Чтение онлайн

Лора выглянула в зал и заметила, что Джереми исчез. Через секунду в нос ударил соленый запах его кожи, и она почувствовала его за своей спиной.

— Это была последняя группа, — прошептал он. — Где «Hudson»?

Лора оглянулась. «Hudson» все еще висело на стойке во всем своем блеске.

— Ты должна лучше следить за этими девицами, — добавил он.

Она посмотрела на его небритые щеки, заглянула в кофейные глаза и поняла, что ему нелегко было прийти в Центральный парк, чтобы посмотреть ее показ. Его собственное шоу было через три дня, и Джереми несомненно

работал столько же, сколько и она. Его темные волосы были взлохмачены и нуждались в стрижке, не то, чтобы они были не идеальны, но выглядели так, как обычно в дни перед шоу. Лора скучала по тем неделям из прошлых сезонов, когда они вдвоем тихо прикалывали одежду и делали лекала, пока остальная часть города спала. Она привыкла купаться в его запахе, звуке его голоса, наклоне его шеи, пока все не изменилось, и Лора потребовала от него извинений за подделку его собственных работ. Это заняло два месяца, и Джереми сделал это, неохотно заявив, что его побочный бизнес никогда не воздействовал на нее напрямую, только косвенно — потому что он использовал ее лекала, чтобы лгать людям. Затем она призналась, что Джереми воссоздает свою собственную работу, и что он платил за ее лекала зарплату, и они заключили перемирие.

Модели начали выстраиваться в очередь для финального выхода, как пассажиры автобуса. Но финала не было. Лора оглядела девочек. Они были все одинаковыми, с минимальными различиями, и ни одной «Hudson» не подходил. Любая из них могла бы влезть в это чертово платье, но Руби настояла на Томасине, ее новой долбаной лучшей подруге. Огни замерцали, и музыка изменилась.

Какая из девушек? Она бросила взгляд на Ровену, и в уме прикинула формы и размеры. Близко. Достаточно близко к четверти дюйма5 в бюсте и ннеподходщей форме бицепса от тренировки со свободными весами.

Она схватила Ровену и потащила ее к задней части очереди.

— Отправляй их! — закричала она, и Джереми погнал девушек на последнюю проходку.

Ровена, понимая, что происходит, будто прочитав мысли Лоры, сорвала с себя платье и бросилась натягивать «Hudson», словно пытаясь заставить его подчиниться. Восемь бронзовых застежек щелкнули на ней, когда она надела платье. Лора крепко сжала их, сплющив модель в тюбик чуть шире, чем соломинка для питья.

— Твои туфли, — воскликнула Лора.

На Ровене была пара туфель на высоком каблуке, которые добавляли правильную нотку причудливости в платье из шерстяного крепа. Но к платью «Hudson» они не подходили, не подходили, не подходили! Лора пошарила рукой под стойкой в поисках гематитовых платформ, которые шли в паре к платью, но их там не было. Она взглянула на выход. Выходила последняя девушка, и Джереми оглянулся, поспешно махнув рукой.

Она посмотрела на ноги Ровены. В любом случае, у неё был сороковой, и она никогда бы не влезла бы в те платформы, даже если бы Лора нашла их.

— Снимай, — приказала дизайнер.

Ровена скинула туфли. Теперь платье стало на 7 сантиметров длиннее, и бронзовые бусины волочились по полу.

— Черт! — прошипела Лора.

— Не волнуйся, — сказала Ровена и двинулась

к выходу. Она пронеслась через два ряда скользящих фигурок-палочек, как бочка, катящаяся с холма, придерживая перед платья и взмахивая тканью, чтобы она не мешала ее босым ногам, которые теперь выглядели специальной задумкой.

Определенно, этот жираф непременно станет моделью топ-класса.

Лора от восторга забыла, что дизайнеры, она и Руби, должны выходить за последней моделью. Джереми, напротив, не забыл и толкнул ее на подиум.

— Нет! — сказала она, словно от этого зависела её жизнь, потому что она внезапно поняла, что если она пойдет туда, она умрет от страха сцены.

— Я вытащу тебя туда, даже пинающуюся и кричащую.

— Руби в ванной. Сегодня она должна завершить выход.

— У Руби уже был звездный час на подиуме. — Он обнял ее за талию и вытолкнул на свет.

Он был ярким. Это она узнала еще из прогонов. Её глаза заболели от резкого яркого света. Оглянувшись, она увидела лишь голубоватый свитер Джереми. Вновь повернувшись к сцене, Лора попыталась прикрыть глаза рукой, но огни были повсюду. Она не осмелилась взглянуть на лица в первом ряду — покупатели, критики и дамы, достаточно богатые, чтобы использовать Неделю моды в качестве шоппинга. Лора поклонилась и подумала: «Понравилось ли им? Или их постигло разочарование?». Она же всего лишь маленький мышонок в этом жестоком мире моды.

В то же время она почувствовала облегчение. Шоу было сделано. Все что ей оставалось сделать, это искупаться в теплом свете рамп и убрать беспорядок. Все кончилось, и все бои, беспокойства и выспрашивания денег для каждого последнего ярда6 ткани были сделаны. Это был ее звездный час. Но он существовал не для того, чтобы утонуть в мимолетном восхищении, а чтобы дать маленький отдых перед надвигающимся кризисом с заказами на ткани.

Но даже этого ощущения счастья и громкой музыки не хватило, чтобы заглушить крик из задней комнаты.

Он заглушил все. Музыка продолжалась, поставленная на повтор, но шепотки и возгласы недоумения нарастали, даже когда Лора кинулась в заднюю комнату. То, что еще четыре минуты назад было настоящим ульем активности, теперь представляло собой пустое пространство в палатке, усеянное окурками сигарет, семисотдолларовыми туфлями и деревянными вешалками по всему полу.

Руби стояла посреди всего этого, скрестив ноги, сжимая руки в кулаки, и кричала.

— Что? — рявкнула Лора, чувствуя на себе взгляд моделей, бизнесменов, и всех присутствующих.

Руби указал на заднюю часть комнаты, которая вела в туалет. Лора прошла через ряды пустых стеллажей и груды одежды, над которой она работала месяцами. Толпа последовала за ней, как крысы за Гамельнским крысоловом7.

Руби не присоединилась к ним: она уже видела достаточно того, что там было, и не испытывала желания видеть это снова. Хорошо. Лора убьет паука, поймает крысу или что там еще, и весь инцидент станет городской новостью. Возможно, даже затмит возраст Димфны Бэстил. Или его отсутствие.