Чтение онлайн

на главную - закладки

Жанры

Схватка

Левин Юрий Абрамович

Шрифт:

— Так точно! — быстро поднялся Усольцев.

— Сиди! Небось набил ноги, пока нас нашел.

— Не очень.

— Голоден?

— Малость сосет под ложечкой.

— Сейчас подхарчим...

Подхарчился Емельян основательно и даже удовольствие получил, особенно от борща, наваристого, ароматного. Таким борщом он, кажется, наслаждался только в своей полковой столовой, когда на кухне в наряде был. Ну да, повар — сверхсрочник с буденновскими усами — куда-то отлучился, а Емельян с дружком плеснули себе из котла полкастрюли борща и все уплели. Наелись так, что аж в сон

потянуло. Ну и даванули комара в одном из кухонных закутков, за что схлопотали по два наряда, которые отбывали тоже на кухне, но уже не при котле и даже не в хлеборезке, а пришлось исполнять самое муторное дело — чистить картошку. После тех нарядов спина неделю ныла, а по ночам часто во сне являлся повар-усач и швырялся картофелем в лоб. А когда наяву встречался, ехидно спрашивал: «Борща не желаешь, Усольцев?».

Что ни говорите, а борщ — пища основательная, мужику в самый раз еда. Только вот непонятно Емельяну, почему это его Степанида не в ладах с борщом. Куриный суп с лапшой смаковала бы каждый день, говорит, что это сама нежность, а борщ, по ее понятиям, пища грубая. Нет, Степанидушка, отведала бы миску партизанского борща и сменила бы суждение...

Когда Емельян сытым — не то пообедав, не то поужинав — снова прибыл в командирскую землянку, в ней собрался настоящий военный совет. По обе стороны стола сидели партизанские начальники: руководство отряда и командиры рот. У торца, весь в ремнях, сам майор. Только теперь при свете снарядных ламп Емельян заметил на шее командира шрам-рубец, убегающий вниз под воротник гимнастерки. И на большом белом лбу тоже царапины.

Командир, усадив гостя с собой, перво-наперво спросил:

— Червячка заморил?

— Полный порядок, — ответил Емельян и, обратив внимание, что в речи майора выделяется буква «о», спросил: — Вы не вологодский?

— Нет, земляк Максима Горького, нижегородский. По всем статьям волжанин, даже фамилия — Волгин. А ты, товарищ Усольцев, с каких мест?

Емельян не без гордости назвал свой край, а командир, как бы подхватив настрой гостя, будто декламируя, произнес:

— Батюшка-Урал — знатная земля!

— И Сибирь не менее знатная, — подал голос человек в военном.

— И Сибирь! — подтвердил командир. — Отряд наш вроде небольшой, но Россия солидно в нем представлена. А если точнее, то и весь Союз наш: есть у нас грузины, казахи.

Эти слова командир произносил, конечно, для гостя, чтоб он был информирован, чтоб знал, что всем дорога земля белорусская и что партизанская служба сродни армейской.

— А теперь к делу, — командир положил руку Емельяну на плечо. — Это товарищ Усольцев — дипломатический представитель соседнего отряда. Явился с письмом от Петрени Виктора Лукича. У них идея — объединиться с нами в один отряд. Как думаете?

Сразу пошел шепоток, а командир, обращаясь к Усольцеву, спросил:

— А лично вы «за»?

— За тем и пришел. Немец свирепствует, бесчинствует, значит, нам надо так развернуться и такую силу обресть, чтобы бить и истреблять фашистов всюду — в селах, на дорогах, в эшелонах. Объединившись, мы станем крепче и боеспособнее.

— Правильно! — услышал Усольцев голоса

присутствующих.

— Кто еще хочет сказать? — спросил майор.

— Вопрос к товарищу Усольцеву можно? — подал голос партизан с седой проседью в черной копне волос.

— Конечно, можно. Спрашивай, товарищ Макаревич.

— Мы слышали, — поднялся Макаревич, — что ваш отряд разгромил фашистский гарнизон в Поречье. Рассказали бы вы нам про эту операцию.

Усольцев, конечно, понял вопрос, но не знал, как поступить, неужели снова рассказывать про свой налет на зондеркоманду? Неудобно как-то, подумают: вот хвастун!

— А что былое вспоминать? Разведали, налетели и ударили — вот и вся операция.

Смехом наполнилась землянка. Усольцеву сразу бросился в глаза чернявый политрук, угрюмо сидевший вблизи командира. Он и сейчас не улыбнулся. Перед политруком лежал блокнот, в который он изредка что-то записывал. А когда смех утих, политрук бросил взгляд на Усольцева и настоятельно попросил все-таки рассказать об уничтожении карателей в Поречье.

