Сисьадмин
Шрифт:
— Это как раз самое простое. — фыркнул старый орк. — Или уже забыл основы стихийного шаманизма? Смерть — жизнь. Разрушение — творение.
— Да это понятно. — махнул рукой Веселитель. — Я имею ввиду, что делать конкретно? Артефакты, метки, благословения?
— Благословения не будут на нём держаться. — ответил Глазик. — Душа Бури не держит на себе такое. Либо глубокая метка с внедрением в оболочку души, либо артефакты постоянного ношения.
— А артефакты могут спиздить, или он сам их пробухает в ближайшем трактире. — хохотнул Мардукор. — Вон, приборы из пирамиды уже эльфам слил за бесценок!
— И королевский отсос, на минуточку! — возразил ему Денис. — Даже без откуса.
— Значит, метки. — подытожил Ананси. — Точно не украсть и не потерять.
— По хорошему да, но нет. — покачал головой Мардукор. — Не выдержит душа Александра сразу две метки, рассыпется. Предлагаю метку Дениски, и какую-нибудь палку-исцелялку. Глядишь, сразу её не сломает, а там душа одну метку примет, и мы вторую подцепим.
— А что, если метку и… Питомца? — внёс предложение Гуал Вакалар. — Девчушка же зверушек любит и силу свою через них проводит куда как лучше, чем через артефакты.
— Либо гусь сожрёт, либо сбежит от такого хозяина. — хохотнул Мардукор.
— Тю! Можно же такую зверушку, чтоб не сбежала. Есть же такие, что внутри тела живут. — как на дурачка, посмотрел орк на древнего.
— Благословлённые божественные глисты? — удивлённо взглянул на старого шамана Веселитель. — А говоришь, весёлые грибы не любишь.
— Сим. Би. О. Ты. — Гуал постучал кулаком по лбу Денису через небольшой портал, моментально им открытый специально для этого. — Те же орлианские слизни, они же — пси-слаймы. Живут в носителе, связаны напрямую с душой, дают небольшие бафы за счёт натуральной биологии и магии одновременно. Уровень заимствуют у хозяина, своих очков развития не имеют, но зато передают весь накопленный опыт носителю. Это десять-тридцать процентов к получаемой экспе. Отлично приручаются, отлично вбирают божественные метки и благословения.
— А минусы то где? — скептично поморщился Веселитель. — А то вообще странно, что их не разводят во всех мирах.
— Эм… Ну, они гермафродиты, и после полового созревания слизня носитель тоже может второй комплект половых органов получить с вероятностью процентов девяносто, и процентов на сорок — просто сменить пол.
— Орк. Нам нужен лояльный буревестник. — ухмыльнулся Мардукор. — А не кровный враг.
— Поэтому надо брать личинку! — последовал ответ. — Нам несказанно повезло — у них сейчас как раз вылуп яиц идёт, а созревает слизень полгода. За полгода у Александра точно душа окрепнет, можно будет питомца забрать, а вместо него — метку ставить!
— Звучит, как полная хуета. — усмехнулся Веселитель. — А значит, это отличный план. Где, говоришь, эти слаймы яйца выкатывают?
Глава 19.2
Не знаю, как гусю, а мне хотелось нажраться. Потому что происходящее напоминало какой-то сюр, и с каждой минутой всё больше и больше. Сначала мы с Норрдралкером подняли армию мёртвых. Вернее, сделали, ибо, по его словам, просто ходячие трупы слабее химер и големов. Собственно, это мне уже отлично продемонстрировал «толстяк» — тот самый многорукий скелет, который танковал целый уровень. К сожалению, много таких сделать не удалось, всего пять штук, но зато на них удалось натянуть осьмихренов — благо, эти мутанты были весьма эластичны и хорошо натягивались. Плюс шесть скелетов-стрелков. Луков на всех сделать возможности уже не было, но это же не означает, что они не могут тупо кидаться камнями? А из шторок, что висели по стенам в комнате с пирушкой, получились отличные пращи. Отличные для наколенной дендро-фекальной технологии. Плюс население самой первой комнаты — только членистоногая многохуйка растворилась. А из остальных трупов пара мясных колобков на ножках вполне себе получилась. Вооружил их гусь обломками пиршественных столешниц вместо щитов, и ножками тех самых столов вместо дубин.
