Чтение онлайн

— Догадываюсь, — сухо ответила я. — Наслышана о ваших обычаях.

«И читала кое-что в книгах, которые еще не написаны». Если человек не гость, то он по умолчанию слуга низшего ранга, и им помыкают все, кому не лень. Он не смеет жаловаться и должен выполнять все, что прикажут. Смертных и слабых там не жаловали.

Если я лишусь покровителя, то стану изгоем и жертвой. Да и его защита не гарантировала мне покоя. Они все будут меня испытывать, ловить на слове и ставить в двусмысленные и неловкие ситуации.

Не все так расположены ко мне, как Рейвен.

— Тогда ты должна меня понять.

— К чему вы ведете?

— Я не могу забрать тебя с собой, — ответил сид. — Я так решил.

Как у него все просто. Он решил. А меня спросить забыл. Какая «забота»! Кстати, о ком больше, о себе или обо мне? Вот вопрос. Возможно, он боялся, что я стану его слабым местом. Как знать? Хотя он по-своему прав.

— Надо расстаться, пока мы еще не успели привязаться друг к другу.

Если честно, не ожидала. Предполагала всякое, но только не такое. Он решил меня отпустить, чтобы не мучить. Сид подумал о моей безопасности и пожалел слабую человечку.

Как странно! Он поставил мои интересы и благополучие выше своей собственной прихоти. Очевидно, он хотел меня заполучить, но отказался от этой мысли. Пожалуй, для сида это может приравниваться к проявлению любви.

«Ну и странная же у них любовь, Твиг».

— Понятно, данна, — ровно сказала я. — Но одно мне все равно неясно.

— Что?

— Почему вы так поступили после той ночи? Вы оттолкнули меня и этим сильно оскорбили. Неужели нельзя было объяснить сразу, что у нас нет будущего?

Рейвен невесело рассмеялся.

— Пташка, ты задаешь правильные вопросы, — сказал он. — Сообразительна, хоть и не сид. Эдак я передумаю и возьму с собой.

— Вы не ответили.

— Я связан словом. Мы с императором переговорили после того, как ты приходила просить за него.

— Но ведь он не согласился на ваши требования! — воскликнула я. — При чем здесь я?

— Я обещал, что не буду претендовать, — пояснил мужчина. — Но имел неосторожность сказать, что заберу тебя в ситхен, если ты сама захочешь этого. А ты хочешь, это очевидно. Придется держать слово. Или нет?

— Ох…

Действительно, все просто. Он сам себя связал словом. Всеми силами он пытался оттолкнуть меня, чтобы я отказалась от мысли быть вместе, и ему не пришлось увезти меня в свой полный опасностей мир. Вот почему он пренебрегал мной, игнорировал и не отвечал на письма.

— Теперь ты поняла?

— Ох, данна, — я подошла вплотную. — Поняла. Как тут не понять.

Сид воспринял наше сближение как сигнал к действию. Поцелуй обжег шею и немного сгладил впечатление от сказанного. Но о чем это он? Я дернулась, и он отпустил.

Смотрит внимательно и испытующе, ожидая моего решения. Получается, он предоставил мне непозволительную роскошь выбора.

Я

могла бы решать за себя, но вправе ли я решать за двоих? Ведь теперь, как говорится, «я не одна». Моя судьба понятна: придется выживать в их мире, изучать обычаи и бороться за место под солнцем. А что ждет ребенка?

— Данна, я правильно поняла? Последнее слово за мной?

— Это так.

— Могу я кое-что уточнить? Что будет, если вдруг я понесу от нашей связи? — задала я волнующий вопрос. — Какие будут последствия для меня и ребенка?

Сид был удивлен таким вопросом. Тем не менее, он ответил:

— Вряд ли полукровка появится на свет. Даже чистокровные у нас рождаются редко. Если это случится, твой статус повысится, и я признаю ребенка.

«О женитьбе и речи не идет. Ну, конечно».

Раньше я бы, пожалуй, согласилась, но не теперь. На мой взгляд, быть фавориткой хуже, чем просто возлюбленной. Всегда быть на виду, испытывать сомнения и терпеть чужую неприязнь не по мне. Но это, право, такие мелочи! Вот если ребенок пострадает, я не переживу.

— Ясно. Но вы назвали только плюсы, — я пыталась понять, где подвох. — А минусы?

— И снова ты смотришь дальше и видишь больше, чем другие, — проницательно глянул он.

Руки его успокаивающе поглаживали спину. Если бы не обстоятельства, я бы замурчала, как кошка. В этих прикосновениях не было никакого подтекста, просто тепло и покой.

— Полукровке придется сложно при дворе, — сказал Рейвен. — Я никому не желаю такой судьбы. Придется отправить ребенка к императору, чтобы брат о нем позаботился. Но и там он не будет в безопасности. Ты это хотела узнать? Впрочем, это всего лишь теория. Вряд ли такое случится в реальности, пташка.

«Ужасно!»

Теперь я осознала до конца масштабы бедствия. Сначала терпеть унижения от сидов, потом расстаться с ребенком и каждый день испытывать страх за его жизнь.

Еще существовала опасность парадокса, если император встретится сам с собой. Вселенная снова окажется на грани уничтожения, если такое случится. Не для того я так долго правила узлы и нити в полотне судьбы, чтобы снова потерпеть крах.

Кроме того, сид сознательно не упомянул о разнице во времени между миром сидов и основным потоком Империи.

«Сиды такие сиды».

Предположим, ребенка отдадут на воспитание. Дитя стремительно повзрослеет, не зная материнских объятий. В мире сидов промелькнут считанные дни, а в Империи — годы. Это худшее, что может со мной случится. Впрочем, отец тоже не увидит, как растет его ребенок.

Получается, он так и так в проигрыше. А я выигрываю, только если расстанусь с сидом. Значит, так тому и быть! Спасибо, что раскрыл глаза, и бесконечно жаль, что не сделал этого раньше.

— Данна?

— Пташка, пташка. Говори уже.