Екнуло Емельяново сердце: что-то знакомое он уловил в глазах политрука. Такое лицо Усольцев уже видел, оно показалось ему очень близким. Он напряг память, мыслями в поисках разгадки удалился куда-то далеко, и лишь командир, обратившись к Усольцеву, вывел его из такого отрешенного состояния.

— Это наш комиссар, Семен Яковлевич Марголин...

— Какая встреча! — воскликнул Усольцев. — Невероятно!

Все насторожились, а майор Волгин спросил:

— Вы знакомы? Из одной части?

— Нет, нет! — радовался Усольцев.

А политрук еще пристальней посмотрел на гостя: может, сослуживец или земляк?

— Присмотритесь друг к другу, возможно, оба припомните кое-что, — сказал майор и, снова обратившись к Усольцеву, пояснил: — Так вот, у нашего комиссара погибла вся семья в Поречье, жена, дочурка, теща.

— Не так... Не все, — путался Усольцев. — Олеся... Ваша дочь жива! Да-да, жива!

Землянка мгновенно наполнилась шумом. Политрук кинулся к гостю:

— Как жива? Откуда вам это известно?

— Тихо! — властно произнес командир. — Слушаем одного товарища Усольцева.

— Сейчас... Все расскажу... Я так счастлив и рад, что не знаю, откуда начинать... Погодите... Отдышусь...

И пришлось Емельяну начинать невеселый свой рассказ с самого начала, с той роковой минуты, когда он оказался под немецким танком, а потом и в лапах у фашистов. Всю свою нескладную жизнь выложил, ничего не утаив. А в центре всего рассказа была Олеся, славная девочка, послушная и понятливая, помогшая ему вырваться из капкана и обрести жизнь.

— Спасибо вам за такую Олесю! — пожал руку политруку Усольцев.

Все бросились к своему комиссару: поздравляли с дочкой, советовали немедленно ехать к леснику Рыгору Гриневичу и привозить Олесю в отряд, словом, в землянке царил такой восторг, которого никогда здесь не бывало. И Усольцева благодарили, а он был безмерно счастлив, что наконец-то Олеся будет с отцом.

— Спасибо, брат! — политрук обнял Емельяна, и они с минуту стояли вот так, обхватившись. У майора Волгина влажными стали глаза.

Поделиться:
Популярные книги

100 великих загадок природы

Непомнящий Николай Николаевич
100 великих
Научно-образовательная:
прочая научная литература
8.63
рейтинг книги
100 великих загадок природы

Я еще царь. Книга XXX

Дрейк Сириус
30. Дорогой барон!
Фантастика:
юмористическое фэнтези
аниме
попаданцы
5.75
рейтинг книги
Я еще царь. Книга XXX

Первый среди равных. Книга V

Бор Жорж
5. Первый среди Равных
Фантастика:
попаданцы
аниме
фэнтези
5.00
рейтинг книги
Первый среди равных. Книга V

Орден Багровой бури. Книга 1

Ермоленков Алексей
1. Орден Багровой бури
Фантастика:
попаданцы
аниме
фэнтези
фантастика: прочее
5.00
рейтинг книги
Орден Багровой бури. Книга 1

Барон не играет по правилам

Ренгач Евгений
1. Закон сильного
Фантастика:
фэнтези
попаданцы
аниме
5.00
рейтинг книги
Барон не играет по правилам

Пожиратель Душ

Орлов Антон
Фантастика:
боевая фантастика
8.12
рейтинг книги
Пожиратель Душ

Мы вместе были в бою

Смолич Юрий Корнеевич
Проза:
советская классическая проза
5.00
рейтинг книги
Мы вместе были в бою

Я – Малала

Юсуфзай Малала
Документальная литература:
биографии и мемуары
6.80
рейтинг книги
Я – Малала

Из истории русской, советской и постсоветской цензуры

Рейфман Павел Семенович
Научно-образовательная:
история
5.00
рейтинг книги
Из истории русской, советской и постсоветской цензуры

ФЭНТЕЗИ-2004

Пехов Алексей Юрьевич
Фантастика:
фэнтези
5.75
рейтинг книги
ФЭНТЕЗИ-2004

Забытые дела Шерлока Холмса

Томас Дональд Серрелл
Шерлок Холмс
Детективы:
классические детективы
исторические детективы
7.00
рейтинг книги
Забытые дела Шерлока Холмса

Второй Шанс

Сейтимбетов Самат Айдосович
2. Буревестник
Фантастика:
боевая фантастика
5.00
рейтинг книги
Второй Шанс

Метро 2033: Из глубин

Мельников Руслан Викторович
Фантастика:
боевая фантастика
4.75
рейтинг книги
Метро 2033: Из глубин

Гримуар темного лорда VII

Грехов Тимофей
7. Гримуар темного лорда
Фантастика:
боевая фантастика
попаданцы
аниме
фэнтези
5.40
рейтинг книги
Гримуар темного лорда VII