Не то, чтоб это была прям армия… Но если бы нам противостояли обычные люди, они бы вполне могли эту самую армию собой задержать и даже уничтожить, при удачном стечении обстоятельств. Ибо, пусть даже уровни у них были около двухсот, плюс-минус, здоровья у этой гусиной нежити было
И они оказались буквально на пять минут забавы боссу следующей локации — простой летающей мумии в халате и тюрбане пятисотого уровня по имени Тумба Нестоюмба. Мясные големы меньше, чем за минуту истлели и рассыпались прахом, не успев даже дойти до странного лича. Толстяки дойти успели — Тумба, видимо, подумал, что это тоже мясники, и атаковал их теми же заклинаниями. Шкуры из осьмихренов тоже разошлись, но не прахом, а тухлой слизью с запахом пропавшей скумбрии. Но сделать скелеты ничего ему не смогли — лич был летающим, напомню. Так что он просто взлетел повыше, перехватил контроль на парой Норрдралкеровских толстяков и натравил их на скелетов-пращников. Пока те разбирались друг с другом, он какой-то особой магией просто развалил остальных скелетов ближнего боя и принялся швырять в нас с Гусём разные лучи, облака пепла и тумана разных цветов, и зажигать под нашими ногами узоры магических печатей какого-то гнойно-зелёного цвета. От печатей пришлось просто убегать, это были локальные заклинания, наносящие урон чисто внутри себя. А то, что лич в нас швырял, частично было отражено Норрдралкером обратно к своему отправителю. Кэшбэк, так сказать. Другую же часть я принял на щит и, собственно, им же и впитал.
И это вновь его пробудило. Вернее, не сам щит, а засевшего в нём, по всей видимости, надолго, Даню. Увидев возникшее на щите лицо, лич умудрился побледнеть и, приземлившись, встал на колени и поднял руки, склонив голову. Это он так сдался. Даня, раздуплившись, похлопал глазами и поинтересовался, что за нахуй. Дословно. Лич сказал, что не хочет повторно умирать. В ответ на это щит сказал, что ничего такого страшного в этом нет. Мол, он точно уже второй раз умер и даже в данный момент точно не живой. Слово за слово они разболтались, поняли, что делить нечего нам в принципе всем, после чего Тумба Нестоюмба наколдовал бочонок какой-то жижи для себя и Дани, и бочонок обычного пива нам с гусём. После чего щит и лич начали обсуждать тонкости вторичного возрождения через обычную смерть и через Чёрную Бездну. Ну, как могли это в принципе обсуждать профессионал в некромагии и просто несчастный и, как я понял из контекста — советский поэт, которого угораздило в это всё вляпаться.
И когда я более-менее успокоился пивом, сверху, как обычно — из ниоткуда, прямо из воздуха, на лича грохнулся огромный сундук. Испустив последний вздох, лич покорчился и сдох. Блин, заразили… Короче, сложившаяся в гармошку мумия немного попыхтела, попыталась выбраться, но сундук гневно топнул по нему уголком, Нестоюмба испустил облачко своего гнойного тумана и его полоска жизни погасла. А сундук открылся, и на обратной стороне крышки, как на мониторе, возникло металлическое лицо Токи-Токи.
— Хуй! Ой… Хэй, странники! Вы успешно прошли испытание и даже ни разу не сдохли! И за столь успешный успех вам, разумеется, полагается награда. Тут два свёртка, уверена — вы поймёте, кому что.
С этими словами лицо пропало, чем несказанно огорчило Даню, который уже воодушевился, увидев, что не только лишь он один может быть мордой на доске. Воскликнув «О горе мне, утоплюсь в вине.» он выпустил щупальце, подцепил бочонок с остатками того, что они пили с личём, и исчез в чёрных глубинах щита. Мы переглянулись с Норрдралкером, а потом посмотрели на сундук.
— Ну доставай, чего уж. — вновь взглянул на меня гусь. — Надеюсь, после этого нас вернут обратно.
Я осторожно подошёл к сундуку и заглянул внутрь, ожидая подлянку. Например, что сундук вновь начнёт дрыгаться и, скажем, решит откусить мне то, что я засуну в его недра. Это было настолько ожидаемо, что я совершенно искренне удивился, когда награда оказалась извлечена без последствий. Огромный кристалл опыта, давший нам по итогу неровное количество уровней, но в результате наши с гусём показатели сравнялись и стали равны пяти сотням. С учётом того, что у тех же эльфов мы выше полутора сотен не видели ни у кого, это просто дохрена. Теперь осталось дело за малым — правильно очки раскидать и научиться пользоваться результатом.