

– Вопрос морали. Может быть, они хотят уничтожить нашу волю к сопротивлению, заставить сдаться после ужаса первого удара. Больше всего людей погибнет в Нью-Йорке...

– Очень хладнокровно, - прошептал Линн.

– Да, - согласился Макалистер, - но они способны на это, если считают, что один удар может принести им победу. А разве мы...

Помощник президента Джеффрис пригладил свои белоснежные волосы.

– Будем готовиться к худшему. Предположим, что в течение зимы Нью-Йорк будет уничтожен, возможно, сразу после сильной бури, когда прерывается связь и службы жизнеобеспечения соседних районов пострадают больше всего. Как же нам

их остановить?

Эмберли смог только ответить:

– Найти десять человек среди двухсот двадцати миллионов все равно что очень маленькую иглу в очень большом стогу сена.

Джеффрис покачал головой.

– Вы неточно выразились. Десять гуманоидов среди двухсот двадцати миллионов человек.

– Какая разница?
– возразил Эмберли.
– Мы не знаем, чем внешне гуманоид отличается от человека. Может, совсем не отличается.
– Он взглянул на Линна. Все смотрели на него.

Линн тяжело сказал:

– Мы в Шайенне не смогли сделать гуманоида, который при дневном свете не отличался бы от человека.

– А Они смогли, - ответил Макалистер, - и не только физически. Мы в этом уверены. Они настолько продвинулись, что могут считывать микроэлектронный рисунок мозга и переносить его на позитронный мозг робота.

Линн пораженно смотрел на него.

– Вы хотите сказать, что они могут создать точную копию человека, включая его образ мыслей и воспоминания?

– Да.

– Какого-нибудь конкретного человека?

– Верно.

– Это тоже установил агент Брекенридж?

– Да. Данные неоспоримы.

Линн на мгновение задумался. Потом сказал:

– Десять человек в Штатах не люди, а гуманоиды. Но для них нужны оригиналы. Людьми Востока они не могут быть, их легко заподозрить, значит они должны быть с Запада. Как иначе могли бы они попасть к нам? Радарная сеть по обе стороны границы непроходима. Как иначе им направить к нам индивидуума, человека или гуманоида, так чтобы мы не знали?

Макалистер ответил:

– Это возможно. Есть и законный проезд через границу. Бизнесмены, летчики, даже туристы. За ними, конечно, наблюдают с обеих сторон. И тем не менее десять человек были похищены и использованы как модели для гуманоидов. Вместо них вернулись гуманоиды. Мы не ожидали подмены, и они благополучно прошли. А если они американцы, то без всякого труда попадают к нам. Очень просто.

– И даже друзья и семьи не заметили разницы?

– По-видимому. Поверьте, мы просмотрели все источники в поисках сообщений о внезапной амнезии или странном изменении личности. Проверили тысячи случаев.

Эмберли смотрел на кончики пальцев.

– Мне кажется, обычные меры не сработают. Решение должно исходить из бюро роботики, и я полагаюсь на главу этого бюро.

И все в ожидании посмотрели на Линна.

Линн чувствовал, как в нем поднимается горечь. Ему казалось, что именно для этого и собирали совещание. Все сказанное на нем было сказано и раньше. Он уверен в этом. Не было решения проблемы, не было сделано никаких предложений. Все делалось для записи, для протокола, эти люди смертельно боятся и хотят, чтобы вся ответственность легла на кого-нибудь другого.