Слеза
Шрифт:
— Немного о происхождении. — Экскурсовод повернула в противоположную сторону от планетария и помахала ребятам следовать за ней. Они прошли по тускло освещенному коридору, в котором пахло клеем и замороженными закусками. Затем они остановились перед закрытыми деревянными дверями. — Артефакты, которые вы увидите, прибыли к нам из Бодрума, Турция. Кто-нибудь знает где он находится?
Бодрум — это портовой город на юго-западе страны. Эврика никогда не была там; он был одной из остановок, которую Диана совершила после того, как они обнялись на прощанье в аэропорту Стамбула, и Эврика улетела обратно
Когда никто не поднял руку, экскурсовод вытащила из сумки ламинированную карту и подняла над головой. Бодрум отмечался крупной красной звездой.
— Тридцать лет назад, — сказала Маргарет. — водолазы исследовали кораблекрушение «Улубуруна» в шести милях от берега Бодрума. Останки корабля, которые вы сегодня увидите, предположительно существуют около четырех тысяч лет. — Маргарет посмотрела на ребят, в надежде, что кого-нибудь это удивило.
Она открыла деревянные двери. Эврика знала, что выставочный зал был меньше класса, поэтому им придется потесниться. Когда они вошли в синюю тишину выставки, Белль Пог встала позади Эврики.
— Бог едва создал Землю шесть тысяч лет назад, — пробормотала Белль. Она была президентом «Святых роллеров», христианский клуб катания на роликах. Эврика представила, как Бог катится на роликах по небытию мимо кораблекрушении по пути в Эдемский сад.
Стены выставочного зала были занавешены синими тканями, для создания ощущения океана. Кто-то наклеил пластиковые морские звезды для образования границы рядом с полом. Бумбокс проигрывал звуки океана: бульканье воды, случайное карканье чаек.
В центре зала из потолка светил прожектор, освещая основной предмет выставки: реконструированный корабль. Он напоминал некоторые из плотов, на которых плавали люди в Сайпреморт Пойнт. Он был построен из кедровых досок, а внизу его широкий корпус был изогнут, создавая киль в форме плавника. Рядом со штурвалом низкий выступ камбуза был увенчан каютой с черепичной крышей. Металлические тросы удерживали корабль в футе от пола, так что палуба парила прямо над головой Эврики.
Когда ребята сгруппировались влево или вправо, чтобы обойти корабль, Эврика пошла влево, мимо высоких узких терракотовых ваз и трех огромных каменных якорей, испещренных патинами.
Маргарет помахала ламинированной картой, зазывая ребят подойти к другой части корабля, где они нашли поперечное сечение штурвала. Пространство внутри было открыто, как в кукольном домике. В музее его обставили так, как думали он мог выглядеть до крушения. Корабль имел три уровня. Самый нижний уровень — склад — медные слитки, ящики с синими бутылками, еще больше терракотовых ваз с длинной шеей, расположенных вертикально на соломе. На среднем уровне находился ряд спальных матрасов, а также контейнеры с зерном и синтетическими пищевыми продуктами, и двуручные питьевые сосуды. Верхний уровень занимала открытая палуба, обрамленная несколькими футами кедровых перил.
По какой-то причине работники музея нарядили чучела в тоги и поставили их у штурвала со старинным телескопом. Они смотрели так, как будто посетители музея
— Больше восемнадцати тысяч артефактов было восстановлено после кораблекрушения, и не все из них могут быть знакомы современным людям. Возьмем вот это. — Маргарет держала в руках цветную ксерокопию, на которой была изображена тонко вырезанная голова барана, будто разорванная в шее. — Я вижу вы думаете, где остальная часть тела этого маленького мальчика? — Она сделала паузу, чтобы взглянуть на детей. — На самом деле впалая шея сделана намерено. Кто-нибудь сможет догадаться с какой целью?
— Боксерская перчатка, — раздался голос парня сзади, вызывая новый поток смеха.
— Достаточно боксерское представление, — Маргарет помахала картинкой. — На самом деле, это торжественная винная чаша. Теперь, разве она не заставляет вас подумать —
— Не совсем, — раздался тот же голос сзади.
Эврика взглянула на свою учительницу, мисс Кэш, которая резко повернулась в сторону голоса, а затем издала вдох облегченного негодования, когда убедилась, что это был не ее ученик.
— Представьте, что будущая цивилизация изучает некоторые из артефактов, которые вы или я оставили позади, — продолжала Маргарет. — Что о нас подумают люди? Как смогут наши ярчайшие новшества — айпады, солнечные батареи или кредитные карты — появиться у наших далеких предков?
— Солнечные батареи — это каменный век по сравнению с тем, чтобы было сделано раньше. — Позади снова прозвучал тот голос.
Мадам Блаватская тоже говорила что-то подобное, за исключение вызывающего поведения. Эврика закатила глаза и перенесла вес на другую ногу, но не обернулась. Студент по землеведению из Воскресения сзади явно старался впечатлить девушку.
Маргарет кашлянула и притворилась будто никто не перебивал ее риторические вопросы.
— Что наши далекие предки сделают из нашего общества? Мы будем им казаться продвинутыми… или провинциальными? Некоторые из вас могут подумать, глядя на данные артефакты, что они старые или устаревшие. Даже, осмелюсь предположить, скучные.
Дети кивнули. Многие засмеялись. Эврика ничего не могла поделать, но ей нравились старые якоря и терракотовые вазы, но чучела следует утопить.
Экскурсовод натянула на руки пару белых перчаток таких, какие надевала Диана при рассматривании артефактов. После этого она полезла в коробку у своих ног и достала резьбу на слоновой кости. Она представляла собой реальную утку со всеми ее особенностями. Она наклонила утку в сторону присутствующих и пальцами оттопырила ее крылья, обнажая начисто впалый резервуар внутри.
— Та да! Сделано косметическим образом в бронзовом веке! Оцените мастерство. Кто может опровергнуть его искусную работу? Это было несколько тысяч лет назад!
— А что насчет этих оков из бронзового века вон там? — съязвил тот же самый голос в задней части комнаты. Ребята толкались, чтобы взглянуть на настойчивого крикуна. Эврика не тратила энергию.
— Похоже, что у ваших искусных мастеров были рабы, — продолжил он.
Экскурсовод встала на цыпочки и пригляделась к темной части комнаты.