Чтение онлайн

– Собирай шмотки, быстро. Мы отваливаем.

– Куда? Не пойду. Я суп варить поставил. С курицей.

– Ты так вскрывал дверь, что соседи могли спецназ вызвать.

– Я же не по людям стрелял. А дверь – что? Сейчас слесарь придет. Дам ему бабок, пусть он ее починит.

– Слесарь?! Зря ты из психушки удрал, тебе там самое место.

– Слесарь, – заржал Зайнуллин. – Ты посмотри на себя. Да шучу я, шучу. Чего ты напрягся-то?

Петр заглянул на кухню – никакого супа на плите не

было. Выразительно вздохнув, он сдернул с окна занавеску и завернул в нее «Штайр». Пустой магазин Петр бросил в свой чемодан. Слесарь, так слесарь.

Выходили на всякий случай врозь. Петр остался дожидаться лифта, а Ренат пошел пешком. Когда кабина доехала до первого этажа, Зайнуллин еще топал где-то в районе второго.

В подъезде Петр нос к носу столкнулся с милиционером. Веснушчатый паренек в бронежилете и каске на ходу поправлял автомат и слегка задел его стволом.

– Не боись, на предохранителе, – осклабился он.

Петр и не боялся. А если и боялся, то не за себя.

– Мастеровой! – Оборачиваясь, окликнул его веснушчатый. – Это не ты долбил?

Ренат уже был внизу.

– Нет, а что? – Спросил Петр.

Ренат остановился за спиной милиционера.

– Соседи вызвали. Вроде, у вас стрелял кто-то.

– Я стрелял, – признался Зайнуллин, втыкая ему в ухо пистолет. – Падай на пол.

Веснушчатый перевел растерянный взгляд на Петра, и тому ничего не оставалось, как размотать винтовку.

– Ну ты и дура-ак! – Сказал он Ренату. – Зачем он тебе?

– Ты за ствол переживал. Пожалуйста, забирай.

– Как мы отсюда выберемся? Там же еще один, в тачке!

– Да? Я не подумал… Пойдем назад. Слышь, боец? В лифт заползай! – Он перехватил автомат и пнул милиционера ногой. – Ползти, я сказал! Все делать лежа. Будешь низенький, зато живой.

Втроем они поднялись обратно к квартире, и Ренат заволок пленника в ванную.

– Где твои браслеты? На поясе? Давай сюда. Сначала с напарником свяжись. Передай, типа все в порядке и так далее. Что вы там обычно?..

– У них условный знак, – предупредил Петр. – Какое-нибудь слово.

– Гм… Ну и как мы его?..

– Нет у нас знака, – заскулил веснушчатый.

– Тебя не спрашивают, – бросил Ренат. – Как мы его вычислим? Сейчас скажет свое слово, и все.

В ту же секунду, будто нарочно, пискнула рация.

– Раньше надо было! – Обозлился Петр. – Теперь гадай – скажет, не скажет!.. Отвечай, черт с тобой. Но учти!..

– Нет! – Зайнуллин в последний момент схватил рацию и выкинул ее в коридор. – Не доверяю я ментам. – Он приковал паренька к ножке ванны и, схватив за подбородок, запихнул ему в рот мочалку. – Так лучше.

Петр, уже не в силах возражать, уложил автомат в чемодан и гневно зыркнул на Рената.

Тот добавил к автомату свой «Вальтер» и погрозил веснушчатому пальцем.

– Сначала идешь ты, – распорядился Петр. – И хватит самодеятельности.

Перед тем, как спуститься на нижнюю площадку, Ренат наклонился вбок, свел колени вместе и, скривив губы, пустил обильную слюну. Сержант, заходивший в парадное, посторонился и придержал дверь. Зайнуллин ковылял так натурально, что принять его за симулянта было бы кощунством.

– Сотрудника нашего не видели? – Почему-то вполголоса спросил милиционер.

Ренат что-то прошепелявил, и Петр с сержантом обменялись сочувственными взглядами.

– Видел, – сказал Петр. – Он там, на последнем этаже.

В патрульной машине, белых с синим «Жигулях», сидел еще третий, и Зайнуллин был вынужден поддерживать образ паралитика до самого угла.

– У меня такое ощущение, что сегодняшний день не кончится никогда, – сказал Петр.

– У меня сегодня тоже много событий, – заявил Ренат. – Это тебе не в больнице околачиваться.

Они проехали два перекрестка и повернули на проспект. У кинотеатра, помахивая жезлами, трепались два инспектора. Но старый запыленный «Форд» их не интересовал.

– Спокойно, – сказали за дверью. – Шаг назад, и стоишь. Руки спереди.

Теплый ствол толкнул Костю в горло, и он, поперхнувшись, отступил. В квартиру прошмыгнули две женщины: одна, с пистолетом, – совсем худенькая, другая, без оружия, – покрепче, но все же не мужик.

Костя озадаченно выглянул на лестницу – больше никого.

– Вы что, девочки, так и грабите вдвоем?

Первая, не убирая пистолета, грациозно отвела ногу и прихлопнула пяткой дверь. Вторая сняла выгоревшую бейсболку и кинула ее на вешалку. Тряхнув головой, она собрала волосы в хвост и лишь потом посмотрела на Константина.

У него отвисла челюсть.

– Настя?!

– Вот ты где, пес паршивый, – сказала она, и Константин не узнал ее голоса.

На ней были темно-серые брюки «милитари», тяжелые ботинки со стальными набойками и черная кожаная жилетка – кажется, на голое тело.

– Ты один?

– Как ты меня нашла?

– Чего тебя искать? Сам позвонил. Мы номер засекли.

– Я? Тебе? Вот, черт!

– А, раздваиваешься? У Людмилы такая же ерунда. По четным – академиком, по нечетным – рыбу ловит, – хмыкнула Настя.

– Проницательная ты моя.

– С тобой станешь… Когда пришли с обыском, я сначала не поверила. Потом эти барбосы решили засаду устроить. В моей квартире! Три дня просидели, все продукты сожрали, да еще трахаться агитировали.

– Сама-то давно проснулась? Воскресла давно?