Чтение онлайн

– И это сработало? – как будто даже с интересом спросил он, продолжая исследовать взглядом линии моего тела. Странно, я ведь даже одета была по-обычному, чего это он? Наверное, все же не стоило провоцировать того, чью истинную сущность не знаешь...

Спрыгнула со стола, покрутившись вокруг своей оси. Может так ему будет лучше видно?

– Как видишь, – с задором произнесла, не стесняясь рассматривая его восхитительное тело в ответ. Рубашка мужчины

была тут же отброшена в сторону, а мне в глаза бросила довольно интересная татуировка на его плече.

Волк с оскаленной пастью. Черт, кажется, я влипла…

Мужчина хмыкнул себе под нос, едва заметив мою реакцию.

– А характером ты пошла в отца, маленькая чертовка? – все же озвучил свои мысли Джек, тоже поднимаясь и кресла.

– Хуже. В бабулю, – смахнула распущенные волосы за спину, случайно задев еще свежую ранку на виске. Зашипела от боли, бросившись к аптечке, и быстро нашла там пластырь.

Черт. Черт. Черт. Плевать на рану, но почему всё-таки двуликий?!

И, главное, как теперь уйти целой и невредимой? Я ведь буквально сама вошла в логово этого… Так, а кто он по профессии? Контрабандист?

В мире иных таковых было больше, чем можно было представить. Но едва ли в теневом бизнесе участвовали оборотни. Зачем им?

– Занятно, – проследил за моими действиями мужчина, после чего мягко забрал у меня из рук уже раскрытый пластырь, чтобы заклеить ноющую рану. И я позволила ему это сделать. Как не позволить, если этот здоровый мужик может запросто перекинуться и перегрызть мне горло?

Он был так близко, что я чувствовала его дыхание на своей щеке. Ощущала тепло, исходящее от мужского тела, сквозь миллиметры воздуха между нами, свою тонкую майку с дешевым бюстгальтером под ней и его легкую рубашку, ненавязчиво пахнущей дорогим парфюмом.

– Чем ты занимаешься, Джек? – буквально на выдохе спросила, сокращая расстояние. – На самом деле.

Я балансировала на грани и это… отчего-то было дико возбуждающе. Первый признак мазохизма?

– Контрабанда, контроль и закупка товара, поиск новых клиентов, – не предпринимая попытки отойти или сблизиться, честно признался Джек. – У меня много талантов.

Мы словно играли в какую-то извращенную игру. Чего он добивается? Хочет, чтобы я сделала первый шаг? Так я и так уже настолько раскрылась перед ним, как ни перед кем из своих бывших парней. Их у меня было немного, все же выносить такую, как я, было нелегкой задачкой. Тем не менее, ни с кем другим у меня не заходило дальше порочных слюнявых поцелуев, оставляющих послевкусие разочарование. Интересно, с Джеком будет так же?

– Вчера ты мне не показался таким уж крутым, – припомнила его странное поведение на назначенном свидании, что не состоялось.

– Вчера... Я был слегка не в форме, – мужчина все же не удержался и положил свою руку мне на талию, привлекая ближе. Я смущенно улыбнулась, внутренне паникуя. Какого черта глупое тело решило предательски поплыть именно сейчас?

Это казалось дико неправильным: двуликий и ведьма в полумраке темного кабинета...

– А сегодня? – сама прильнула ближе, почувствовав,

как мне в живот уперлось то, о чем обычно хорошие девочки говорят вполголоса, неизменно краснея.

Я не хотела продолжать эту игру. И в тот же самый момент мне хотелось этого мужчину больше всего. Не лукавлю, серьезно. Мне уже знакомо это чувство, сводящее с ума, разливающееся сладкой истомой между ног. Заставляющее людей совершать глупости, о которых потом они жалеют. Или нет, как повезет.

Двуликий был намного старше меня и опытнее, он явно не собирался играть в мои игры. Но я определенно чем-то зацепила этого странного мужчину. И опасного во всех смыслах слова. Я это знала и почему-то все больше хотела дотронуться до этого запретного плода.

Закусила губу, по-прежнему продолжая улыбаться, как сумасшедшая, и это стало спусковым рычагом. Мужчина набросился на меня, теперь уже самостоятельно вжимая в свое горячее тело. Терзал мои уста так остервенело, словно хотел съесть их. Растерявшись от подобного напора, не сразу поняла, что оказалась снова сидящей на столе, а между моих ног аккурат расположился сам мужчина, продолжая впиваться в меня поцелуем.

Губы горели, тело пылало. От его прикосновений, сводящий с ума. Какого-то еле слышного шёпота и…

Приоткрыв веки, я дернулась в испуге, заметив блеснувшие в полутьме клыки Джека, что потянулся к моей шее.

Он что серьезно собирался оставить свою вшивую метку на ведьме?

Наконец заметив мой испуг, двуликий отстранился, напряженно вглядываясь в мое лицо.

Святая невинность!

– Не стоило мне этого делать... – виновато отозвался он, вызывая приступ глухого раздражения. Да что с этим оборотнем не так?

– Ты же не убьешь меня после того, что рассказал? – попыталась перевести все в шутку, поправив слетевшую с плеча лямку майки.

Он не должен понять, что именно я почувствовала во время поцелуя. Не должен знать, как сильно моя сущность хотела сбросить с себя оковы ограничителя и показать этому оборотню свое истинное лицо. Ведь так не должно быть. У ведьм нет понятия истинности, в отличие от двуликих. Но есть кое-что иное.

"Зов", – так назвала его бабушка, когда объясняла мне о том, как ведьмы выбирают своих избранников. У каждой ведьмы он уникален, иногда может проявляться несколько раз в жизни. Но самый явный признак проявления зова — сумасшедшее желание того или иного мужчины. Этому можно противиться. Перетерпеть, а может даже и пережить предмет обожания ведьминского нутра и спокойно наслаждаться жизнь дальше, но…

Джек едва не поставил мне метку. Для оборотней она не значила ничего, кроме обозначения своей принадлежности.

То есть… Он. Хотел. Клеймить. Меня.

Такого я вынести просто не могла. Поэтому твердо решила бороться со своим притяжением. Ба не одобрит, если приведу блохастого.

К счастью, Джек ничего не ответил, упав обратно в кресло и схватившись за голову.

Вот это его подкосило, конечно! Я понимаю, трудно вынести не взаимность в делах постельных, но чтобы настолько!