Чтение онлайн

Джомми с улыбкой встретил соседку и, распахнув дверь, последовал за нею внутрь. Она была полной невеждой, как и все люди, что жили в этом забытом богом уголке мира, где образование и воспитание были лишь тенями былого, безликим отражением официального цинизма. Не зная точно, кто такие сланы, она верила, что молодой человек слан, и явилась сегодня, чтобы удостовериться в своей правоте. Тем самым она предоставила Джомми нежданную возможность испытать метод гипнотического внушения с помощью хрустального шара. Его поразило, с какой легкостью она попала под воздействие этого сверкающего

предмета, что стоял на столе. Продолжая болтать, она не отдавала себе отчета в том, что в какой-то момент превратилась в его рабыню.

Когда в конце дня соседка отправилась восвояси, то выглядела она как обычно. Однако забыла о цели своего визита, поскольку теперь по-иному относилась к сланам. В ней не было ни ненависти — Джомми уже предвидел близкое будущее, — ни симпатии: в мире, где сланов ненавидели, следовало защитить и от того и от другого.

Утром Джомми заметил ее мужа, чернобородого гиганта, который работал в поле. Короткий разговор, чуть иначе настроенный хрустальный шар — и тот изменил свое мнение о сланах.

За те месяцы, что Джомми провел в обществе Бабуси, он с помощью гипноза превратил ее в почтенную старую даму, а заодно организовал ментальный контроль над каждым из сотен фермеров, что жили в идиллической долине у подножия зеленых гор. Вначале ему приходилось прибегать к помощи шара, но затем он научился обходиться без него, поскольку постиг человеческую натуру.

Но даже при темпе в две тысячи гипнотизируемых в год и без учета новорожденных ему понадобилось бы два миллиона лет, чтобы загипнотизировать все человечество. А два миллиона сланов могли это проделать за год при условии, что будут знать тайну его кристаллов с перестроенной атомной решеткой.

Подумать только — два миллиона лет! А он никак не может отыскать ни одного слана. Но ведь истинные сланы должны же где-нибудь быть? Ему нельзя было отказываться от поисков даже одного-единственного, ведь на выявление организации истинных сланов могли уйти долгие годы.

Попалась. Кэтлин Лейтон застыла у письменного стола Кира Грея перед открытым ящиком, в содержимом которого рылась. Сквозь двери она видела приближающуюся фигуру Кира Грея и еще кого-то — они уже свернули в коридор, соединявший ее спальню с кабинетом диктатора.

Какая незадача! Несколько недель она дожидалась заседания Совета, чтобы без помех попасть сюда… и так глупо вляпаться. Впервые, не вызвав ее, как обычно, к себе, Кир Грей отправился для разговора к ней в комнату. Несмотря на все, остальные выходы охранялись, и теперь единственный путь отступления был отрезан.

Она оказалась в ловушке! И все же ни о чем не жалела. Мог ли быть у пленницы-слана иной выход, кроме бегства? Она сознавала всю серьезность положения. Ее возьмут с поличным… Кэтлин перестала укладывать документы в яшик — не оставалось времени. Оба человека уже были за дверью.

Вдруг приняв решение, она задвинула ящик, поспешно собрала бумаги в стопку, сдвинула ее на край стола, отпрыгнула в сторону и уселась в кресло. В то же мгновение открылась дверь, пропустив Джона Петти и Кира Грея. Увидев ее, они застыли на пороге. Начальник полиции

помрачнел, вопросительно посмотрев на диктатора. Тот нахмурился, на его губах появилась злая усмешка.

— Здравствуй, — произнес он, — Каким ветром тебя сюда занесло?

Кэтлин уже приготовила ответ, но Джон Петти заговорил первым. Голос его был вкрадчивым.

— Но это же очевидно, Кир, она шпионит за вами.

Несокрушимая логика этого человека леденила душу девушки. Похоже, начальнику тайной полиции самой судьбой было предназначено попадать в нужное место в самый критический момент, и она понимала, что такое мгновение настало и Джон Петти проявит все свое упорство, чтобы извлечь максимальную пользу из ее просчета.

— Кир, — продолжил полицейский, — это наглядный пример к нашему спору. На следующей неделе ей исполнится двадцать один год. Неужели она будет жить здесь всю свою жизнь? Все сто пятьдесят лет с хвостиком? Пора принять решение…

Глаза Кира стали жесткими.

— Кэтлин, разве ты не знала, что я на заседании Совета?

— Вам хорошо известно, что знала, — вмешался Джон Петти, — а неожиданный конец заседания оказался для нее неприятным сюрпризом.

— Я отказываюсь отвечать в присутствии этого человека, — спокойно ответила Кэтлин. — Он напрасно пытается сохранить бесстрастный и рассудительный тон, напрасно пытается скрыть свои мысли — я читаю в нем одну всепоглощающую страсть. И знаю, он наконец надеется убедить вас отдать приказ о моей казни.

Лицо Кира Грея вдруг стало враждебным. Кэтлин вошла в контакт с поверхностью его мозга, различила формирующуюся мысль, неотвратимое решение, но не смогла ее прочесть.

— С точки зрения истории, — наконец вымолвил он, — упрек, который она адресует вам, Джон, оправдан. Желание убить ее… хм… конечно, доказывает ваше рвение антислана, но в то же время свидетельствует о странном фанатизме для человека ваших достоинств.

Джон Петти нетерпеливо отмахнулся от его слов:

— По правде говоря, мне хочется и не хочется видеть ее мертвой. Уверен, она представляет серьезную угрозу для государства — живет во дворце, наделена способностью читать чужие мысли. Так что хотелось бы убрать ее подальше, а поскольку я не страдаю излишней сентиментальностью, наилучшим выходом мне представляется смерть. Однако при моих собственных предрассудках в этом вопросе я не стал бы требовать смертного приговора. Но глубоко убежден, что мои слова на сегодняшнем Совете верны. Эту девушку надо поселить в другом месте.

Кир Грей, похоже, не собирался говорить. Глаза его пристально изучали Кэтлин.

— Как только я переступлю порог дворца, — резким тоном возразила Кэтлин, — меня убьют. Как сказал мистер Грей десять лет назад, когда один из ваших приспешников пытался прикончить меня, после смерти слана никто не открывает следствия, чтобы выяснить обстоятельства его гибели.

Кир Грей нерешительно покачал головой. Она еше никогда не слышала такой неуверенности в его голосе:

— Ты слишком поспешно сочла, что я не могу тебя защитить, Кэтлин. Но из всего сказанного делаю вывод, что Джон Петти прав. Собирай вещи и будь готова к отъезду в ближайшие двадцать четыре часа.